Глава 29

Едва продрав глаза, Кристофер первым делом схватился за пижамный карман. И с превеликим облегчением кроме четырёх пушистых вязаных комочков ничего там не обнаружил.

Возликовал. Но на всякий случай свесился с кровати, обшарил взглядом пол… Даже перетряхнул постель – чтобы убедиться: кольцо не выпало случайно и никуда не закатилось.

Потёр с удовольствием грудь, невольно поморщился от боли – и тотчас расплылся в улыбке, обнаружив свежие следы от коготков своей Женщины. Казалось бы, вот оно, свидетельство ночных безумств, но всё же, всё же… Для того, чтобы окончательно убедиться в реальности свидания, оставался последний вид проверки. Самый надёжный.

Он набрал на переговорнике нужную комбинацию.

– Эрих, это я.

– Что случилось? – немедленно отозвался главный безопасник, словно бы и не спал. Никаких тебе «мальчик мой» или «Крис»: если племянник обращается по имени – дело нешуточное. – Нужна помощь?

– Да. Конкретно твоя. Ты ведь сейчас в поезде? Взгляни на Барб.

– Хм. В пять часов утра без нарушения приличий это будет несколько затруднительно, скажу я тебе… Что-то серьёзное? Она в опасности?

– Да Небеса сохрани, ни в коей мере! Я что – слишком рано? Прости, не глянул на время… Эрих, сделай доброе дело: как только её увидишь – сразу посмотри, при ней ли кольцо с топазом? Обручальное такое, с алмазной змейкой, ты мог его видеть у…

– Ты вручил ей кольцо Тео? – не слишком вежливо перебил дядя. – Кольцо твоей матери? О, прости, но я приятно поражён в самое сердце. Разумеется, твоя избранница его достойна. Однако когда ты успел?

– Э-э… В том-то и дело, дядя, что сам не пойму – успел или нет. Но хочу понять с твоей помощью. Если увидишь, что кольцо на ней – сразу сообщи мне, не медли, это будет означать, что… В общем, тогда я поделюсь информацией, которая уж точно достоверна. А если кольца нет – значит, я несу чушь, и забудем этот разговор. Но всё же я склонен думать, что… Барлоговы веники, не могу раньше времени ничего объяснить. В общем, жду от тебя вестей.

Эрих Мария помолчал.

– Сдаётся мне, – сказал осторожно, – у тебя появился свой источник данных. Я его знаю?

– Пожалуй, что да, – после некоторого колебания ответил герцог. – Но погоди немного, сперва я должен убедиться, что сон – не всегда сон, а порой откровение. Постой, что ты там говорил насчёт пяти утра? Ну, извини…

– Будем считать, что это утончённая месть с твоей стороны, – хохотнул дядя. – За все мои прежние сверхранние звонки… Ты меня заинтересовал. Но, боюсь, с проверкой придётся обождать: я заложил на сегодняшнюю ночь для нашей Барб несколько повышенный объём обучения, она может проспать дольше обычного.

– Повышенный объём – это с основами дипломатического этикета? – съехидничал Крис. – Это-то ей зачем?

– Откуда ты… Чтоб было. Пригодится. Так познакомишь меня с твоим агентом?

– Боюсь, тебе его не перевербовать. Это сочувствующий, и работает ради, так сказать, любви к искусству… Дядя, клянусь, всё скажу, но позже. Ты мне – сведения о кольце, я тебе – об информаторе, договорились?

– Мальчишка! – нарочито сурово пробормотал Эрих Мария, но герцог голову мог дать на отсечение, что тот довольно улыбается. – Возомнил о себе…

– Кстати, когда ты выделишь Барб переговорник? Дядя, ну что такое! Я, не видя любимой женщины, вынужден общаться через посредников! Это ж с ума сойти – ждать ещё целых полдня! Моя гибель, если что, на твоей совести.

– Обижаешь, дорогой племянник. Аппарат для неё давно готов, вот только я ещё не просмотрел его своим всевидящим оком.

– Ага. И не всунул пару-другую лишних деталей.

– Ну, кое-кому эти детали порядком помогли однажды при переносе в другой мир, так что, мальчик мой, не отбирай у меня хлеб. Если я не втисну туда хотя бы маячок, у меня начнётся нервный тик на почве неисполнения служебного долга. Да и тебе спокойнее.

– Мне спокойней, когда она рядом, – печально сказал Кристофер. – Ладно, дядя. Жду звонка.

Потом, переговорив с дежурными медиками, он настоял на немедленном освобож… немедленной выписке, тем более что вчерашний консилиум рекомендовал ему задержаться в больничных стенах всего лишь до утра; но ведь утро уже настало, так? Ему предложили служебный мобиль, но, осмотрев себя в пижаме и припомнив тот пёстрый, собранный с нескольких журналистов, с позволения сказать, костюм, в котором он вчера сюда попал, герцог привычно помянул Барлога – и, махнув рукой, перенёсся в собственный особняк. Теперь уже с чистой совестью, зная, что его исчезновение из госпитальной палаты сопровождается разве что восхищёнными вздохами женского персонала, но не сигналами тревоги. Ещё охотнее он сбежал бы прямо к любимой женщине, но… выстраивать портал во мчавшийся поезд с постоянно меняющимися в пространстве координатами было равносильно самоубийству.

– Матиуш, я вернулся! – заорал он радостно, помня, что старый дворецкий – пташка ранняя, и встаёт в доме первый. И уже через минуту обнимался со стариком, давно уже забывшим, когда его хозяин обращался с ним так сердечно. А потом Мишлен, тоже вечный «жаворонок», со слезами обожания на глазах жарил для него любимый стейк и варил необъятный кофейник кофе, и подогревал сливки, и готовил пирожные – по опыту зная, что портальные переносы отнимают у хозяина уйму сил. Крис его не переубеждал, хоть, повторив вчерашний подвиг, окончательно укрепился во мнении, что его магический резерв возрос не в разы, а, пожалуй, в десятки раз – расхода энергии он практически не ощущал, но вот голод… голод его терзал нешуточный. Ещё бы, полночи восхитительных любовных утех! И, судя по остроте и реальности ощущений – испытанных всё-таки не во сне, а в каком-то пространственном кармане, куда перенесла их богиня, для которой, в сущности, подобные выверты – так, пустячки…

После первой чашки кофе он вызвал к себе Робина. Секретарь, недавно таки сумевший догулять отпуск, явился через четверть часа, чистенький, умытый, хоть и зевающий. Герцог протянул ему чашку бодрящего напитка.

– Держи, дружище. Ты мне нужен.

И, дождавшись, когда у бедняги, прочувствовавшего крепость, наконец вытаращатся глаза, продолжил:

– Может статься, понадобится твоя помощь, парень. Нет, не по службе, тут ты и без того землю роешь… Мне нужен твой дар, твоё Барлогово везенье-невезенье, понимаешь? Но не хочу использовать тебя в тёмную: дело-то может оказаться опасным. А ведь ты сперва все неприятности ощущаешь на своей шкуре …

Бедняга Робин не поперхнулся, не закашлялся, но лишь с достоинством расправил плечи.

И из скромности умолчал, что совсем недавно, недели две назад, кое-кто из королевской службы безопасности вовсе не деликатничал с ним, сыграв именно в тёмную, просто так, в порядке эксперимента, после чего ему три дня пришлось отлёживаться на больничной койке и лечить аллергию и ожоги от медуз. Одно утешало: в качестве компенсации ему подарили небольшой особнячок на побережье, и теперь его матушка, наконец, рассталась с сомнительными прелестями скромной съёмной квартирки и каждый вечер наслаждалась дивным морским закатом. А в домик, напичканный бытовой магией, не стыдно было привести будущую жену, и они с мамой прекрасно, кстати, поладили…

Возможно, знай он заранее об аллергическом шоке, о том, как придётся мучительно задыхаться и терять сознание – ни за что бы не согласился на подобный эксперимент, даже ради такого приза. И попытался бы возразить самому Эриху Ремардини. Но герцогу, перед которым Робин благоговел – отказать было невозможно.

– Я готов, – только и сказал он.

– В таком случае – сообщи данные свои и своей невесты дворцовому администратору. И готовь… Вот Барлог меня побери, не знаю, какую эпоху выберут на этот раз для маскарада. Догадываюсь, но не уверен… В общем, разузнай всё у того же администратора и закажи у Хендрика для себя и своей Анны костюмы. Пойдёте со мной на бал в честь Сигизмунда и Светланы, на такие мероприятия пускают только парами. И не волнуйся, кое-что защитное я для вас заготовлю.

… – И вот ещё, – спохватился, когда секретарь уже собрался уходить. – Этот твой друг… Розенблюм, да? Я слышал, он эксперт только временно, но по-прежнему практикует? И что, каков он, как… э-э… женский врач? – Поняв, что неудержимо краснеет, герцог нашёл в себе мужество продолжить: – Мне… то есть, моим родственникам нужна консультация от очень хорошего специалиста.

– Он очень хороший специалист, шеф, – серьёзно сказал Робин. – Правда, сейчас временно отошёл от практики: у него какие-то очередные исследования. Но думаю, королевской семье он не откажет.

– Тогда попроси его о консультации. Тройной.

– Шеф? – Давно на лице секретаря не отображалось такого искреннего недоумения.

– Возможно, я приведу к нему на приём две семейные пары и… буду сам, с дамой. – Герцог выдохнул. Вот, он это сказал! – Если он начнёт упираться и ссылаться на нехватку времени – скажи, что моя ценьора его чрезвычайно заинтересует. И не забывай: информация конфиденциальная.

– Э-э… Я понял, шеф. Обижаете, шеф. Кажется, с вами ко всему привыкнешь, шеф.

А после ухода Робина – понеслось…

Первым благую весть принёс дядюшка.

– Ну, что, мальчик мой, обрадовать тебя? Кольцо Тео на пальчике нашей милой Барб, и, надо сказать, сияет вместе с ней, значит, приняло новую хозяйку. Ты удовлетворён? Я свою часть договорённости выполнил, жду от тебя того же.

– Как насчёт приватности беседы, дядя?

– Изволишь шутить? Это не тот случай, когда сапожник без сапог. Мои разговоры не прослушиваются.

– Тогда вот что я тебе скажу. На балу в честь наших ненаследных объявится тот, кого мы ищем. Главный заказчик. Я даже покажу тебе место, где он будет стоять.

Пауза.

– «Не сон, но откровение», Крис? Ты это имел в виду?

– Точно, дядя. Теперь уже вне всяких сомнений. Все подробности расскажу на месте.

Далее пришлось отзваниваться самому герцогу.

… – Ценьор Жименес? Да, это Кристофер Ремардини. В силу обстоятельств я не смог забрать Паоло вчера, как собирался. Ах, вы узнали из хроники и потому не волновались? Благодарю. Вы ведь ничего не сообщали парню заранее, как я и просил? Вот и хорошо. Так я приеду за ним где-то… часа через полтора. Определённо. Думаю, в этот раз мне никто не помешает.

… – Сигизмунд, дружище, вставай, солнце уже высоко! Не бурчи, вот она, вечная нелюбовь «сов» к «жаворонкам»… Да сколько можно спать! Тебе, между прочим, тёщу встречать через каких-то пять с половиной часов, а ты дрыхнешь. Кстати, как там поживает ваш будущий наследник? И у какого врача курируется твоя драгоценная супруга? Как – ни у какого? Поразительное легкомыслие. Ах, она до сих пор стесняется пойти на приём? Ох уж, эти женские штучки… В общем, я договорился о консультации для вас с лучшим специалистом в столице, поедем сразу же с вокзала, после встречи, и никаких отказов. Дело-то серьёзное, старина! Чего она боится? Вот как раз с мамой и поедет, чтобы не так страшно было…

…– Михаэль, старина, здорово! Ты сегодня как, свободен? Ах, тоже встречаешь родственницу? Рад. Там и увидимся. Ты будешь со Стеллой? Прекрасно. Я только что разговаривал с Сигом: представляешь, оказывается наша младшая принцесса, будучи в таком деликатном положении, до сих пор боится даже сунуться к врачам! Ну, ты знаешь, как трепетно я отношусь к подобным вопросам: когда у самого никого нет – поневоле проникаешься заботами о чужих наследниках. Поговори со Стеллой, а я, в свою очередь, уговорю Ба… ценьору Варвару, пусть наши дамы возьмут Светлану в оборот и препроводят прямо на консультацию к Розенблюму. А, ты о нём слышал? И как раз собирался договариваться о… Да ты что! Мих, поздравляю! Теперь мы просто обязаны уговорить наших дам посетить этого чудо-доктора!

Герцог вытер вспотевший лоб. Нелегко, однако, брать на себя роль провидения. Зато теперь угроза скандала в благородном семействе пресечена.

Но вот ещё одна проблема: как ещё встретятся Барб и Паоло? Не охладеет ли она к его идее взять мальчика из приюта? Но он давно уже подарил парню надежду на новый дом и теперь не может обмануть его ожидания. Остаётся только надеяться, что Настоящая Женщина всё поймёт.

Кстати, не забыть поставить в известность о групповом визите к врачу дядю Эриха. Этот вопрос лишь со стороны может показаться несущественным для его ведомства, но ведь речь, как-никак, о будущем королевской семьи! В которой он, Кристофер, считался последним змеемагом, и уже через одно-два поколения могла вспыхнуть очередная распря за Илларийский престол, лишенный благословения Белой Богини. Ведь издревле считалось, что чем больше её отпрысков в роду, тем более прав на трон.

Кажется, теперь о Семье можно не волноваться. Скоро дядю Эдварда можно будет поздравить с необычным внуком. Или внучкой…