Глава 18

Андрей Даже подушечками пальцев я ощущал, как напряжено все ее тело. Интересно, чего больше в этом напряжении – страха быть раскрытой или предвкушения? Я улыбнулся сам себе, а потом ласково погладил аппетитное полушарие. Алиса нервно откашлялась и снова попыталась отодвинуться. Ну уж нет. Я тут же вернул ее за ремешок обратно и весьма ощутимо сжал правую ягодицу. Булочкина взвизгнула, а когда на нее устремились три пары глаз, начала тараторить. – Да-да, я тоже так думала. Бывает же… Ага… Она очень неправдоподобно посмеялась и стала поправлять волосы. Леха, Лена и Катя недоуменно переглянулись. Лицо Булочкиной начал заливать очаровательный румянец, и я понял, что нужно спасать человека. – И это только за первую четверть. – Вы о чем? – нахмурился Леха, а я махнул рукой. – Да говорил Булочкиной, что с первого курса уже отчислили пятерых человек. Декан лютует, и я не я, если он такой злой не из-за развода. Ребята с удовольствием подхватили тему, и я снова смог заняться Булочкиной. На этот раз я слегка сдвинулся, чтобы закрыть собой соблазнительный тыл, и начал осторожно поднимать подол платья. Когда пальцы коснулись бедра, обтянутого нейлоном, Алиса выпрямилась так, что стала на несколько сантиметров выше. Я криво улыбнулся и продолжил невинные ласки. Меня безумно бесило, что я не могу просто наклониться и уткнуться носом ей в шею, обнять за талию и притянуть к себе. – Булочкина, ты чего-то вся красная. Может, выйдешь проветришь голову? – не смог удержаться я от шпильки, с показным беспокойством заглядывая через плечо в ее лицо. Она повернулась и посмотрела с таким прищуром, что я в ту же секунду пожалел о своем выпаде. И не напрасно. – Нет-нет, все нормально. Это у меня такая реакция на алкоголь. Она снова отвернулась, и я уже собирался продолжить свое увлекательное путешествие по ее бедрам, как между ног опустилась ладонь. От удивления я выпучил глаза так, что Леха приподнял брови. Видимо, решил, что я пытаюсь дать ему какой-то знак. Я махнул рукой, мол, все нормально, а маленькая стерва в этот момент посильнее сжала пальцы. – Уоу! – взвыл я как Серый Волк, одновременно отпрыгивая от Булочкиной. – Островский, у тебя все нормально? – с ложной заботой поинтересовалась эта кудрявая бестия. – Реально, Граф, ты какой-то странный сегодня. Сначала пол вечера пялился в телефон, теперь воешь как оборотень. Леха смотрел уже с откровенным подозрением, и я решил смыться пока не поздно. – Да жарко просто, пойду лучше проветрюсь. Я демонстративно обмахнул лицо ладонями (хотя обмахивать нужно было совсем не лицо) и начал продвигаться к выходу. Через пять минут на свежем воздухе в штанах немного поутихло, а в голове прояснилось. Теперь чуть ли не каждая встреча с Булочкиной напоминала столкновение двух астрономических объектов. Все проходило так же драматично и ярко. Отдышавшись, я решил вернуться в зал, но на другом конце коридора сразу же увидел ее. Алиса медленно плыла мне навстречу, а в ее кудрях отражались цветные блики прожекторов. Я проследил взглядом каждый изгиб желанного тела. Иногда мне казалось, что наши отношения мне приснились, а мои руки никогда не касались ее обнаженной кожи. Мы сошлись где-то на середине и остановились. – Шикарное платье, – произнес я, глядя при этом ей в глаза. – Ты, наверное, хочешь сказать, чтобы я такое больше не надевала? – с улыбкой поинтересовалась Алиса, но я видел, что ей тоже не очень-то весело. – Почему же, ты можешь носить что хочешь. Просто я надеюсь, что то, что под этим платьем, не достанется никому, кроме меня, – сказал я абсолютно серьезно, стирая с ее лица остатки улыбки. – Мы, вообще-то, не встречаемся. В голосе Булочкиной сквозила неуверенность. Она отвела глаза, но я не собирался так просто сдаваться. – Дело только в тебе, Алиса. Напомни, почему мы скрываемся? Через несколько напряженных молчаливых секунд я понял, что ответа не дождусь. Разочарованно вздохнув, я уже было наклонился, чтобы легко поцеловать ее в щеку, но вовремя заметил устремленный на нас взгляд Гарика. Поэтому вместо этого задал другой вопрос. – Ты уже уходишь? – Да, мама звонила. Переживает. – Тебя проводить? – Нет, я вызвала такси. – Хорошо, тогда до завтра. – Пока. Вот и поговорили. Алиса несколько секунд потопталась на месте, как будто ей тоже казалось каким-то неправильным расходиться вот так. А потом быстрой походкой направилась к выходу. Я смотрел ей вслед, пока последняя горошинка на ее платье не скрылась за дверью. Стоило мне повернуться, как я снова наткнулся на внимательный взгляд Гарика. Тихо выругавшись про себя, пошел к столику, стараясь придать лицу максимально безмятежный вид. – И что это было? – тут же перешел в наступление Гарик, как только я сел рядом с ним на диван. – В смысле? – как можно беспечнее ответил я, хватаясь за бокал с коктейлем. – Обычно после разговора с Булочкиной ты блестишь как новенький самовар. А сейчас на тебе лица нет. – Мелочи, пытался уговорить включить меня назад в совет. Я сделал такой большой глоток коктейля, что невольно закашлялся. – У вас что-то есть? – не купился на отмазку Гарик, и я весь сжался. – Пфф, нет, конечно. В последнее время ты очень часто задаешь этот вопрос, Гар, – попытался перейти я в нападение, но не тут-то было. Друг медленно помешал свой коктейль трубочкой, а потом покосился на меня. – В последнее время это очень часто выглядит именно так. – Глупости это все, забей, – отвернулся я от Гарика и подключился к беседе Пахича и Лерки. С многозначительным «ладно» он пожал плечами и отстал от меня, но я достаточно хорошо знал Гарика, чтобы не питать напрасных иллюзий. Если у Гарика появились какие-то подозрения, то он сделает все, чтобы либо доказать их, либо опровергнуть.