Глава 4

Аудроне, Киаран и Око сидели в шлюзе декомпрессии и смотрели друг на друга.

— Спасибо, что вытянула нас, — произнесла Аудроне, глядя на Око.

— Не благодари меня, — повысила тон Око и указал рукой на Киарана, — его благодари! Он твою задницу спас, эфонка хренова!

— Око, — резко произнес Киаран, — успокойся.

— Я и команда успокоимся, когда ноги ее не будет рядом с нами, — ответила Око. — Дочь Адмирала флота — эфонка? — она указал на Аудроне пальцем, — это проблемы Адмирала, а не наши!

— Думаешь, командование не знает, кто я такая? — спросила ее Аудроне.

— А мне наплевать, знают они или нет. Вы, суки, истребляете нас уже сорок лет! — кричала Око.

— Успокойся, — повторил Киаран.

— Если думаешь, что сможешь связаться со своими и сливать информацию… — Око подскочила с места — хрена с два! Я лично повешу на тебя ошейник и будешь по струнке ходить, пока рядом с нами служишь!

— В ошейнике я буду бесполезна, — напомнила Аудроне. — Не смогу ничего спрогнозировать и подсмотреть.

— Да насрать! Без твоих гребаных прогнозов как-то справлялись! Будем и дальше справляться!

— Без моего прогноза вы бы были уже мертвы, — произнесла Аудроне, глядя в искривленное ненавистью лицо Око. — Не устрани я пробоину в отсеке с первым энергоядром, Тартас не смог бы его починить. А до выхода из строя трех других энергоядер оставалось немного времени.

— Ты могла предупредить нас об этом и не лезть туда сама!

— Но я ведь не хотела, чтобы вы меня раскусили, — улыбнулась ей Аудроне.

— Тварь! — Око бросилась на нее.

Киарану пришлось оттаскивать Око от Аудроне, которая беспомощно распласталась на лавке.

— Давай сдачи, сука! Давай сдачи! — кричала Око. — Ты же все предвидишь наперед, трансгрессир хренов!

— Все, Око, пора отдыхать, — Киаран ударил ее ребром ладони по шее, и та потеряла сознание.

— Это только начало, — произнесла Аудроне, потирая висок, который начал отекать.

— Что с тобой делать дальше, мы будем решать потом, — Киаран укладывал тело Око на лавку рядом с Аудроне.

— Мы?

— Я и моя команда, — ответил Киаран и вернулся на прежнее место.

— Ты же вроде не сторонник демократии на борту?

— Я разрешал вам обращаться ко мне на «ты»? — жестко произнес Киаран.

Аудроне села и прижала пальцы к ноющему виску.

— Извините, капитан, — ответила она и отвернулась.

* * *

Вильям с повязкой на лбу внимательно смотрел на экран анализатора возле капсулы медицинской диагностики, в которой лежала Аудроне.

— Что-то долго ты меня обследуешь, Вилли, — Аудроне повернула к нему голову.

— Смотрю, что хорошего с тобой сделала жизнь, — он взглянул на нее.

— А, ты про это…

— Я хотел сказать тебе спасибо за то, что спасла меня, — Вильям продолжал на нее смотреть своими добрыми карими глазами.

— Не за что, — ответила Аудроне.

— И еще я хотел сказать, что голосовал против того, чтобы…

— Надевать на меня ошейник? — засмеялась Аудроне и прикоснулась к толстому металлическому ободу на своей шее. — Спасибо, что без кандалов! Уже прогресс! Слушай, Вильям, а кто еще голосовал против этого беспредела? — она указала на металлическое кольцо на шее.

Он отвернулся.

— Значит, ты был в одиночестве… — сделала вывод Аудроне.

— Киаран связался со штабом и доложил о тебе. Они не отменили своего решения оставить тебя в нашей команде и порекомендовали всем помалкивать.

— А я предупреждала, — Аудроне пригладила ночную рубашку, в которую ее нарядил Вильям перед тем, как обследовать.

— Через три часа мы прибудем на базу «Иль-Ахо». Нам заменят корабль, и мы отправимся дальше, выполнять задание, которое еще не выполнили.

— Значит крайне важная миссия у нас, раз мы все равно должны ее выполнять.

— Что ты о ней знаешь?

— Уже ничего, — Аудроне указала на свой ошейник. — Каждую секунду может произойти кардинальное изменение нашей реальности. В ошейнике от меня толку ноль.

— Я сделаю тебе несколько инъекций с витаминами и энергетиками. После этого можешь переодеваться.

— А где Тартас? — Аудроне села.

— Его заперли и тоже одели ошейник.

— Зачем? — не поняла Аудроне.

— На всякий случай, — ответил Вильям.

* * *

Все ушли из зала совещаний, кроме Киарана и Шори.

— Хочешь что-то добавить? — спросил его Киаран, сворачивая голопроекции.

— Я видел, что ты сделал, — тихо произнес Шори.

Киаран даже не стал к нему оборачиваться.

— И что же я сделал?

— Отстегнул свой трос от скафандра и прыгнул за ней, — ответил Шори.

— И что в моем поступке тебе кажется подозрительным? — Киаран все же обернулся к нему.

— Она эфонка. Она может сотрудничать с ними! Общаться на расстоянии, а мы даже этого не поймем. И не важно, что ее мать со всей остальной ратью ее покрывают! Эфонцы могут предать даже после двадцати лет идеальной службы. Такие случаи были, и ты о них знаешь.

— Но ты не погнушался послушать совета эфонки и остался на месте, когда она приказала, — Киаран надменно вскинул бровь.

— Решил рискнуть, — Шори опустил глаза.

— И теперь ты жив, — напомнил Киаран.

— Убери эту бабу и ее прихвостня из нашей команды, — покачал головой Шори. — Задействуй связи, поставь на уши всех! Но убери ее от нас!

— Ты знаешь, кто каждый из нас не в том положении, чтобы спорить с командованием.

— Жасмин, Око и Дон уже на тебя косо смотрят. Все помнят ее заявление, которая она в столовой сделала. Тебе нужны эти проблемы, Киаран? Из-за какой-то луитанки? Да таких в каждом порту сотни! Любая тебе даст, если захочешь!

— Пошел вон, — сквозь зубы произнес Киаран.

— Ты знаешь, что я прав! — Шори встал. — Мы — твоя семья, а не эта жопастая тварь! Не позволяй ей снять с тебя штаны, Киаран. Снимешь штаны — потеряешь свою семью!

— Я не собираюсь с ней спать, Шори! — рявкнул Киаран.

— Скажи это записям с камер в тире, которые были сделаны ночью, — ответил Шори и поспешил удалиться.

* * *

Вильям вел Аудроне по коридору в «кольце». Остановился у широкой белой двери без опознавательных знаков и нажал на кнопку вызова на панели в стене.

— Я привел ее, капитан.

Дверь открылась и Аудроне не смогла сдержать смешок. Вильям осуждающе покачал головой и отвернулся, пропуская Аудроне в каюту капитана.

— Благодарю, Вильям, можешь идти, — произнес Киаран, не отрывая взгляда от голограммы.

Дверь за Аудроне закрылась, и она с интересом осмотрелась. Каюта, конечно, попросторнее, чем та, в которой ютилась она, но для капитана первого ранга все равно не слишком выдающаяся. Не хватало шика и помпезности, которыми так любили окружать себя высокие звенья офицерской лиги. Весь интерьер был «казенным» и шел в комплекте вместе с кораблем. Кровать, тумбочка, шкаф, дверь, очевидно, в уборную, широкий стол и рабочее кресло на магнитной подушке, которое парило в воздухе, — то есть ничего кроме того, что заботливый Альянс поставлял на корабли типа «Авайзер».

Киаран при этом сидел в кресле и листал пальцем документ на голограмме, по-прежнему не удостоив ее появление даже мимолетным взглядом. Устав ждать элементарного внимания, Аудроне потянулась, размяла плечи и поправила довольно увесистый ошейник на безобразном, дешевом комбинезоне.

— Зачем я здесь? — спросила она, понимая, что может стоять без дела вечность.

— Заговоришь, когда разрешу, — не глядя на нее, ответил Киаран.

Аудроне надула губы и стала переминаться с ноги на ногу.

— Жасмин вычислила, что ты подключалась к нашему бортовому компьютеру как «агент Буря», — спустя минуту произнес он. — Кто ввел корректировки и предоставил тебе неограниченный доступ к системе управления кораблем?

Аудроне решила промолчать. Как известно, умение вовремя отдать дань тишине в щекотливых ситуациях иногда способно принести отсрочку перед линчеванием.

— Язык проглотила?! — повысил тон Киаран.

Она придерживалась выбранного немого курса.

Он оторвался от изучения голограммы (неужели соизволил!) и повернул голову к ней.

— Я задал вопрос!

Она помахала рукой, призывая его продолжать. Киаран медленно выдохнул, как выдыхают перед тем, как замахнуться и рубануть по шее с размаху.

— Разрешаю говорить, — подозрительно ровным тоном произнес он.

— Благодарю, капитан, — Аудроне даже поклонилась. — Но сказать вам нечего, — она изобразила, как застегивает рот на замок.

— Либо расстегиваешь, — он поводил рукой перед губами, копируя ее движение, — голосовой аппарат, либо я вешаю на тебя кандалы и запираю в отсеке для пленных. Спать с поднятыми руками, пристегнутыми к стене, не слишком удобно.

Ход был подлым, но Аудроне не собиралась всю ночь страдать.

— Обновления поступают удаленно от командования штаба Альянса, — она покосилась на его компьютер, — и ваша система скушала их при ежедневной закачке данных.

— Зачем им предоставлять тебе неограниченный доступ? — Киаран откинулся кресле, как Император на троне, и сложил руки на груди.

— Чтобы я могла подтирать за собой следы. Открывать запертые двери. Читать личную переписку членов команды. В общем, делать все, что захочу, — Аудроне лукаво подмигнула.

— Тебе приходят сообщения из штаба, о которых команда может не знать?

— В основном они дублируют приказы, которые отдают капитанам. Иногда могут поделиться дополнительными сведениями об операциях, если считают, что я должна быть в курсе.

— Что произошло с Гремом Стоксом, в команде которого ты служила до того, как попала ко мне? — Киаран внимательно на не смотрел.

— Капитан Стокс трагически погиб во время военных действий на Миноне, — пожала плечами Аудроне.

— И как именно он погиб? — продолжал допытываться Киаран.

— Угодил в «ловушку Асгендо» и пф-ф-ф!!! — Аудроне поиграла пальцами, намекая на «распыление» Стокса.

— И что же ты не спасла своего капитана от «ловушки Асгендо»?

— Я выполняла другое задание.

— Какое? — Киаран опять тяжело вздохнул.

Кажется, он устал от этого допроса быстрее, чем сам рассчитывал.

— Я не могу разглашать вам эту информацию, капитан Рурк, — будничным тоном сообщила она.

— До своего назначения к Стоксу ты служила под командованием капитана Эйрема Шарха. Чем ты там занималась?

— А Эйрем не рассказал лучшему другу, чем мы с ним занимались? — надменно произнесла Аудроне.

Киаран взглянул на нее с такой ненавистью, что она даже поежилась.

— Я не сплю с теми, кого пометила моя мать, — тут же хмыкнула Аудроне. — Кроме того Эйрем засветился, когда раздвинул ноги Афине Джонс — твоей бывшей невесте.

— Заткнись… — прохрипел Киаран, лицо которого застыло и превратилось в маску.

— Эйрем Шарх тебе не друг, — Аудроне с определенной долей снисхождения любовалась красивым лицом Киарана. — Никогда им не был и никогда не будет. Трахает все, что движется, даже любовницу боевого товарища, который спас ему жизнь при девятом сражении за Равнерию.

— К службе под моим руководством ты явно подготовилась, — голос Киарана показался Аудроне слишком ровным.

Киаран — дженериец. От них никогда не знаешь, чего ждать. То холодные, как лед, то плюются лавой, словно извергающиеся вулканы. Аудроне активно добивалась извержения гнева Киарана. Зачем? Хотела узнать, каков ее дженериец в ярости. А еще Аудроне считала своим долгом открыть Киарану глаза на некоторые факты из его жизни, о которых он, возможно, еще не знал.

— Для дженерийца ты неплохо контролируешь себя, — Аудроне склонила голову набок и прищурилась точно так же, как прищуривался он, когда терял терпение. — В твоей каюте нет камер наблюдения и наш разговор останется между нами. И ты специально попросил Вилли привести меня сюда, — она изогнула бровь, подражая Киарану. — Возможно даже не только ради того, чтобы поговорить, — она вызывающе прикусила нижнюю губу.

— Какая у тебя цель? — он развел руками. — Мы знакомы два дня! А ты щемишься ко мне в койку, как будто я тебя туда приглашал!

— Я трансгрессир, Киаран, и могу рассказать тебе сотни версий того, как начнется наш с тобой роман. И не какой-то там проходной трах, а настоящие отношения, благодаря которым ты на это запястье, — она протянула ему правую руку, — повесишь браслет верности.

Киаран, спокойно выслушав ее, прижал кулак к губам и начал посмеиваться.

— Охренеть! — не выдержал он и захохотал в голос.

— Глупо не верить в прогнозы трансгрессира, — Аудроне взглянула в сторону иллюминатора. — Ты сделаешь мне предложение, и я отвечу согласием. Сам понимаешь, что это значит для любого дженерийца, — Аудроне перевела взгляд на Киарана.

Он резко перестал смеяться.

— Рассказать тебе о твоих слабостях? — предложила Аудроне. — Все мое тело, — она указала пальцем на себя, — одна твоя большая слабость, Киаран. И лишая мое тело сахара ты пытаешься сделать меня менее привлекательной для себя.

Киаран вскинул бровь. Уголки его губ поползли вверх. Холодный взгляд синих глаз замораживал, а надменность, которая сквозила в его полуулыбке, подсказывала Аудроне, что только что она сделала поспешные выводы и, скорее всего, неверный прогноз.

— Не вижу ничего привлекательного в том, что ты, — он продемонстрировал руками размер ее зада, — толстая. Ты — толстая, Аудроне Мэль, и на тебя налез только мужской комбинезон, потому что на рядовых и служащих Альянса не шьют женские комбинезоны твоего размера. Своим жирком на боках ты позоришь не только офицерскую форму, но и весь Флот, который сквозь пальцы смотрит на тебя и твои выходки.

Аудроне покраснела и опустила глаза.

— Мне наплевать, что ты увидела в каких-то других реальностях, — он поводил рукой в воздухе. — Твои предсказания лишь прогнозы, которые с определенным процентом вероятности сбудутся. В нашей реальности ты оказалась в отряде офицеров-штрафников, не разжалованных в рядовые только потому, что кто-то замолвил за них словечко. Ты тоже провинилась, и дружок твой вместе с тобой. И мне интересно, что ж ты такое натворила, раз мать отправила тебя в отряд элитных смертников.

— Я там, где должна быть, — она подняла глаза и со злостью взглянула на Киарана. — И я не единственная эфонка на службе Альянса. И не один трансгрессир. Это система, в которой каждый должен быть на своем месте, чтобы эффективно противостоять агрессии тех, кто мнит себя посланниками самого Инага среди людей.

— Ненавидишь свое племя? — удивился Киаран.

— У меня нет племени. Я — человек, у которого необычные мозги. Кто-то считает, что более развитые, чем у основной популяции людей. Это вы и ваши люди повесили на меня ошейник из-за страха, что я могу вам навредить. Так кого в данный момент я должна ненавидеть сильнее: тех, кто убивает более слабых, или тех, кто вешает ошейники на более сильных?

— Ошейник лишь блокирует некоторую активность твоего мозга, — Киаран указал на свой висок. — У тебя есть руки и ноги, есть голова на плечах, — он постучал себя пальцем по лбу. — Пользуйся ими, как пользуются те, у кого нет никаких сверхспособностей. Или ты умеешь только щелкать пальцами и строить теории?

— Я в этом хороша! Так почему бы вам не использовать мой талант во благо?

— А ты свяжись с мамочкой и попроси тебя перевести, — предложил Киаран. — Пожалуйся, что я надел на тебя ошейник и ограничиваю в правах и свободах. Посмотрим, что она тебе ответит.

Аудроне молчала, глядя на него.

— За что мать отправила тебя на смерть, Аудроне Мэль?! — Киаран внимательно на нее смотрел.

— За жирок на боках, — ответила она и вскинула подбородок.

— Ты же понимаешь, что Тартас не защищает тебя? Он тебя стережет, контролирует, чтобы ты не переметнулась на сторону эфонцев.

— Тартас мой друг, — ответила Аудроне. — И у него тяжелая работа.

— Друг, который может в любой момент убить тебя, если посчитает, что ты предала Альянс? Хорошие у тебя друзья, Аудроне Мэль.

— Других нет и никогда не будет.

— Это ты в параллельных реальностях подсмотрела? — Киаран вытянул ноги вперед.

— Я человек, Киаран. Такой же, как и ты.

— Ты не человек, — он отрицательно покачал головой. — Ты — эфонка.

— А чем эфонцы отличаются от людей? — Аудроне подошла к столу и присела на его край.

— Уровнем развития мозгов, — Киаран сложил пальцы домиком. — Вы же сами ненавидите, когда вас называют «людьми». Вы же лучше нас! — он подмигнул ей. — Скажи, а твоя мать тоже эфонка?

— Сам у нее спроси, — Аудроне произнесла это с таким видом, будто сейчас плюнет Киарану под ноги.

— Через час мы прибудем на станцию «Иль-Ахо». Тебя и Тартаса перебросят на новый корабль в транспортных контейнерах.

— Мы можем и по улице пройтись! — настаивала Аудроне.

— В ошейниках не сможете, — ответил Киаран. — Ладно, давай подключайся к бортовому компьютеру и показывай все сообщения, которые получила из штаба за последние два дня, — он повернулся лицом к голограмме.

— Я доложу о твоем произволе, — сдержанно ответила Аудроне.

— А мне насрать, кому и что ты доложишь! — он взглянул на нее. — Входи в систему с моего компьютера и показывай корреспонденцию! Живо!

Аудроне выпрямилась, развернулась и наклонилась вперед, чтобы ввести на голографической клавиатуре логин и пароль для «агента Бури». Открыла письма из штаба и отошла в сторону.

— Если на этом все, я могу идти?

— Уйдешь, когда скажу, — Киаран начал их изучать.

Аудроне терпеливо ждала в стороне, когда он все прочтет. Хорошо, что ничего особенного за эти два дня из штаба не пришло.

— Как часто ты должна менять пароль для входа в систему? — спросил Киаран, листая документы на голограмме.

— Каждый день.

— Значит будешь приходить сюда ежедневно и предъявлять свою корреспонденцию.

Киаран связался с Вильямом и попросил его забрать Аудроне из его каюты.

— Почему меня сопровождает врач, а не кто-нибудь из более подготовленных офицеров? — Аудроне искоса смотрела на Киарана.

— Остальные заняты.

— Я требую, чтобы с Тартаса сняли ошейник! Он не эфонец, нет у него никаких сверхспособностей.

— Все эфонцы так говорят, — Киаран свернул голограмму и повернулся к ней. — Ты все-таки умеешь стрелять или специально идиотку из себя корчила?

— И зачем мне прикидываться? — хмыкнула она.

— Смотри, Аудроне, я ведь и проверить могу.

— Проверяй! — она пожала плечами.

Киаран выхватил лазерный пистолет из кармана и направил дуло ей в лицо.

Аудроне растерялась.

— Что ты… делаешь?

— Вышибу тебе мозги, а потом скажу, что у тебя глаза засветились.

— Я ни с кем не общаюсь на расстоянии. Мои глаза никогда не светятся. Об этом знают все, кто посвящен в мою тайну.

Киаран спустил затвор, и Аудроне вздрогнула.

— Заряд закончился, — он потряс оружием и спрятал его в карман.

— Зачем ты издеваешься надо мной? — тихо спросила она.

— Чтобы иллюзий на мой счет не строила. Заподозрю, что сотрудничаешь с врагом, — сразу пристрелю.

— Тогда зачем ты вообще рискнул жизнью и прыгнул за мной?! — воскликнула она и сделала еще шаг ему навстречу.

— Сказал же, у меня порвался трос, а с тобой я случайно столкнулся, — он пожал плечами.

— Когда думал, что умрешь, ты вел себя по-другому…

— Не хотел перед смертью портить настроение ни себе, ни тебе, — он надменно смотрел на нее. — Каждый заслуживает того, чтобы умереть в спокойствии.

— Я подам рапорт о твоих угрозах, — она сложила руки на груди.

— Подай. Мне даже интересно, что командование тебе ответит в личной переписке. Подозреваю, что попросит не обращать внимание на мое поведение, — вздохнул он. — Задумайся, почему капитан первого ранга, который за всю карьеру не получил ни одного выговора или взыскания, управляет офицерами-штрафниками?

— Ты их пасешь, — сделала вывод она.

— Да. И если будет нужно — пристрелю любого.

— Ты не настолько хладнокровен, — она покачала головой.

— Думаешь? — его губы скривились в полуулыбке.

Прозвучал звонок в дверь. На экране перед Киараном высветилось лицо Вильяма, который пришел за Аудроне.

— Приятного путешествия в контейнере, — Киаран хмыкнул и подмигнул ей.

— Так точно, сэр, — ответила Аудроне и впервые за два дня усомнилась в том, что подберет нужный подход к Киарану Рурку.