18

— Как отдохнула, Ален? — спрашивает меня декан, когда мы встречаемся на работе в первый день.

Стоит огромных усилий спокойно ей ответить:

— Спасибо, хорошо.

Но вероятно, часть эмоций все-таки отражается в моих глазах, иначе бы декан не поменялась в лице.

Ее формальная улыбка гаснет.

— Ну… удачного тебе дня, — говорит она и спешит поскорее от меня отойти в сторону.

Первый день на работе проходит нормально. Не знаю, случайно так выходит или нет, но мне не ставят ни одной пары в том корпусе, где Аверин-младший напал на меня.

Просматриваю расписание. Пока что все мои занятия будут проходить в другом корпусе. Считай, в противоположном блоке.

Это странно. Обычно так не переносят.

Стараюсь не задумываться. Без того тяжело. Ныряю в работу. Сегодня пять лекций и уже где-то в середине полностью отключаюсь. А под конец почти способна поверить, что ничего не было.

Обрывки в памяти — остатки ночного кошмара.

Постепенно включаюсь в рутину.

— Ален, нужно выступить на конференции, — обращается ко мне декан под конец недели.

С удивлением смотрю на нее.

— Что-то не так? — хмурится она.

— Меня нет в списке спикеров, — невольно веду плечами.

Все утверждается заранее.

— А это не проблема, — отмахивается декан. — Добавят.

— Но я же только начала работать. Не уверена, что…

— У тебя отличный потенциал. И студенты тебя любят. Просто подготовь речь минут на пять. Справишься? Или секретаря подключить? Она нормально пишет.

— Нет, не нужно, — качаю головой. — Я сама.

— Вот и отлично.

То, что она общается со мной, будто ничего не было, уже не удивляет. Ну и если посудить, а что декан должна делать? Для нее вся эта ситуация вообще не выглядит проблемой.

Но вот это странность с моим выступлением на конференции действительно вызывает вопросы.

Не только у меня.

— Ты на особом счету, — замечает одна из коллег, не выдержав. — Сначала отпуск вне очереди и непонятно по каким правилам. Теперь выступление на конференции.

Отрываю взгляд от конспекта, который набрасываю для новой лекции, смотрю на нее.

— Если бы не знала, что ректор занят деканом, то решила бы он с тобой, — ядовито цедит она.

— Думаю, ты бы справилась с выступлением намного лучше меня, — говорю.

— Еще бы! Конечно…

— Но слишком занята сплетнями.

Она аж дергается, нервно поджимает губы, но ничего не отвечает. Просто резко отворачивается от меня и уходит прочь.

Перед выступлением волнуюсь. Знаю же, как мне коллеги кости перемывают. Это только одна вот так сама подошла. А сколько за спиной шепчутся?

Понимаю, каждый мой жест будут оценивать. Каждый взгляд, каждое слово разберут потом на молекулы.

Когда выхожу к микрофону, сердце стучит настолько сильно, что начинаю говорить и от волнения сама себя не слышу.

Но я справляюсь. Все проходит нормально.

А после спускаюсь обратно в зал, получаю комплимент от ректора, который вдруг оказывается рядом.

— Прекрасная речь, Алена Михайловна, — замечает он. — Мне кажется, вам стоит принять участие в новом проекте. Вы отправляли заявку на грант?

— Нет, я не подхожу под условия. Учитывается стаж работы.

— Для перспективных идей можно сделать исключение, — говорит ректор. — Вы попробуйте.

Он отходит, а я пытаюсь осознать услышанное предложение. Получается с трудом.

Но еще труднее становится через пару секунд.

Сначала думаю, что ошибаюсь. Просто кто-то похожий внешне. Глупость какая-то и все.

С чего бы ему здесь быть?

Однако еще немного и становится невозможно отрицать очевидное.

Аверин-старший идет через просторный зал, заполненный людьми. Он направляется прямо ко мне.