31

Утром просыпаюсь от мелодии своего будильника. Механически тянусь за телефоном, который должен быть рядом. На тумбе. Но мои пальцы наталкиваются на пустоту.

Открываю глаза. Вскидываюсь, осознавая, где именно сейчас нахожусь.

Телефон продолжает разрываться от звонка будильника, и я соскальзываю с постели, нахожу свою сумку, мобильный. Отключаю все.

Взгляд застывает на цифрах, которые показывают время.

Скоро начнутся часы приема. Надо быстрее собираться, идти в больницу.

Убираю телефон в сумку. Собираю волосы в пучок. Теперь перед глазами смятая постель.

Хорошо, что в комнате пусто. Аверина нет.

Иначе…

Но мы же все равно встретимся.

Подвисаю, пытаясь переварить происшедшее. Это дается с трудом.

Перевожу взгляд на себя. На белесые следы на бедрах, на животе.

Мы даже не предохранялись.

Нормально — не предохранялись.

Мне это и в голову не пришло.

О чем я только думала ночью?

Я не думала. И сейчас тоже лучше не думать. Некогда. Нужно собираться. Главное — скорее увидеть маму.

Мчусь в душ. Быстро привожу себя в порядок.

Вскоре я уже одеваюсь и выхожу из комнаты.

Хочу спуститься вниз, но застываю, услышав голос Аверина.

— Похер мне, как ты это сделаешь, — резко заявляет он. — На хуй этого уебка из моего города. И его семейку следом. Пусть все знают. Если хоть одна тварь за моей спиной что-то мутить начнет — пиздец будет. Каждому.

Прислоняюсь к перилам лестницы. Вижу, как Аверин проходит через комнату, прижав телефон к уху.

— Ты меня понял? — рявкает.

Невольно вздрагиваю. От самого его тона. От голоса. От того, как это все звучит. Со мной будто другой человек общался.

Но… это все он.

— Тогда с хера ли тянешь? — выдает хрипло. — Работай. И не забудь убрать за собой.

Холодею на последних словах.

Конечно, я ничего не могу знать, но это звучит, будто…

Аверин вдруг поворачивается и поднимает взгляд. Смотрит прямо на меня. От чего становится еще сильнее не по себе.

— Все, — бросает он. — Я занят.

Отключает вызов и убирает телефон.

Прочищаю горло. Спускаюсь по ступенькам вниз, стараясь собрать мысли в кучу.

Получается плохо. Особенно когда Аверин подступает ко мне, накрывает рукой мою талию и притягивает вплотную.

— Ален, кофе выпьешь? — спрашивает.

Отрицательно мотаю головой.

— Тогда едем? Ты готова?

Его голос звучит абсолютно по-другому. От прошлых фраз у меня будто ноги подгибались.

А сейчас — он говорит так спокойно, ровно.

Контраст ощутим физически.

— Я могу пройтись, — выдаю. — Здесь же совсем близко. А тебе наверное нужно работать.

— Я тебя отвезу, — заключает Аверин. — А это…

Он слегка кривится.

— Я не терплю на своей территории криминальные темы. Сегодня все решат. Легально.

Рассеянно киваю.

— Ну это не мое дело, — замечаю тихо. — Твои дела.

— Я хочу, чтобы ты знала, — спокойно произносит он. — Мое прошлое в прошлом.

Однако натура осталась. И повадки. Он просто такой. Жесткий. Властный. И то, что мне еще не все стороны его характера открылись, вполне логично.

— Поехали, — говорит Аверин.

Ненужные мысли все равно в голову лезут.

Допустим, этот вопрос он решает легально. А остальные? И то, как он говорил сейчас, отрезвляет.

Никаких иллюзий.

Я же понимаю, кто он.

Аверин на таком уровне, где запредельно высокие ставки. Может быть, так и нужно. Да, именно так. Четко. Авторитарно.

Иначе империю не построить.

Но быть с таким мужчиной…

Стоп. О чем я сейчас? Он мне ничего не предлагал. Сейчас нужно сосредоточиться на главном. На лечении моей мамы.

— Я хочу, чтобы ты переехала ко мне, — говорит Аверин, выезжая с парковки.

Невольно смотрю на него.

Что?..

— Так будет проще, — продолжает он. — И тебе в больницу ближе. И вообще, удобнее.

— Нет, я, — сглатываю с трудом. — Это слишком быстро.

— Я уеду. Вечером. Задержусь на несколько недель. У меня по графику ряд встреч в разных странах. Так что ты будешь жить одна.

Одна.

Но у него.

— Нет, — качаю головой. — Не могу. Ко мне папа должен приехать. Сегодня. И вообще… так будет лучше. Сейчас.

Он смотрит на меня. Будто сканирует.

— Понял, — выдает. — Хорошо. Решай сама, как тебе лучше.

Повисает короткая пауза.

— У тебя будет водитель. На такое расстояние тяжело каждый день мотаться, — замечает Аверин.

С этим спорить уже бесполезно.

Машина притормаживает напротив клиники.

— Спасибо, — говорю.

Хочу выйти, но Аверин задерживает меня, слегка сжав плечо. И тут же его рука опускается к моему запястью, подносит мою руку к губам. Целует. Он подается ближе ко мне, в глаза смотрит.

— Тебе не надо меня бояться, Алена.

— Я не боюсь, — говорю.

И ловлю себя на том, что слишком быстро это выдаю. А после еще и нервную улыбку выдавливаю.

Выглядит напряженно. И чувствуется.

Он прижимается губами к моим губам. Мягко. И что-то в его жесте снова будто обманывает, подкупает меня. Какая-то затаенная нежность.

Коротит. На несколько секунд.

А потом контакт разрывается.

— Я пойду, — роняю.

— Иди, — кивает.

Выскальзываю из машины.

Не похоже будто Аверин согласиться с тем, что все случившееся между нами только на одну ночь. Просто… порыв.

Гоню эти мысли прочь.

Сейчас важно маму увидеть.

Аверин все равно уезжает сегодня. Так что как-нибудь это решится. А пока у меня другая проблема.

— Мам, — выпаливаю, заходя в палату.

— Доча…

У нас всего пять минут. Стараюсь использовать их по максимуму. Обещаю прийти завтра.

В коридоре сталкиваюсь с лечащим врачом.

— Как она? — спрашиваю.

— Будем наблюдать, — говорит. — Но состояние стабилизируется. Это уже хорошо.

Он сообщает мне детали.

— Спасибо вам большое, я поняла, — киваю, а после спохватываюсь: — По оплате. Я могу сейчас…

— Оплата? — хмурится он.

— Да, нужно ведь оплатить ее пребывание здесь. Лечение.

— На этот счет не беспокойтесь, — отвечает доктор. — Все платежи уже покрывает Егор Дмитриевич.

Вот как.

Наверное, стоило догадаться, что Аверин ничего из виду не упустит.

День получается суматошный. Сначала мне звонят с работы. Нужно срочно выйти, решить один вопрос. Потом папу встречаю на вокзале.

Нельзя отрицать, что водитель, которого мне выделил Аверин сильно помогает быстрее со всем справляться.

Сам Аверин дает о себе знать лишь вечером.

— Как мама? — спрашивает.

Немного говорим.

— У меня сейчас вылет, — заключает Аверин под конец. — Наберу завтра.

— Хорошего перелета, — желаю.

— Спасибо, — отвечает он. — Насчет квартиры подумай. Мое предложение остается в силе. Если передумаешь.

Не передумаю.

Но пока не получается сказать ему об этом. Опять слишком выматываюсь и не готова затягивать разговор.

Мы прощаемся. Убираю телефон.

***

Еще несколько недель пробегает будто один день.

Утром едем с папой в больницу, потом иду на работу. Засиживаюсь до вечера. Но это даже хорошо. Думать некогда.

Мама идет на поправку. Через пару дней ее переводят в обычную палату. Брат проведывает ее вместе с нами.

Аверин звонит время от времени. И каждый раз зависаю в напряжении, видя его номер на экране. Но стоит начать разговор — и все. Забываюсь. Ему удается погасить всю мою тревогу. Но вместе с тем сейчас я рада, что он далеко.

Стараюсь о нем не задумываться. Вот он приедет, увидимся. Тогда видно будет.

По телефону все равно некоторые вещи нельзя сказать.

Аверин присылает мне цветы. Один раз вообще букет идет с огромной фарфоровой вазой.

Ухаживает. Проявляет заботу.

Все выглядит идеально. И меня саму все глубже затягивает.

Но… у этих отношений ведь нет будущего. Не представляю нас вместе. И даже если попробовать, то быть с таким мужчиной тяжело.

Он давит. Во всем. Свою волю продавливает. Просто с одними прямо и жестко, как в том телефонном разговоре. А с другими — более обтекаемо. Как со мной. Аверин умеет добиваться своего. Возьмет все, что захочет.

Вечером на автомате просматриваю почту, и мои глаза невольно расширяются от удивления.

Ответ от известной иностранной компании. По моему собеседованию.

Несколько раз перечитываю его, потому что не верю. С того момента, когда я с ними общалась, прошло много времени.

И вдруг, именно теперь, ответ.

Еще какой! Приглашение на работы.

Выглядит как сказка. Офис в Париже. В самом центре города. Оплачиваемое жилье. Бонусы. И зарплата… это намного больше моей ставки в универе.

Им понравились мои идеи по пиару. Тот проект, который я предложила, когда выполняла одно из тестовых заданий.

Сначала даже мелькает мысль, что это Аверин повлиял. Но я отметаю это, потому как выглядит словно паранойя.

Не слышала, чтобы он вел дела во Франции, а даже если какой-то бизнес у него там есть, он бы не стал раз за разом упоминать переезд в его квартиру здесь в наших разговорах.

Нет. Про эту работу Аверин ничего не знает.

Огромный шанс для моей карьеры. Согласиться и уехать. Второй такой возможности может не быть.

Еще раз перечитываю письмо.

Думаю про семью. Мама идет на поправку, папа и брат будут рядом с ней, если уеду.

Тогда чего я жду?

Набираю ответ. Жму «отправить».

Телефон вспыхивает от входящего звонка.

Аверин.

Смотрю на экран и не могу заставить себя ответить. Не представляю, как ему скажу.

И вообще, понимаю, что стоит только начать, он найдет способ повернуть разговор так, что я сама не замечу, как откажусь от этой вакансии.

Он умеет. Этот мужчина гораздо сильнее меня. Умнее. Опытнее. Вот только он наиграется, переключиться на кого-то другого, а что будет со мной? Когда прикиплю к нему. По-настоящему.

Когда…

Да я уже прикипаю.

И скучаю. И звонков его жду, хотя только и думаю, как прекратить наши отношения.

Но себя-то не обманешь. Затягивает. И это у нас одна ночь была. А если отношения растянутся? На месяцы? На год?

Такие как он не выбирают таких как я.

Мы люди из разных миров.

Нужно заканчивать все это и уезжать, пока выпала такая возможность.

***

На следующий день мне присылают билеты. Собираю вещи, перевожу все деньги со своего счета родителям. Пусть у них будут. На всякий случай. А у меня наличные сбережения есть.

В универе решаю уволиться удаленно. Не хочу, чтобы раньше времени пошли разговоры. Иначе до Аверина дойдет.

Прощаюсь со своей семьей.

Аверин звонит еще несколько раз. Не беру. Отключаю телефон.

Первая неделя в новой стране проходит так, что едва успеваю выходить на связь с родителями.

От Аверина ничего.

Кажется, он понял.

На выходных мне звонит подруга. Она должна была в квартиру зайти, кое-что занести.

— Слушай, что у тебя дома творится? — спрашивает.

— Ты о чем?

— Я фото скинула. Сама посмотри.

Открываю. Разбитая ваза посреди комнаты. Та самая, фарфоровая. Аверин ее вместе с цветами отправлял. И стеклянная дверца шкафа разбита. Повсюду осколки.

— Ален, ты слышишь?

— Да, — выдаю, сглотнув. — Сможешь убрать? И стекло в шкафу надо поменять. Хочу, чтобы хозяин квартиры получил ее в том виде, в котором сдавал мне.

— Конечно, сделаю. Но у тебя тут будто ураган пронесся.

Ураган, да.

Можно и так сказать.

Проходит еще несколько дней, и я в напряжении ожидаю, что Аверин позвонит или напишет что-нибудь.

Но ничего не происходит.

Однако еще через месяц Аверин дает о себе знать. Иначе.

Приложение в телефоне показывает, что у меня серьезная задержка и советует сделать тест на беременность.

Это стресс. Так себя убеждаю.

Болезнь мамы. Неожиданный переезд. Новая страна. Новая работа. И еще вся эта история с Авериным.

Но тест я все же покупаю.

И сделав его, в шоке смотрю на две четкие полоски.

Нет, нет. Должно быть, ошибка. Такие тесты часто дают сбой. Все еще надеюсь.

Еще через пару дней отправляюсь к врачу. Сдаю кровь. И тот же результат, что и с тестом, теперь отрицать гораздо труднее.

— Поздравляю, вы беременны, — улыбается врач.