*46*
Снег заметал дороги, падал на машины, затапливал тротуары, оседал на деревьях, облеплял дома. Валил сплошной не рвущейся пеленой, плотной и густой, как тихий монотонный водопад. Из-за него совсем потускнели яркие огни улиц, перестали мигать новогодние гирлянды, приглушился свет фар. Как будто все жители города загадали одно единственное желание на Новый год — чтобы наконец случился снегопад…
Наше такси уже дважды стояло в пробках. Повезло, что водитель, когда-то оставивший мне свою визитку, оказался спокойным и терпеливым, явно привыкшим часами медитировать в потоке машин. Адекватно реагировал на капризничающего Андрюшку, всё время подмигивал ему в зеркало заднего вида, даже маленькую бутылку колы подогнал…
Отвела взгляд от окна, посмотрела на сына, уснувшего в детском кресле. Протянула руку, аккуратно сняла с него шапочку. Хороший мой…
Завтра Новый год. И чёрт знает, зачем меня потянуло встречать новогоднюю ночь в деревне. Дома давно стояла большая искусственная ёлка, которую мы с Андреем наряжали целых два дня, в детской комнате по традиции притулился к стене маленький пластиковый камин с привязанными валеночками, в которых сын каждый зимний праздник находил маленькие презенты помимо основных подарков…
На этот раз подарки были упакованы в чемодан и ехали с нами в багажнике. Как и смена одежды на несколько суток, и немного продуктов для новогоднего стола, которых в ассортименте деревенских супермаркетов, скорее всего, нет…
Зачем это всё?!
А хрен его знает.
Я же собиралась хоть иногда навещать бабушкин дом…
А вышло так, что туда уже несколько раз ездили Егор с Андреем. А я ни разу.
Меня почему-то трогательно умилял тот факт, с какой непререкаемой ответственностью и своеобразной заботой бывший муж отнёсся к старому дому. Объяснял Андрюхе, что любую постройку обязательно надо топить в холодный сезон, иначе она не достоит даже до весны, и тогда возвращаться вам с мамой будет некуда… Конечно, я ни на секунду не забывала о том, что Егор просто работает в двух шагах от деревни, да и выглядело это едва ли не показательным намёком на мою личную несостоятельность — вроде как раз уж у мамы нет времени и желания, и она не способна сдержать данное обещание приезжать сюда, то, так и быть, папа сам это сделает… Но даже данный факт ничуть не портил моего впечатления о намерениях бывшего поддерживать участок в относительном порядке. Приятно почему-то…
***
Старый дом совсем замело снегом. Ровный белый саван покрыл завалившийся штакетник, угадывающийся под небольшим снежным бугром, расстелился по крыше, залепил тёмные окна. Сад и вовсе обмотался белоснежным шарфом от земли до макушек черных корявых стволов, согнувшихся под тяжестью обледенелой пороши, за ночь набравшей вес и объём. От калитки в низине торчала только верхняя планка с шапкой снега…
Слава Богу, что хоть дороги здесь исправно чистят — небольшой трактор как раз попался на соседней улице. А вот всё, что дальше — дело рук самих утопающих…
Константин (я даже переспросила его имя, тоже зачем-то представилась) помог как смог — быстро откидал автомобильной лопаткой небольшой спуск к забору, тряхнул как следует калитку, открыв её почти наполовину, выгрузил наши вещи, помог донести до крыльца, первым пробурив тропинку среди девственно-нетронутой простыни двора…
Я несколько раз с досадой косилась на его правую руку — кольцо на пальце имелось. Конечно, все мало-мальски симпатичные и годные мужики давно и прочно заняты. Как, впрочем, и Егор…
Пару раз я с надеждой смотрела этому Косте в глаза, в глубине души почти поверив в то, что мужик пытается оказать знаки внимания, но… Он совершенно не замечал моих взглядов, да и на Андрюхины рассказы о том, что "когда они с папой были тут в прошлый раз, то снега совсем не было" реагировал дежурной улыбкой, явно расценивая нас как полноценную семью. Просто симпатичный вежливый мужчина попался, ничего личного, да. Даже благодарности не стал слушать, потрепал по макушке Андрейку, коротко поднял руку в прощальном жесте и отбыл восвояси. Эх…
Со вздохом повернулась к дому, ещё раз обозревая свои унылые заброшенные владения. Угрюмо потопталась по снегу, глядя по сторонам — у кого-то из соседей весь дом увешен гирляндами, у других снеговики уже по всему двору стоят, у третьих окна изнутри светятся всевозможными огнями, а кто-то и вовсе уже начал празднование Нового года весёлой музыкой и шашлыками на открытом воздухе…
Поджала губы, почему-то всё ещё сомневаясь в том, что стоит сообщать Егору о нашем местопребывании. Нет, он в любом случае узнает, это и ежу понятно, но пусть лучше через сына например, тогда информация для него будет случайной и ненавязчивой… Но и смолчать не вариант — с чего бы мне от него прятаться? Он же наверняка захочет завтра забрать Андрея, поздравить его… Нужно поступить честно и дать знать бывшему мужу о том, что мы не в городе. Неприятная мысль почему-то — писать первой по таким пустякам…
Досадливо поморщилась. Достала ключи, открыла входную дверь, даже не скрипнувшую смазанными петлями. Вошла на веранду, волоча за собой один из чемоданов…
Вдох — неожиданно знакомый острый аромат яблок защекотал ноздри. Втянулся глубже, раскрываясь всеми гранями тонкой свежести, горьковатого холода, вяжущим послевкусием… Проник в лёгкие, будто смешиваясь с кровью и расползаясь по кровотоку…
Бросила чемодан. Подошла к оставленным несколько месяцев назад ящикам, так и стоявшим возле стены… Приподняла край древнего покрывала, которым тогда ещё прикрыла урожай, раздвинула пожелтевшие листы старых газет…
Яблоки лежали в том виде, в каком их собрали. Не потемнели, не испортились, не сморщились, не испортились. Уютно покоились друг на дружке, подсвечивая сочными лоснящимися красными бочками…
— Вон с того ящика бери! — заскочивший следом за мной Андрей тут же начал раздавать ценные указания. — Мы с папой оттуда начали! А тут не надо трогать… Пусть лежат! — сын явно повторял слова отца.
Послушно положила край покрывала на место. Сделала шаг к отдельно стоявшему ящику, спущенному с общей пирамидки. Заглянула в него… Те же свежие яблоки, будто их только вчера собрали с дерева. Только тара опустошена на половину — их явно тут кто-то исправно грызёт периодически…
Почему-то это было похоже на чудо — свои, не магазинные! Без обработки и химикатов, а лежат и хранятся так, будто могут и до весны дожить…
— Мам!
Выдохнула, невольно улыбаясь собственным мыслям.
— Да, мой хороший…
— А папу опять в командировку отправили? Без него не справятся? — Андрей выжидательной уставился на меня, будто в чём-то обвиняя.
— Почему? — округлила глаза. Так и знала, что сейчас сын обязательно вспомнит отца… — Он же тебя только позавчера забирал!
— Позавчера?! — сын смешно нахмурил лоб, усердно соображая. — Но его долго нет! А к нам сюда он приедет?
Да Боже мой! Егор и так зачастил последнее время, а ему всё мало!
— Не знаю. Может, завтра. А может, через пару дней, как на работу выйдет…
— Через пару? Это через два?
— Да! — я наконец выбрала два самых крупных красивых яблока. Обтерла их руками, откинув перчатки. Одно протянула Андрею, второе надкусила сама, давясь сладким соком и чувствуя, как от эйфории вкуса и аромата хочется сожрать весь ящик… — Ешь лучше! И не болтай!
***
Печка вовсю трещала сухими дровами, заботливо заготовленными Егором в прошлый приезд. На столе уже ждала нехитрая трапеза — яичница с помидорами, варёная картошка, нарезанные огурцы. На сладкое к чаю только что подрумянились слойки из покупного слоёного теста и яблок, перебившие ароматом выпечки все запахи в доме…
Андрейка, недавно натянувший пижаму, сидел на высоком стуле, болтая ногами, и исправно уминал припозднившийся ужин. Я видела, что он рад быть здесь — как-никак для него это настоящее маленькое приключение. Но непривычная обстановка, растерянность и боязнь ночевать в практически незнакомом месте делали своё дело — он вёл себя тихо, то и дело прислушиваясь к звукам за окном. Всё-таки осенью втроём с папой ему было спокойнее, да…
Мне тоже. Нет, я не боялась в прямом смысле слова — для меня дом был и остаётся родным. Но сейчас степень ответственности за сына и переживания о его защищённости невольно давили напряжением и тревожностью — достаточно ли посильную ношу я взяла на себя, оставаясь вдвоём с ребёнком в практически чужом и достаточно немноголюдном месте в разгар зимы? Хочется верить, что да…
Усмехнулась собственным мыслям, отпивая чай из чашки. И когда я только стала переживать за собственное одиночество?! Ещё полгода назад я бы даже не задумалась об этом, искренне веря в то, что я в любом случае справлюсь — должна, обязана справиться. А теперь как-то хочется переложить хоть крошечную часть хлопот на чужие плечи… На плечи бывшего мужа, да. По крайней мере, заботу о нашей с Андрюшкой безопасности так точно. В конце концов, Егор — мужчина, с ним рядом ничего не страшно…
Со вздохом взяла в руки телефон. Отмела промелькнувшую было мысль взять и так запросто позвонить мужу — время позднее, и если он сейчас трахается с Ленкой, то будет глупо прерывать их снова… Невольно бросила взгляд на сына, густо краснея — слишком пошлые мысли лезут в голову при ребёнке, да.
Устало вытянула ноги под столом. Сняла блокировку, принялась печатать…
"Привет"…
— Ты папе пишешь? — Андрей вытянул шею, пытаясь заглянуть в экран, торопливо дожёвывая пирожок. — Чтобы приехал?
Едва не застонала, раздражаясь на этот по-детски непосредственный вопрос. Ну как ответить даже самой себе и не соврать?! Никак…
— Просто пишу папе. Приезжать или нет — это пусть сам решает, — я поджала губы.
"Привет. Мы с Андреем уехали"…
— Он приедет! — малец аж подпрыгнул от восторга. — Ты скажи ему, что я хочу его увидеть…
— Нет! — я сердито глянула на сына. — Я не стану ничего говорить. Приедет — значит приедет. А нет — значит нет…
Андрейка обиженно надул губы, но спорить не стал. Красноречиво покосился на телефон в моих руках, явно мысленно посылая папе очень убедительное сообщение собственного содержания.
"Привет. Мы с Андреем уехали встречать новый год в деревню. Просто чтобы ты знал"
Отправила.
Подняла глаза… Поддавшись порыву, сфотографировала Андрюху, откусывающего яблочную слойку, подписала:
"Сын тебе передаёт привет"
Тоже отправила…
Щёки заалели жаром — теперь я эгоистично была уверена в том, что если Егор и собирался трахать свою Ленку, то сейчас, после взгляда на трогательную детскую фотографию, точно передумает. Просто потому что… Просто не станет этого делать. И эта хитрая мелочная победа невольно вызывала грустную, но искреннюю улыбку…
Телефон дёрнулся в руке ответным сообщением.
"Мой хороший" и восхищённый смайлик в ответ на фотографию…
Первое сообщение просто проигнорировал. Ну, не мои проблемы…
Следом ещё строчка:
"Передай, что папа его крепко обнимает"
А меня?!
Поджала губы. Нашли тут радистку…
— Папа написал, что крепко тебя обнимает, — я отложила телефон. Тоже взяла слойку…
— Ты ему сказала, чтобы он приехал? — глаза сынишки загорелись надеждой.
— Нет! — я уже начала злиться. — Я же сказала: захочет — приедет сам! Возможно, у него дела, завтра же Новый год…
— Мам, а дед Мороз нас точно тут найдёт? — Андрей молниеносно сменил тему на не менее животрепещущую. — Вдруг он нам в квартире подарки оставит?
— Найдёт! Всё, допивай чай, и пошли ложиться! Завтра дел знаешь сколько?! Мне ещё праздничный ужин готовить, между прочим! А тебе — помогать…
***
Сын уже давно спал, положив ладошку под щёку.
А ко мне сон так и не пришёл…
Накинула фуфайку прямо на пижаму. Стараясь не шуметь, открыла дверь, вышла на крыльцо. Глубоко вдохнула морозный зимний воздух, прикурила сигарету…
Вокруг стояла необычная тишина. Снегопад прекратился, и чёткие очертания ночного пейзажа резали глаза — нарядные дома дальше по улице, желтоватые фонари, скрюченные деревья, наряженные ёлки в некоторых дворах, кромка поля вдали, за поляной — чернеющая стена леса…
Всюду блестел девственный снег — он успел запорошить все дневные следы. Но сейчас небо было ясным и чистым, глубоким, усеянным звёздными рисунками…
Вместе с сигаретным дымом изо рта вырывались облачка пара — мороз явно крепчал. Но холодно почему-то не было…
Интересно, чем сейчас занят Егор? Может, тоже курит на Ленкином балконе, накинув куртку на голые плечи, и думает обо мне, глядя в раскинувшийся над головой галактический небосвод…
Усмехнулась собственным мечтам, утапливая окурок в снег. Ещё раз оглядела спящую деревню…
Вернулась в дом, прихватив с веранды яблоко. Погасила везде свет, оставив лишь настольную лампу в спальне. Сгрызла сочную мякоть до самых косточек, глядя в окно на садовые деревья, спящие под белым покрывалом, мерцающим в свете неполной луны…
Наконец осторожно залезла в кровать, аккуратно накрылась краешком одеяла. Несколько секунд смотрела на расслабленное во сне личико сына…
Закрыла глаза, устраиваясь поудобнее.
Господи, почему-то так хорошо сейчас…