*8*
Делать ничего не хотелось от слова совсем. В груди проснулась какая-то апатичная бессильная злость на сам факт присутствия бывшего мужа в относительной близости отсюда. Чёрт побери, такое ощущение, что вся эта мнимая свобода, которую я так усердно лелеяла внутри себя последние дни, оказалась постыдным нелепым фарсом, и я снова эмоционально намертво прикипела ко всему разом — к работе, к сыну, к родителям, к городскому быту, к прошлому, включавшему неудачный брак и последующий развод…
Мне отчаянно хотелось отгородиться от всего этого. Я ведь за этим и приехала сюда — сменить обстановку, отдохнуть от рутины, привести в порядок мысли, побыть одной, в конце концов! А Егор — как вечное навязчивое напоминание обо всех совершённых ошибках, как застрявшая заноза, причиняющая боль загноившейся ране, как самая большая неудача собственной жизни…
И он здесь. Давит своей ментальной настырностью даже на расстоянии полутора километров, полностью сковывая само стремление убежать от всего того, что мне так невыносимо хочется вычеркнуть из своего бытия. И как легко и быстро пробежали три дня в его отсутствие, так бесконечно долго тянутся мрачные часы его отдалённого присутствия, когда нет ощущения принадлежности самой себе, но есть стойкое чувство непоправимого отчаяния и беспросветной обречённости. Даже на пятно на скатерти плевать — пусть так и остаётся…
Как же бесит, а!
Словно желая продлить эту агонию, достала из чехла ноутбук. Поставила его на стол перед собой, пока он загружался, сделала новую порцию свежего горячего кофе…
По-хорошему, надо прямо сейчас растопить печь. Приготовить завтрак, умыться, привести себя в порядок. Выйти на улицу, разобрать поленницу, затопить баню, постирать накопившееся бельё, помыть голову. А ещё желательно хоть немного разгрести часть двора — собрать в старые деревянные ящики хорошие яблоки, смести хлипкими граблями гнилые падальцы и листья хотя бы к забору…
Я же планировала это всё буквально вчера! И даже утром собиралась воплотить если не весь список дел, то как минимум половину…
А сейчас хочется лечь, накрыться одеялом, поплакать и уснуть. Не то чтобы этот способ хорош или чем-то помогает, но на что-то иное просто нет сил…
Экран ноутбука озарился осенним пейзажем оранжевых деревьев, явно вышедших из-под пера нейросети. Мёртвая картинка, как и всё, что окружает меня последнее время. Я думала, что хотя бы здесь смогу обрести силу и душевный покой, но, как видно, от себя не убежишь…
Лениво тыкнула на иконку в верхнем ряду. Сразу переключилась на один из подписных видео-каналов…
Катя сегодня утром была неподражаема — двадцатиминутный ролик завершился ещё два часа назад, успев собрать за такое короткое время несколько тысяч лайков и более пятисот восторженных комментов… Сучка.
Прибавила громкости, уже без особых эмоций наблюдая за грациозной женской фигурой на экране — короткий шёлковый халат, почти небрежно, но на самом деле очень продуманно стянутый на талии, якобы сонный румянец на щеках, пышная копна светлых мелированных волос, почти нечёсаных, но рассыпавшихся по плечам так, будто она несколько часов провела в лучшем салоне города, идеальный маникюр с рисунком из кленовых листочков… На заднем фоне привычно угадывалась когда-то знакомая кухня, дальше — гостиная с ведущей на второй этаж лестницей… Сейчас не видно, но по правую сторону будут двери в комнаты первого этажа, а по левую — огромная панорамная стена с видом на сад и ворота…
Привычно кольнуло в груди — в теории это мог быть мой дом. Моё место рядом с Андреем…
Банальный рецепт какого-то печенья, каша с ягодами на скорую руку, и всё это каждые пять минут переплетается с перерывами на простые упражнения йоги, доведённые Катькой до автоматизма.
Как?! Ну вот как рядом с таким мужиком, как Андрей, можно так цвести и пахнуть, умудряясь жить прежде всего для себя любимой?! Я за короткий период наших отношений заработала лишь депрессию и хроническую бессонницу, стала похожа на собственную тень, а она за столько лет только ещё лучше выглядеть стала…
Наверное, не будь я настолько предвзята, я бы тоже восхитилась этим умением преподать себя, проявить в наиболее выгодном свете, заразилась бы настоящим женским умением скрывать недостатки и так целенаправленно показывать достоинства. Но меня привычно распирала лишь знакомая ревность и разрушительная зависть…
Сделала глоток кофе, неторопливо прикурила сигарету. Подпёрла рукой подбородок, критически разглядывая мельтешащую на экране Катерину. Камера явно скрадывает ей несколько лет…
Нет, я давно не страдала приступами мазохизма и последнее время крайне редко заходила на её страницу. А вот сейчас почему-то захотелось, да… Добить собственную самооценку, скатиться до самого дна, куда меня так услужливо в очередной раз пинком подтолкнул Егор…
Жаль, что у Андрея нет своего канала. Его я бы смотрела ежедневно, не пропуская ни единого видео…
Грустно усмехнулась, бросив последний взгляд на щебечущую с экрана женщину. Его женщину…
Интересно, Егор тоже в подписчиках? Надрачивает на вечерние выпуски, прежде чем идти свою Ленку трахать…
С ожесточением затушила сигарету в кружку бывшего мужа. Решительно захлопнула ноут.
Что ж, полученного заряда здоровой протестующей злости с лихвой хватит на то, чтобы наколоть дров и помахать граблями…
***
На улице оказалось ощутимо холодно и сыро. Мелкая морось противно оседала на лице, ветер нещадно студил руки, по телу то и дело пробегала липкая дрожь, отчего зубы периодически постукивали друг об друга…
Мне отчаянно хотелось обратно домой, но я упорно продолжала разбирать берёзовые чурки, аккуратно перекладывая годные дрова в одну сторону, средней паршивости в другую, а совсем трухлявые отходы закидывая в старый пыльный мешок из-под сахара, найденный в одном из сараев. Сразу сгребала граблями осыпавшиеся гнилушки и тоже отправляла туда же, дабы не разводить ещё большую грязь около складницы.
Мне уже вполне хватило бы заготовленных поленьев и на протопку бани, и для печи. Но раз уж я занялась этим делом, то лучше нарубить с запасом минимум на пару дней…
Топор заржавел, но исправно выполнял свою работу, если не обращать внимания на совсем расшатавшийся обух, державшийся на посеревшем от времени топорище на одном гнутом гвозде и честном слове. Изолентой его в следующий раз замотать что ли…
После часа такой работы я наконец согрелась. Даже расстегнула куртку и скинула капюшон, чувствуя, как начинают поднывать непривычные к подобной нагрузке мышцы — всё-таки спортзал раз в неделю и реальный физический труд немного отличаются по воздействию на тело и организм, да…
Иногда меня брала злость на слишком пересохшую древесину и неподатливые сучки, и тогда я и вовсе изо всех сил лупила по пню, ощущая едва ли не эйфорию от оправданной возможности выплеснуть скопившуюся внутри… нет, не горечь, а сдавленную тисками ярость, гнездившуюся в груди клубком жалящих шипящих змей. И кажется, с каждым взмахом топора мне реально становилось легче…
Я то и дело бросала взгляды в сторону калитки. Поглядывала на пустынную улицу… И замахивалась ещё сильнее, вбивая колун в центр пиленого круга так, что полено сразу разлеталось на несколько щепок…
Как ни странно, я втянулась в работу. Мысли больше не взрывали мозг, и он словно отупел от расслабленной пустоты. Недавний скупой оргазм, о котором было стыдно даже вспоминать, тоже сыграл свою роль, подспудно напоминая о том, что я вполне могу обходиться без мужика в любом деле. Да и вообще у меня всё отлично, да…
Сначала затопила печь в доме — хотелось, чтобы по возвращению из бани тут было тепло и уютно. Подумала было сбегать в магазин… Но отказалась от этой идеи — у меня есть мука, кефир, яйца, несколько купленных вчера слоек, огурец… Мне на сегодня определённо хватит. По-хорошему надо бы суп какой сварить, но это потом. Когда Егор снова уедет…
Мысли о бывшем муже настойчиво стучались в голову, но пока я была занята делом, я легко могла отстраниться от них. Натренировалась ещё в офисе по отношению к Андрею — в конце концов, иногда нам приходится несколько дней работать бок о бок, и я без проблем держусь всё это время. Накрывает обычно потом, когда он уезжает…
Сиротливая калитка так и продолжала притягивать взгляд, пока я ходила по протоптанной мною же дорожке от дома к бане и обратно. Чего я ждала? Появления Егора? Пф-ф-ф-ф…
А вообще, конечно, мог бы и остаться помочь! Я бы его в благодарность даже обедом накормила, наверное…
Понимала, что снова начинаю злиться. Конечно, Егор помог бы, если бы я его попросила. Но любая просьба может расцениваться им как подкат с моей стороны, поэтому никаких просьб…
Кажется, я устала ещё на моменте разматывания нового шланга и накачивания воды в бочку, но с завидным упорством продолжала вкладывать силы в любую занятость, пыхтя от натуги — притащила две охапки дров, разгребла от листьев небольшой пятачок перед входом, вернулась в дом за грязной одеждой, потом ещё раз за посудой, разделась в предбаннике до трусов и лифчика, замочила стирку и попыталась оттереть сковороду ещё до того, как вода толком нагрелась…
Может, виной тому была хмурая незнакомая тётка из соседнего дома, вышедшая покормить такого же молчаливого пса, да так и оставшаяся на своём участке — то тоже кипу дров домой занесёт, то зачем-то уйдёт в сарай на десять минут, то начнёт тискать ту самую псину… Наши дворы разделяла всего лишь крупная рабица, и волей-неволей нам пришлось сухо поздороваться друг с другом, но перспектива слинять первой домой и ударить в грязь лицом перед этой хозяйственной соседкой мне почему-то совсем не нравилась. Пришлось поторопиться спрятаться в бане…
Даже отсюда, из крошечного мутного банного окошка, я умудрялась зачем-то поднимать взгляд и украдкой посматривать на улицу, понимая, что кипучая деятельность неотвратимо заканчивается, а впереди меня ждёт долгий томительный вечер. И от этого натянутые нервы звенели ещё сильнее, наращивая напряжение в теле…
Мать вашу, неужели всё?!
Неужели Егор просто так возьмёт и уедет завтра утром ещё на трое суток?!
Нет, я не ждала его официального визита с извинениями или с очередной попыткой пообщаться. Но… Но мог бы зайти попрощаться что ли…
Нет, мне не надо! Понятно, что ему там и так нескучно — куча друзей, пиво, разговоры по телефону с Ленкой, переписка с этой Алёной, вечерний Катин ролик…
Не до меня, да?!
Впрочем, как всегда. Не обидно, нет! Бесит только почему-то…
Выскочила из бани уже в сумерках в одном полотенце — перегрелась так, что холода даже не почувствовала. Пару секунд простояла около крыльца, вглядываясь в темноту улицы и прислушиваясь к гнетущей тишине, ощущая, как от тела поднимается пар, постепенно охлаждая кожу…
Я заперла дом, прежде чем уйти — внутри остался ноутбук, кошелёк, документы, мало ли… Теперь же торопливо открыла ключом дверь, шагнула на веранду, запоздало сожалея о том, что не включила заранее свет — страшно всё-таки заходить в тёмное помещение и шарить по стене в поисках выключателя…
Отчего-то дрожали руки. Лицо раскраснелось уже не от покалывающего жаром влажного пара, а от какого-то лихорадочного волнения, вызванного то ли обидой, плавно и неизбежно перетекающей в отчаяние, то ли никак не желающей подыхать надеждой, упорно корчившейся в муках агонии…
Покрутила в руках пижаму, но так и не переоделась, боясь спугнуть это в некотором роде извращённо-приятное ощущение томительного ожидания, когда вроде и не ждёшь в прямом смысле, но где-то внутри что-то сворачивается от вероятности того, что это может произойти…
Всё-таки я достаточно хорошо знала Егора, чтобы не понимать, что он нет-нет, но думает об утреннем инциденте. Пусть не так навязчиво и надрывно как я, но если ему не совсем всё равно, то он обязательно возвращается к этим мыслям… Не потому, что так приятно вспоминать обо мне или лелеять в сердце мой светлый образ, увы. А лишь по причине того, что он ушёл в крайне раздражённом состоянии, и ему теперь непременно нужно завершить эту ситуацию таким образом, чтобы при любом раскладе оказаться крайним — либо свалить всю вину и ответственность на меня и остаться из нас двоих белым и пушистым, либо дожать меня окончательно, чтобы уйти отсюда конченным мудаком, но точно зная, что я ещё долгое время не смогу смотреть в его сторону с полным равнодушием. Он всегда тонко чувствует эту грань, потому что тоже неплохо изучил меня за то время, что мы жили вместе…
Всё-таки переоделась в чистую майку и мягкие домашние штаны. Накинула на плечи кофту, чувствуя, как отпускают раскалившиеся до предела эмоции, как стынет разбушевавшаяся за день кровь… Ну чего я завелась в самом деле? У Егора давно своя жизнь, и места для меня там явно не предусмотрено. С чего вдруг мне так захотелось снова растолкать локтями всех, включая баб, и освободить для себя самый центр его мироздания?! Я ж не Катя, в самом деле…
За окнами совсем стемнело. Больше не просматривался даже двор, не говоря уже о дороге…
Блядь! Да и чёрт с ним! Болтовня с Алёной интереснее? Ну конечно, лежать на диване, бухать, тыкать кнопки и получать восторженные бабские сообщения гораздо проще, чем поднять задницу на ночь глядя и хотя бы сделать вид, что переживаешь за бывшую жену! Зачем, правда? Там и самооценку поднимут, и дадут возможность забыть про меня, и явно не станут посылать прямым текстом… Очевидно же, что предпочтительнее…..
Вздрогнула, шестым чувством уловив посторонний шум на веранде. Успела лишь схватить ртом глоток воздуха, ощущая, как сердце точечно бьёт в солнечное сплетение, отчего тело мгновенно наливается слабостью и паническим адреналиновым страхом…
— Блядь, ты бы хоть фонарь над дверью повесила… — Егор заперся настолько буднично, ворча на ходу и стряхивая с волос капли дождя, что я даже потеряла дар речи. — Нихрена ж не видно впотьмах…
Шокировано наблюдала за тем, как он снимает блестящую от воды куртку, встряхивает её, вешает на гвоздь…
И это его я ждала весь день?! Ради чего, спрашивается? Явно не по нему лично тосковала, а просто было скучно от непривычного одиночества…