Только твоя

Местом, куда меня привел Адам был кинотеатр под открытым небом. Днем фильмы не транслировались, но доступ к площадке не был закрыт. Купив возле входа, в киоске, два горячих капучино мы уселись на последний ряд из мягких скамеечек в импровизированном зале. Народа вокруг практически не было — лишь небольшая компания подростков коротала время почти у самого экрана.

Адам вытащил из кармана пачку «Мальборо» и поджег сигарету.

— И давно ты куришь? — с удивлением спросила я, зная, что раньше за ним этой вредной привычки не водилось.

— Чуть меньше года, — выпуская дым, ответил он.

— Зачем?

— Нравится процесс.

— А я думала, что ты спортсмен, — улыбнулась я, вспоминая его торс с приятными на ощупь кубиками…

— А я думал, ты тихая и милая девочка. Домашняя такая… Все мы ошибаемся, не так ли, Лола? — колко поддел парень, напоминая о моем неподобающем поведении в клубе.

— Все ошибаемся, — тихо под нос проговорила я, с грустью понимая, что Адам даже не догадывается о том, что было в эту же ночь, после вечеринки. О грядущей свадьбе я вообще молчу.

Мысли в голове путались. На каком-то интуитивном уровне, я понимала, что мы сейчас не просто так сидим вместе. Быть может, Адам хочет начать все с чистого листа, забывая о прошлом. Иначе, зачем бы он привел меня сюда и усадил на эти сиденья, где прежде мы страстно целовались, не замечая окружающих, теряя суть фильма, который изначально пришли смотреть. Я тянула со своей откровенной историей, прекрасно понимая, что после этого Адам просто уйдет навсегда из моей жизни. Я не хотела больше терять его. Никогда-никогда.

— Так твоя сестра, все же, вышла замуж? — прерывая поток моих бесконечных мыслей, спросил парень, делая глоток кофе из стаканчика.

— Нет. С отцом ребенка они даже не вместе.

— А она у тебя смелая, — хохотнул он, отправляя окурок прямиком в урну.

— Угу. И решительная. Не то, что я.

— Я уж было подумал, что это у тебя сын появился.

— А если бы и так, то что? — с вызовом посмотрела я на парня. Ну, в самом деле, не в девках же мне сидеть все это время, пока он уехал в свой Лондон?

— Да не воспринимай ты все в штыки, Лола, — нежно глядя на меня, спокойно произнес Адам. — Хочешь поговорим откровенно?

— Говори, — зло сжимая стаканчик в руке, отозвалась я. Вот все бы сложилось тогда по-другому, не уедь он из Барселоны!

— Я скучал по тебе, — едва дотронувшись до моей руки, ответил он.

Это касание отозвалось знакомой жаркой дрожью по телу, вызывая пьянящее, головокружительное блаженство. Такая близость лишала рассудка. Хотелось обнять его, прижать к себе и больше не отпускать.

— И я, — еле слышно ответила я, устремляя взгляд вниз, на открытые босоножки, рассматривая педикюр.

— Лола, как думаешь, сможем ли мы забыть прошлые обиды и начать с начала? — легко сжимая мою ладонь, спросил он.

Мои догадки оправдались. Я уставилась на него, приоткрывая рот для ответа, но слова так и не пришли на ум. Господи, ну почему он говорит мне это сейчас, когда все зашло слишком далеко и стало запутанно, сложно. Губы Адама были непозволительно близко. Я чувствовала его теплое дыхание на своей щеке, слышала аромат его парфюма, вперемешку с запахом сигарет.

Нужно сказать ему всю правду. Как начать?

Недолго думая, он притянул меня к себе и поцеловал. Вся путаница мыслей угасла в голове, когда его язык проскользнул между моих губ, и я поцеловала его в ответ. Боже, как же я скучала по нему, по его прикосновениям, объятиям… Языком я облизала его нижнюю губу и прижалась руками к его груди, ощущая сквозь дорогую ткань темной рубашки его сердцебиение, долетающее до моего тела. В течение нескольких секунд я чувствовала то, что чувствовала раньше, когда мы были вместе.

Целостность.

Полноту.

А потом меня словно накрыло. Я поступаю отвратительно. У меня скоро свадьба и я обязана сказать об этом. Нужно перестать врать.

Я отстранилась от парня и отвернулась, возвращаясь в свою нынешнюю гадкую реальность.

Сломанную.

Пустую.

— Что такое? Что-то не так? — недоумевал Адам, удивленный резким изменением в моем настроении.

— Адам… Я… — запинаясь, тянула я. — Я должна тебе сказать кое-что.

Парень внимательно смотрел на меня, застыв в ожидании, видимо, по моему тону понимая, что разговор будет не из приятных.

— Я не хочу начинать сначала. Вернее, не могу.

— Почему? — серьезно, с обидой в голосе, спросил он.

— Я не одна сейчас.

Адам разочарованно хмыкнул. Конечно, такого ответа он не ждал.

— Я замуж выхожу в эту субботу. За Диего, — добила я парня информацией, от которой у него округлились глаза.

Он снова извлек из пачки сигарету, прикурил и затянулся, выпуская горький дым из легких.

Между нами повисло молчание. Тягостное. Напряженное. Тишину нарушал лишь веселый смех подростков, которые что-то увлеченно и живо обсуждали неподалеку от нас.

— В тихом омуте, оказывается, действительно, водятся черти, — в очередной раз затягиваясь сигаретой, произнес, наконец, парень. Смотрел он куда-то вдаль, перед собой, словно избегая встречи глазами.

— Прости, — выдавила я, понимая, что это извинение уже ничего не изменит.

— Почему сразу не сказала?

И действительно! Зачем я оттягивала неизбежное? Если бы я обозначила свое нынешнее положение еще в ресторане, не пришлось бы сейчас рассыпаться на крохотные частички от стыда и собственной тупости. Ну, что со мной не так? Почему я делаю все через одно место?

— Не знаю…

— И давно вы с ним вместе?

— Чуть больше полугода.

Создавалось ощущение, что с каждым своим ответом я разбивала сердце Адама все больше и больше. Девочка, которая казалась милой и правильной, на деле оказалась ничем не лучше его бывшей Эбигейл. Даже представить страшно на сколько он сейчас разочаровался во мне. Да и чего представлять, я сама себя ненавидела!

— Ты любишь его? — докуривая сигарету до самого фильтра, обжигая пальцы, задал вопрос он.

Я медлила с ответом. Будет очень странно, если скажу, что не люблю, а просто позволяю любить себя. Говорить, что мне комфортно с Диего тоже глупо и как-то эгоистично.

— Хотя, чего я спрашиваю. Конечно, любишь, иначе не выходила бы ты за него, — швыряя окурок мимо урны, констатировал парень, понимая мое молчание по-своему.

Хотелось громко оправдывать себя. Говорить о любви к Адаму и долго-долго извиняться, раскаиваясь в своей глупости, но что-то меня останавливало. Да, я попросту была не уверена, что после произошедшего отношения с Оливером наладятся, я боялась отказа и не хотела выглядеть по-идиотски.

Глаза противно щипало от непрошенных слез, которые совершенно не вовремя подступили к глазам. Я сидела опустив голову, не смея взглянуть на Адама.

— Что же, Лола. Желаю счастья, — печально и совсем не искренне, сказал парень, а затем поднялся и ушел.

* * *

В день свадьбы я встала с тяжелой головой. Половину ночи мы с Паолой глушили алкоголь. Это было что-то вроде мини-девичника, который я совершенно спонтанно решила организовать у себя в квартире. Правда он был настолько мини, что кроме подруги, горячительных напитков и слез, на нем больше ничего не было.

— Давай, поднимайся уже, невеста, — рядом сонно ворчала Паола, уткнувшись носом в подушку. — Через полчаса стилист придет делать прически и приводить наши ужасные лица в божеский вид.

— Еще поспим. Минут пятнадцать, — укутываясь с головой одеялом, ответила я.

К черту этого стилиста, к черту эту свадьбу. Мне плохо и я хочу лежать.

Подруга, похоже, оказалась более ответственной. Она первая поднялась на ноги и заботливо принесла мне таблетку аспирина и стакан с водой.

— Пора, Лола, — скидывая с меня одеяло, проговорила она.

Я жалобно вздохнула и поднялась. Усевшись на кровати я приняла лекарство и бухнулась назад. Долго в вертикальном положении оставаться не было сил — голова раскалывалась. Так я провалялась до самого прихода девушки-стилиста, затем все же встала и поковыляла в ванную.

— Впервые вижу, чтобы невесты напивались перед таким важным днем, — с нескрываемым осуждением говорила Бланка, принимаясь сушить мои волосы феном.

Я не стала ей ничего отвечать. В моей голове сейчас был один-единственный вопрос: «Как так все вышло?». Казалось, недавно я ответила: «Да» на предложение Алвареса и закрутилось… Все вокруг суетились с этой свадьбой, причем, гораздо больше чем я. Родители, Рита, Паола, мама Диего — все они принимали огромное участие в подготовке, а я… Я сидела сейчас с дичайшего похмелья и тихо ненавидела гудящий звук фена, который только усугублял головную боль.

Полтора часа Бланка потратила на мою прическу, еще час на макияж, а затем занялась Паолой. Мне же осталось только платье надеть. Я ходила вокруг свадебного наряда, который лежал белым облаком на кровати в соседней спальне и не решалась даже взять его в руки. Медленно, но верно меня охватывала паника. Перед глазами словно вся дальнейшая жизнь промелькнула, и я содрогнулась. Я вдруг представила себя заботливой матерью двоих детей, живущей в роскошном загородном доме Алвареса. У нас есть забавный лабрадор, камин, шикарный бассейн на заднем дворе, зимний сад, с множеством всяческих цветов и растений, мансарда, оборудованная под мою мастерскую. Я пеку вишневые пироги по выходным, сплетничаю с соседками, хожу в спортзал, по будням работаю… Такая мерзкая, монотонная рутина, которая с каждым днем поглощает меня все больше, засасывает, словно воронка.

— Ты чего еще раздетая? — отвлекая меня от мыслей, задала вопрос Паола. Она стояла в дверном проеме, уже полностью готовая.

— Поможешь мне? — грустно улыбнувшись, спросила я.

— Конечно, — с радостью согласилась она.

Довольно быстро я облачилась в белое платье принцессы, но уверенности это не добавило. Наоборот, стало только хуже. У меня от волнения и страха даже ноги подкашивались. В зеркало на меня смотрела грустная, совершенно бледная девушка, которая, казалось, совсем отчаялась.

— С тобой все нормально? Тебе плохо, Лола? Ты белая, как мел.

— Не знаю.

Стало трудно дышать. Я подбежала к окну и распахнула его настежь, впуская в комнату приятный, напоенный весенней свежестью, воздух. На улице кипела жизнь, очень похожая на суматоху, которая царит в доме накануне праздника или в преддверии отпуска: тротуары запружены толпами, спешащих куда-то прохожих, автомобили резво мчат по дорогам. Из окна будто веяло свободой, которую я потеряю уже через несколько часов.

— Соберись давай. Твой папа уже приехал за нами. Сейчас поедем в мэрию, — легонько дотрагиваясь до моего плеча, сказала Паола. — Держи вот, — она протянула мне элегантный букет из калл.

Господи, почему вообще каллы? Всегда считала их цветами покойников. Наверное, надо было самой выбирать букет, а не доверять это кому-то. С ужасом я понимала, что происходящее со мной вовсе не свадьба моей мечты и самое страшное было в том, что я только сейчас это осознала. Я не могу выйти замуж за Диего лишь потому, что он хороший и милый парень, который готов заботиться обо мне. У меня нет к нему чувств, которые женщина должна испытывать к мужчине. Я не буду с ним счастлива.

— Я не поеду, — хрипло проговорила я.

— Чего? Сдурела?

— Нет. Я не могу.

— Из-за Оливера? Мы же вчера с тобой все обговорили. Ты пришла к выводу, что тебе все равно не быть с ним вместе.

— Не быть. Но и Диего герой не моего романа.

Паола зажала рот ладонями, усаживаясь на уголок кровати. Она с ужасом смотрела на меня, словно рассуждая, что делать дальше.

— Зачем я вообще согласилась тогда? — корила я себя, нервно расхаживая из угла в угол.

— Тихо-тихо-тихо, — скороговоркой повторила подруга, аккуратно усаживая меня на стул. — Я сейчас.

Через считанные секунды, она стояла возле меня с бокалом шампанского.

— Выпей. Расслабься. Успокойся, — четко проговорила Паола, протягивая мне алкоголь.

Я залпом осушила бокал.

— А теперь скажи мне, это предсвадебное волнение или ты реально так решила?

— Это не волнение. Я не хочу жить с Диего, спать с ним, готовить завтраки и притворяться, что люблю. Это лицемерно. Неправильно.

— Так. Давай вдохни и выдохни, — подруга глубоко вздохнула, жестикулируя руками и громко выдохнула, заставляя последовать ее примеру. — Ты должна быть уверена в правильности своего выбора. Уверена?

— Угу.

— Лола, как так? Что скажут твои родители? — не унималась она.

Кстати, вот о них-то я совсем не подумала. Конечно, мама с папой будут в шоке, от таких выкрутасов дочери, но даже ради того, чтобы не доставлять им хлопот, я не готова была решиться на такой серьезный шаг.

Вдох-выдох. Рука сильнее сжала стебли цветов.

— Принеси еще шампанского, пожалуйста, — отдавая пустой бокал Паоле, попросила я.

Подруга без лишних слов отправилась в гостиную, а я рванула следом за ней прочь из квартиры. Мне не хотелось, чтобы кто-то останавливал меня, уговаривал, призывал одуматься. Хотелось просто бежать. Бежать, куда глаза глядят.

Позади я слышала крики Паолы, которая пыталась образумить, но я не на миг не задерживалась, ловко перепрыгивая ступеньки лестницы.

Чтобы не попадаться на глаза папе, который ждал у подъезда, я скользнула к запасному выходу. Он вел прямиком на проезжую часть и к моему счастью не был закрыт.

Прыгнув в первое попавшееся такси, я продиктовала до боли знакомый адрес и дала волю чувствам — расплакалась.

* * *

Конечно, заплатить водителю мне было нечем, потому пришлось пожертвовать своими новенькими туфлями, купленными к знаменательному событию практически за тысячу евро. Поначалу таксист долго возмущался и был не готов получить в качестве оплаты обувь, но узнав, что у меня с его женой один размер — согласился.

Оставив букет и фату на заднем сиденье, приподняв объемный подол наряда, я вышла из автомобиля. Две молоденьких девушки, что-то обсуждающие возле подъезда проводили меня пристальным, подозрительным взглядом. Еще бы! Не каждый день встретишь босую невесту с размазанной по щекам тушью.

Я не знала, дома Адам или нет. Удастся мне с ним поговорить или опять я наткнусь на его домработницу. Была не была. Я позвонила в дверь. Долго не открывали. Что же, уходить я не собиралась, требовательно нажимая кнопку раз за разом. Что я творю? Родители, наверное, там с ума сходят. Уже вторая их дочь убегает с собственной свадьбы. Как я в глаза людям буду смотреть? Совесть грызла изнутри, но зато я была честна перед собой, перед Диего. И что мне мешало порвать отношения раньше? Идиотка…

Наконец, дверь распахнулась. Передо мной стоял Адам, заспанный, взъерошенный, и его глаза были полны такого невероятного удивления, как будто он совершенно забыл, кто я.

— Что ты здесь делаешь? — словно очнувшись ото сна, спросил он, оглядывая меня с ног до головы.

— Можно войти? — стараясь улыбнуться, задала вопрос я.

Парень молча отошел в сторону, пропуская меня в квартиру.

Я как дура встала посередине просторной, светлой гостиной и замолчала, не зная, как связать слова в предложение. Адам взял бутылку воды со столика и открыв ее, принялся пить. Похоже, вчерашняя ночь у него выдалась бурной. Господи, надеюсь, что он один сейчас, а не с какой-нибудь подружкой. Иначе мой визит будет выглядеть вдвойне глупее…

— Лола, объясни, зачем ты тут? — грустно вздыхая, попросил парень. — Да еще и в таком виде.

Необходимо собраться с мыслями и признаться в своих чувствах. Неважно, что он ответит. Главное, что я попробую, рискну, переживу и забуду, а не стану всю оставшуюся жизнь сожалеть о несказанном.

— Я сбежала с собственной свадьбы, — поднимая глаза на него, начала я. — Повторила подвиг своей сестренки…

— Сумасшествие у вас в крови, — не скрывая улыбку, резюмировал Адам.

— Это точно…

— А ко мне зачем пришла?

— Не знаю. Наверное, не знала, куда идти, — пожала плечами я.

Ведь и правда, решение увидеть Оливера было настолько неожиданным, что я сама в какой-то момент не поняла, как оказалась у его двери. Я будто инстинктивно ехала к нему, находясь в какой-то прострации.

— Два дня назад, ты спросил, хочу ли я попробовать начать наши отношения с чистого листа.

— Да. И это было мое искреннее желание, пока ты не сказала, что замуж выходишь, — с обидой в голосе, ответил Адам.

— Я знаю, что поступила отвратительно, причем по отношению к себе в первую очередь. Мне хотелось верить, что я забыла о тебе, но все оказалось не так просто. Жизнь порой преподносит неожиданные сюрпризы, и я благодарна, что увидела тебя в «Санта Рите», в противном случае я бы так и плыла по течению, считая, что это правильно. Вышла бы замуж за нелюбимого человека и всю жизнь старалась бы соответствовать статусу примерной жены.

— Еще не поздно сделать это, — буркнул парень.

Судя по всему, я зря приехала. Он не настроен был на нормальное общение и тем более не был готов простить меня.

— Я не буду с Диего ни при каких обстоятельствах.

— Хочешь быть со мной?

Вопрос Адама звучал как-то цинично и жестоко, сводя к нулю все мои надежды.

— И как я должен доверять девушке, которая при первой же возможности мстит, целуясь с другим, а потом добивает новостью о замужестве?

Он все еще злился на меня, что было вполне логично.

— Ты тоже не святой, Адам. У тебя нет крыльев за спиной и нимб над головой не светится, — слезы невольно вновь полились из глаз. — Позволь, я закончу? — собравшись с мыслями, попросила я.

— Пожалуйста, — фыркнул он.

— Спустя почти год я увидела тебя снова и поняла, что не забыла и чувства не остыли. Я люблю тебя, Адам, — с трудом проговорила я самые важные слова. — Ты только не подумай, что я жду твоего прощения, плачусь и стараюсь вызвать жалость. Но если я лишусь тебя — мне будет плохо. Очень плохо.

Парень стоял напротив и старался не смотреть на меня. В нем кипела ярость. Еще мгновение, и он разнесет здесь все. С минуту я ждала от него хоть какой-то реакции на мои слова и не дождавшись уже направилась к выходу.

Таксистам платить уже нечем. Свадебное платье вряд ли кому-то будет нужно. Придется долго ковылять босой до Паолы. Домой я сейчас не готова идти. Выслушивать претензии и осуждения родителей желания не было.

Медленно, я открыла дверь и вышла из квартиры. Все. Обратной дороги нет. Хотя, на что я надеялась? Утирая слезы, я спускалась по лестнице, проклиная собственную глупость.

— Лола, — окликнул Адам, когда я уже практически спустилась вниз.

Я обернулась. Он подошел и взял меня за руку.

— Ну и дура же ты, — начал парень, стирая с моих щек слезы. Тон его голоса уже был мягким.

— А ты?

— А я идиот, который не хочет жить без тебя, — печально хмыкнул он, глядя на меня темными глазами, прерывисто дыша. Затем он крепко обнял меня, прижимая к себе.

Неожиданно. От счастья голова кружилась. Я уткнулась в плечо Адама, ощущая приятное тепло, исходящее от его кожи.

— Моя девочка, — шептал он на ухо, успокаивая, гладя ладонью по спине.

Я вся затрепетала при этих словах, кровь вскипела в жилах. Безумно захотелось принадлежать только ему. Ему одному. Я прильнула к его губам в долгом, страстном поцелуе, обнимая Адама за шею, тихонько касаясь его волос.

Мы долго и отчаянно целовались на лестничном пролете, изнемогая от желания, совсем не боясь быть замеченными другими жильцами. Мы снова были одни в нашем крохотном, уютном мирке. Не спеша, мы поднимались обратно наверх, практически не отрываясь друг от друга, путаясь в моем платье.

— Моя невеста, — сказал парень, поднимая меня на руки, занося в свою квартиру.

— Только твоя, — прошептала я, снова касаясь его губ.