Глава 37

Маркус, до нашего с Эдвардом появления, судя по всему, угощал гостя кофе. Теперь же призрак мгновенно сообразил, к чему всё идёт. Бросил кофейник и благоразумно сбежал.

Огонёк исчез следом. Шмыгнул к лестнице и поскакал на второй этаж.

— Добрый день, Клайв. — Спокойный голос Эдварда резко контрастировал с тоном брата.

Ловчий ещё и руки на груди скрестил, и тени отозвал. Наверное, хотел показать свой мирный настрой. Только зря он так. Брат вспыльчивый и такой же ненормальный как и все Ровендрейны. Шарахнет в запале и не заметит. Думать над последствиями он потом станет.

— Клайв, успокойся! Эдвард, ты иди, я сама с ним разберусь.

— Ты? Я не ослышался? Вы с ним уже на ты? — совсем вызверился братец.

Световые вихри раскалились добела, и это означало, что Клайв на пределе и до сих пор не напал на Эдварда исключительно из желания поболтать перед смертью. Своей смертью, разумеется.

Нет, я, конечно, люблю-обожаю своего братца, и его желание меня защищать умиляет, но эта его привычка кидаться на людей ни в чём не разобравшись!

— Не знаю, о чём думал отец, когда пускал тебя в наш дом, и как ты сумел на него повлиять, но только мне плевать на всё. Я не позволю забрать Грейс. И к Роузи не приближайся.

— Умерьте тон, — уронил Эдвард. — Я не давил на Артура. Таков закон, и лорд предпочёл его соблюсти.

Ох, чует моё сердце, нарвётся сейчас Клайв на хорошую трёпку, если не замолчит. У Эдварда тоже терпение не бесконечно. Вон как тени у ног зазмеились. Ему ведь ещё с монстром разбираться, а он здесь застрял.

— Эм, — позвала я мужчин, — а вы не могли бы свои разборки продолжить вне дома. Он мне в некотором роде дорог. У меня аренда ещё на два месяца вперёд уплачена.

— Не вмешивайся, Грейс, — процедил братец. Уцепил меня за руку, задвинул себе за спину и силком усадил на диван.

Клайв буквально искрился магией. Одна из таких искр отлетела в Эдварда, прожгла сюртук на груди.

— Отправил меня в треклятую пустошь и думал, я не узнаю ничего?

— Не только вас. Были и другие счастливчики. — В голосе Эдварда проявились саркастические нотки. — Практикант Ровендрейн, объяснитесь. Почему я вижу вас здесь? Кто позволил вам покинуть пост? Или, вы справились с заданием и спешите доложить о ликвидации проблемы?

Клайв смутился. Световые вихри распались.

— Нет. Нежить из прорыва лезет не переставая.

— Подождите, — вклинилась в диалог. — Какая пустошь, Клайв? У тебя же практика в управлении?

— Я там неделю пробыл, потом этот, — Клайв сцепил зубы, сдерживая ругательство, — на пару с отцом меня на границу миров услали.

— Эдвард? — протянула я. — Как ты это объяснишь?

— Систематическое и грубое нарушение дисциплины должно поощряться.

— И мне никто ничего не сказал! — налетела на брата.

Клайв окончательно вышел из боевой стойки, погасил последние искры стихии и стал напоминать нашкодившего школьника.

— Не волнуйся, Грейс, — сказал Осборн. — Ничего страшного не произошло. В академии СМБ дают хорошую базу, но некоторые студенты упорно не желают осваивать её и о будущем не думают. В управлении Клайв в любом случае надолго не задержится. Меньше чем через полгода он займёт должность охотника и его подключат к полноценной работе. Клайву никто не позволит отсиживаться в кабинетах и дальше. Сразу погонят на охоту, где без должной подготовки, первый же серьёзный противник откусит ему голову.

Побледнела, легко представив такую картину. Эдвард прав. Именно это брата и ждёт. Клайв же никогда особо не жаловал академию, поступил туда по настоянию папы.

— Тогда пусть лучше и дальше охраняет пустоши, — решила я.

— Охраняет, — передразнила меня брат. — Если бы! Никому эта пустошь и даром не нужна. Там никого нет, ни единой живой души, кроме меня и ещё пятерых таких же практикантов. Выйти за пределы пустоши нежить не может, ей остаётся только друг друга жрать или нас, если повезёт.

— Быстро сообразили, — усмехнулся Эдвард. — Да, покинуть пустошь нежить не в состоянии. Но место для тренировок там отменное. Ловчие используют его для тренировки новичков, перед тем как начать отправлять их во Мрак. Там довольно напряжённая обстановка, она учит ждать нападения в любой момент. Линдер открыл пустошь по просьбе вашего отца, Грейс, поставил меня куратором над Клайвом и остальными. Практикант Ровендрейн, — вновь обратился Эдвард к Клайву, — так вы назовёте мне причину, заставившую вас самовольно покинуть пост.

— Я приехал на свадьбу к сестре.

Точно! Сегодня же должно было состояться венчание Роузи и Ликона.

— Ясно, — сказал Эдвард. — Сутки дежурства в девятом квадрате.

— Но... — заикнулся было Клайв. Гонора в нём заметно поубавилось.

— Отдыхаете и ещё сутки дежурите в седьмом.

— А как же восьмой?! — возмутился Клайв. — После девятого идёт восьмой.

Мне захотелось заткнуть братцу рот. Я уже видела как Осборн поступает с теми, кто смеет оспаривать его приказы. Клайв, судя по всему, тоже был знаком с последствиями, но так ничему и не научился.

— Я посчитал ещё одно дежурство излишним. — Уголки губ Эдварда едва заметно подрагивали, ловчий силился сдержать улыбку. — Но если вы решили проявить инициативу...

— Нет!

— Похвально. Дополнительные сутки в восьмом секторе. Так и быть.

— Мстите? — процедил Клайв.

— Учу, — возразил Осборн.

— Может ещё в пятый квадрат отправите? — огрызнулся Клайв.

— У меня нет цели вас убить. Даю вам увольнительную до десяти вечера. Потом возвращаетесь в пустошь и берёте дежурство. Сейчас у меня больше нет времени, я должен уйти, но мы ещё продолжим разговор. Я сам найду вас. До завтра, Грейс. — И Осборн растворился в клубах тьмы.

— Сволочь, — выругался братец, когда тени окончательно покинули мой дом. Он бы с радостью и покрепче выразился, но сдержался. — Мы скоро сами по его милости в нежить превратимся!

— В академии надо было лучше учиться, — не прониклась я жалостью к брату. — Что в пятом квадрате?

— Не знаю. Нам только до шестого доступ открыт.

Клайв притянул меня к себе и обнял.

— Грейс? Что происходит? Что вы опять не поделили со стариком? Откуда эта странная идея с бюро? Мне твой призрак успел такого рассказать. У меня волосы дыбом встали. И, да, в каком ты виде?

— А Осборну вроде нравится, — хихикнула я.

— Не сомневаюсь. Так в чём дело? Я иду на служебное преступление, всё бросаю, приезжаю на свадьбу сестры и вместо праздника нахожу пустой дом. Роузи, давно замужняя леди, сидит где-то на окраине империи. Ты вообще непонятно где.

— А я причём? Спрашивай у отца. Я же не сама ушла. Это он выгнал меня из дома.

«И отрезал от рода».

Последнее не стала произносить вслух.

Не хочу об этом думать.

— Прости меня, малышка. — Клайв опустился на диван и усадил меня себе на колени, как в детстве.

— Тебя-то за что? Ты же ничего не знал.

— Но должен был. — Брат упрямо мотнул головой. — Собирайся, мы едем домой.

Теперь уже замотала головой я.

— Нет, я никуда не поеду. Мой дом здесь.

— Брось, Грейс. Отец успел сто раз проклясть себя. Но, ты же его знаешь, он никогда не станет просить прощение первым. Поверь, старик сидит под дверью и только и ждёт, когда в неё постучишь ты.

— Значит, пусть сидит дальше! Или, если он так скучает, приезжает сам. Мне не за что извиняться. Я не считаю себя виноватой. И мама... Она ведь тоже ни разу не написала мне. Так может я и не нужна им? Ты приехал, Роузи постоянно пишет, зовёт к себе, а они!

— Да, совсем забыл. Мама тебе письмо передала втайне от отца и деньги. Старик почему-то запрещает ей общаться с тобой и с Роузи. Но с Роузи они вроде нашли способ переписываться.

— Письмо давай, — обрадовалась я. — Но денег не возьму.

— Вы с отцом оба упёртые, как бараны, — вздохнул Клайв. — Хорошо, не хочешь домой, поедешь ко мне.

— В пустошь? — фыркнула я.

— В мой столичный особняк. Станешь жить там. Всё лучше, чем в этой дыре.

— Не смей называть мой дом дырой! — взвилась я.

— Но это и правда дыра. Нет, здесь мило. Наверное... Уй, Грейс! Перестань меня бить!

— Это. Мой. Дом. — Говорила, с каждым словом отвешивая братцу очередной удар подушкой. — И. Мне. Он. Фух. Очень. Нравится. Ай!

Клайв отобрал у меня моё оружие, повалил на себя.

— Интересно, ты всё так же боишься щекотки? — спросил брат, поигрывая бровями, после чего настала моя очередь визжать.

— Кхм, — раздался за моей спиной ехидный голос Севиля. — А ловчий знает, о твоих обнимашках?

Клайв замер.

Ох, Севиль! Как же не вовремя ты явился!

— Грейс, что здесь делает это? — По обеим сторонам от брата вновь вспыхнули вихри.

— Живёт.

— Убийца тёти? Здесь? Ты в своём уме?

Севиль тоже узнал Клайва.

— Я, пожалуй, пойду, — пробормотал он, отступая.

Клайв взмахнул рукой и наложил на дверь печать.

— Подожди, зайчик, — сказал Клайв почти ласково. — Сначала мы немного поговорим.

Та-а-ак! Надо срочно что-то делать. Иначе от эльфа сейчас горстки пепла не останется.

— Клайв, стой! — Втиснулась между мужчинами, загородила Севиля собой. — Он никого не убивал, и ты прекрасно это знаешь. Не смей его трогать. Севиль мне нужен, я без него не проживу.

Ой, опять не то говорю!

В прошлый раз ни к чему хорошему эта фраза не привела.

В этот раз меня снова поняли неверно.

— И чем же он так ценен для тебя? — процедил брат.

— Это не то, что ты думаешь, — вступился эльф за самого себя.

— Да? — издевательски протянул брат. — А ты знаешь, о чём я думаю?

— В любом случае не о том, — встряла я и поплатилась.

— Грейс! — заорал Клайв. — Какого дирха ты творишь? Куда Осборн смотрит? Почему не выставил его до сих пор?

— Я не разрешила.

— Я слишком ценный сотрудник, — подтвердил Севиль, стоя за моей спиной. — Консультант по налаживанию взаимоотношений.

— Кто? — изумился Клайв.

— Севиль мой повар. Успокойся, пожалуйста.

Клайв со стоном рухнул обратно на диван. Махнул рукой.

— Действительно, — хмыкнул он, глядя вслед уходящему на кухню эльфу, — я такого не ожидал. Грейс, — брат посерьёзнел, — что происходит между тобой и ловчим?

— Ничего — пожала плечами.

— Ловчие жестоки, они ни с кем не считаются, для них служба превыше всего. Осборн в самом деле может жениться на тебе в любой момент, закон на его стороне. Но он до сих пор работает без маяка. Почему?

— У нас договор. Эдвард дал мне месяц. За это время я должна найти ему маяк.

— Шутишь? — усмехнулся Клайв. — Как ты собираешься это сделать?

— Похоже уже никак, — вздохнула я.

Вздох получился притворным. На самом деле я не чувствовала сожаления по поводу проваленного заказа.

— Не мог же Осборн всерьёз рассчитывать, что ты справишься с этим? Если только... — Брат как-то странно на меня посмотрел, потом откинулся на спинку дивана и забросил руки за голову, упёрся затылков в сцепленные пальцы.

— На самом деле Эдвард неплохой, — осторожно начала я. — И, пожалуй, я понимаю его. Сама бы на его месте поступила так же. Уверена — ты тоже.

Брат помолчал. Потом взял меня за плечи и развернул лицом к себе:

— Влюбилась? — спросил он с подозрением.

— Нет, — ответила, прислушавшись к себе. Вроде не вру. Хотя кто его знает, я же до сих пор ни разу не влюблялась по-настоящему. — Но я дала Эдварду слово.

— Заберёшь обратно. Он поймёт, уверен.

Отрицательно качнула головой.

Ловчие жестоки? Возможно.

Будь на моём месте Роузи, Осборн давно притащил бы её к алтарю, сформировал связь и забыл о ней навсегда.

Отпустит ли он меня? Да.

Если хорошо попрошу.

Откуда-то знала, мне позволено гораздо больше, чем остальными.

Брат тяжело вздохнул.

— Говорю же, Осборн та ещё сволочь. Всё-таки успел задурить тебе голову.

Клайв сказал это с такой злобой, что я слегка опешила.

— Не влюбляйся в него, Грейс, умоляю.

— Почему?

— Просто поверь мне.

Но я не желала верить на слово.

— Клайв, — протянула с нажимом. — Договаривай.

— Ловчие не созданы для семьи.

— Неправда, — вспыхнула я. — Отец Осборна был ловчим, и у него была семья. Жена, дочь, Эдвард.

— Да, Грейс, был. — Брат повысил голос. — Он был, а потом его не стало. Ловчие никогда не умирают своей смертью, они все погибают во Мраке. Или сами нарываются на кого-то сильнее их, или тьма решает, что её слуга перестал справляться и пора его заменить.

Внутри меня что-то застыло. Заледенело. Перестало биться.

— Нет. — Губы едва шевелились.

— Ловчие редко доживают до сорока. Де Линдеру за пятьдесят, но он скорее исключение из правила...

— Замолчи! — крикнула, зажимая уши и сгибаясь пополам. — Заткнись, Клайв! Это неправда. Нет!

— Всё-таки влюбилась, — выдохнул брат.

«Эмилия. Сильная и талантливая. Но в ловчих долго не продержится», — вспомнила слова Эдварда.

Теперь, когда я знала истинный смысл этих слов, от них повеяло обречённостью.

— Грейс? — Брат легко тронул меня за плечо.

Сколько Эдварду лет? Тридцать? Чуть больше?

Сколько ему осталось?

— Неправда. — Мотнула головой. — Должен быть какой-то выход.

— Грейс, я...

— Я велела тебе заткнуться, Клайв, — прошипела, не глядя на брата.

— Да. Прости, сестрёнка.

Я промолчала, но обнять себя позволила. Сидела, глядя в одну точку.

Неправда. Эдвард сильный. Очень. Ему ничего не грозит.

Клайв тоже молчал. Но долго находиться в тишине он не мог.

— Что ты станешь делать, когда срок вашего договора истечёт? — спросил он.

— Выйду за Осборна замуж. Это же очевидно. И да, ты первый в числе приглашённых. — Стукнула брата кулачком в плечо. — Куда теперь?

— Заскочу к Роузи, и к ночи мне надо успеть вернуться в пустошь. Уверена, что хочешь остаться?

— Да.