Глава 19

Вот такого точно не ожидал. Да, сейчас я исполнял обязанности заведующего терапией. Но думал, что у меня осталась пара дней, а затем Тамара Павловна выйдет на работу.

А тут такой сюрприз. Действительно неожиданный и при этом приятный.

— Вы серьёзно? — на всякий случай спросил я.

— Абсолютно, — ровным тоном повторил Кречетов. — Заведующим терапией в поликлинике. Тамара Павловна переезжает в Москву, насовсем.

Я перевёл взгляд на Лаврову. Невольно отметил, что за прошедшие недели она довольно сильно изменилась. Новая стрижка, отдохнувший посвежевший вид. Отпуск явно пошёл ей на пользу.

— Я уже всё решила, Александр Александрович, — проговорила она. — Не думайте, что это поспешное решение на эмоциях.

— Присаживайтесь, Тамара Павловна, — кивнул ей Кречетов. — Нечего в дверях стоять.

Женщина прошлась по кабинету и села на свободный стул. Она как будто бы даже вес немного скинула. Прямо не узнать её.

— Я много думала, — проговорила она. — Пока была у дочки, с внучкой много играла. Поняла, что устала я сильно. И тремя неделями мою усталость не снять. К тому же там с родными так хорошо было. У дочки с мужем дом огромный, мне там и комната есть. И с внучкой помогать буду, та как раз в первый класс будет собираться.

— Когда вы успели всё это решить? — удивлённо спросил я.

— Да спустя неделю от отпуска, наверное, — улыбнулась Лаврова. — Всё сомневалась. Потом поговорила с родными, они окончательно убедили меня, что решение правильное. Вот, пока вы были в отъезде, как раз приехала в Аткарск, пошла знакомиться с новым главврачом.

— Я отпускаю Тамару Павловну без отработки, — ровно проговорил Кречетов. — Тем более что замену себе она нашла сама.

Слишком много новостей.

— Нового кардиолога? — уточнил я.

— Да, так получилось, — смущённо отмахнулась Лаврова. — Там девочка одна в Саратове как раз ординатуру заканчивает. Сейчас госы сдаст, и к нам. Ну, пока что без кардиолога придётся месяц-другой, будем в Саратов отправлять как обычно.

— Александр Александрович, так что скажете? — проговорил Павел Викторович. — Понимаю, это может быть неожиданно. Но вы и так фактически исполняли роль заведующего все эти недели. И справлялись прекрасно. Так почему бы вам окончательно не закрепиться в этой должности?

Я взял короткую паузу. С одной стороны, это уже не «и. о.», не временно, не «пока Лаврова в отпуске». Это постоянная должность со всеми вытекающими. Нужно ставить задачи, требовать с людей, формировать отделение под себя. И это большой шаг в карьере.

С другой стороны — это большая ответственность. За каждого терапевта, включая Остроухову, Бумагина, Шарфикова и всех остальных. Это ещё больше времени, которое я и так уже не очень понимаю, откуда брать. Школа здоровья, дежурства, работа в «СберЗдоровье», работа терапевтом и заведующим — всё нужно будет успевать.

Однако я знал, что справлюсь лучше других. По факту уже справлялся, и получалось у меня неплохо. И отдавать бразды правления кому-то ещё я не хотел.

— Согласен, — сказал я.

Кречетов спокойно кивнул, словно другого ответа он и не ожидал.

— Приказ оформлю до конца дня, — заявил он. — С понедельника станете заведующим официально, безо всяких «и. о.». Тамара Павловна уезжает в понедельник, до этого будет приходить и окончательно передавать дела. Если будут вопросы — пока обращайтесь к ней.

— Спасибо, Павел Викторович, — кивнул я. — Я не подведу.

— Уверен в этом, — отозвался главврач. — Александр Александрович, ещё пара моментов, пока вы здесь. По окладу и надбавкам отдел кадров вам всё подготовит, вы ознакомитесь и подпишете. Кабинет за вами остаётся прежний, переезжать в кабинет Тамары Павловны смысла не вижу. Я попрошу хозчасть на следующей неделе подобрать вам нормальный шкаф под документы.

— Принято, — а он явно продумал эти моменты заранее. Знал, что я соглашусь.

— Тамара Павловна, вы тоже можете быть свободны, — закончил Кречетов. — Документы все подготовлю завтра, зайдёте ко мне и в отдел кадров.

Лаврова медленно кивнула, и вдвоём мы вышли из кабинета главврача. На улице она меня остановила.

— Александр Александрович, — избегая взгляда, проговорила она. — Я хотела перед вами извиниться.

— За что? — удивился я.

— За то, что было в самом начале, — протянула Тамара Павловна. — Когда вы только пришли. Я ведь на вас тогда смотрела… Ну, скажем, без энтузиазма. Ну вы сами помните наверное. Этот скандал с Верой Кравцовой… Ваша манера работать, точнее, не работать. А потом вы начали резко меняться, и я до последнего не могла поверить, что это правда.

— Вам не за что извиняться, — сказал я. — Я действительно наделал много ошибок поначалу.

Не я, а прошлый Саня Агапов, но это не важно.

— Александр Александрович, вы не понимаете, — мотнула она головой. — Если бы не вы, я бы доработала до пенсии через силу. И ушла бы с ощущением, что отделение разваливается у меня на глазах. А я ухожу спокойной. У меня в отделении остаётся заведующий, который точно знает, что делает. Я уезжаю счастливой. Спасибо вам. Да ведь благодаря вам я в принципе решилась на этот отпуск! Без вас… я бы точно сгорела.

— Рад, что смог помочь, — серьёзно кивнул я. — Вы заслужили отдых.

— Сегодня у меня дела в городе, а завтра уже приду со всеми прощаться, — бросив быстрый взгляд на поликлинику, сказала Лаврова. — Так что до завтра.

Она пошла к выходу с территории больничного комплекса, а я вернулся в свой кабинет.

— Лена, у меня большие новости, — объявил я. — С понедельника я официально заведующий терапией. Тамара Павловна увольняется и уезжает в Москву.

— Ты серьёзно⁈ — обрадовалась Лена. — Так я теперь смогу официально тебе говорить: «Следующий, сказал заведующий»?

— Это всё, что тебя радует? — усмехнулся я. — А поздравить любимого терапевта?

— Поздравляю конечно! — Лена кинулась с объятиями. — А я, значит, медсестра заведующего. Новая должность, почётно!

Я усмехнулся. У нас с Леной по итогу сложились прекрасные взаимоотношения. Крепкая дружба и идеальная рабочая обстановка. Я был рад, что все трудности остались позади и сформировался такой тандем.

— Планёрку надо собрать, — сказал я. — Позовёшь всех?

— Ох и не терпится увидеть лицо Татьяны Александровны, когда до неё тоже дойдёт эта информация, — потёрла ладошки Лена. — Всё сделаю!

Через пятнадцать минут в моём кабинете собрались терапевты.

— Доброе утро, — начал я. — Во-первых, я вернулся с конференции, так что по всем вопросам снова ко мне. Надеюсь, Юля без меня справлялась хорошо. Во-вторых, с понедельника я вступаю в должность заведующего терапевтическим отделением на постоянной основе. Тамара Павловна Лаврова увольняется. Кардиолога на своё место она нашла, но девочка выйдет только в июле. А пока что пациентов отправляем, как и эти недели, в Саратов.

— Александр Александрович, помедленнее, — проговорила Елена Александровна. — Как это «на постоянной основе»?

Знал, что старая гвардия не сильно будет этому рада. Это ещё Остроуховой нет, а то та бы тоже что-то высказала.

— Вот так, — пожал я плечами. — Павел Викторович рассудил, что я хорошо справлялся эти недели, так что буду справляться и дальше.

— Поздравляю, — радостно улыбнулась Юля. — Ты и правда отлично справляешься!

— Поздравляю, — тихо произнесла Анастасия Григорьевна.

Шарфиков тоже выдавил из себя поздравления. Елена Александровна поджала губы, ничего больше не сказала.

— Так, ещё из новостей, Павел Викторович подал заявку на передвижной флюорограф, — добавил я. — Это, правда, больше для Галины Фёдоровны, которую я снова не наблюдаю. Но потом передам ей отдельно.

— Она на выезде, — заявила Елена Александровна.

— Так, завтра планирую прочитать лекцию на тему «Яды как лекарства: история токсинов в медицине», — продолжил я. — Снова приглашайте пациентов. И последнее, Тамара Павловна завтра придёт попрощаться. Надо бы организовать человеку достойные проводы, всё-таки она долго здесь проработала.

— Надо накрыть стол после твоей лекции и посидеть, — тут же загорелась Юля. — Я всё устрою!

В ней и не сомневался.

— Тогда договорились, — кивнул я. — На этом пока что всё.

Терапевты принялись расходиться. Юля уточнила ещё пару моментов и тоже ушла.

После планёрки я объездил вызовы, а затем вернулся на приём. Рутина затянула в привычном виде: пациенты, комиссии, диспансерное наблюдение.

Через час после начала приёма в кабинет зашёл знакомый пациент. Грехов Анатолий Иванович. Тот самый, кто переел свёклы и решил, что у него рак мочевого пузыря.

— Добрый день, доктор, — кивнул он мне. — Вот снова я к вам. На этот раз ничего не читал в интернете, честно!

— Это радует, — усмехнулся я. — Садитесь, рассказывайте.

От меня не укрылось, что сел Грехов с трудом. Думаю, спина.

— Поясница ужасно болит, — сразу же подтвердил мои догадки он. — На даче картошку посадил, и вот, прихватило.

— Так, боль иррадиирует? — уточнил я. — Отдаёт в ногу?

— Да, правая нога прям отнимается, — закивал Анатолий Иванович. — Прямо ужас какой-то!

Я задал ещё несколько вопросов и перешёл к осмотру. Так, болезненность паравертебральных мышц слева на уровне 4 и 5 поясничных позвонков, выраженный мышечный спазм. Пропальпировал остистые отростки, локальной болезненности по средней линии нет, что хорошо. Симптом Ласега отрицательный с обеих сторон, до семидесяти градусов поднимает ногу без боли. Симптом Вассермана тоже отрицательный. Ахилловы и коленные рефлексы живые, симметричные. Чувствительность по дерматомам сохранена, мышечная сила в нижних конечностях полная.

Несмотря на жалобу пациента на «отнимающуюся» ногу, истинной корешковой симптоматики не было. Ощущение «отнимается» давал выраженный мышечный спазм с рефлекторной защитой. Классический мышечно-тонический синдром на фоне остеохондроза поясничного отдела, обострение после физической нагрузки. Без признаков радикулопатии.

Проверил себя праной, так и есть. Влил небольшое количество, чтобы уменьшить выраженность мышечного спазма и снять отёк в паравертебральной зоне. Облегчение Грехов почувствует уже к вечеру.

— У вас обострение остеохондроза, — объявил я. — К неврологу пока не надо, я справлюсь с этим сам. Так, пять дней максимальный покой, никаких нагрузок и картошки. Мелоксикам по пятнадцать миллиграммов раз в сутки утром после еды, не больше недели, под прикрытием омепразола двадцать миллиграммов на ночь. Местно мазь с диклофенаком два-три раза в день, лёгкими движениями втирать. Мидокалм по сто пятьдесят миллиграммов один раз в день, чтобы снять спазм. Больничный нужен?

— Нет-нет, — покачал головой Грехов. — Спасибо вам, доктор. Второй раз к вам попадаю и убеждаюсь, какой же вы хороший врач.

Я записал его к себе на повторный приём, выдал лист с рекомендациями, и Грехов ушёл.

В перерыве между пациентами я отправился в отделение профилактики. В кабинете застал только Вику, Ирина Петровна куда-то ушла.

Первым делом взвесился. Так, сто пятнадцать килограмм, отлично иду!

— Поздравляю с назначением, — бодро сказала Вика. — Слухи уже дошли, это дело быстрое.

— С понедельника только заступаю, но спасибо, — кивнул я. — Что у нас по новостям?

— Тейтельбаум вчера лекцию прочитал, сегодня никого, вы ведь не распоряжались, — ответила девушка. — Завтра вы будете?

— Да, ставь тему «Яды как лекарства: история токсинов в медицине», — кивнул я. — Завтра с утра отнесу Кречетову материалы.

— Поняла, — кивнула Вика. — Кстати, у нас уже три тысячи подписчиков в сообществе!

— И есть даже не из нашего города, — улыбнулся я. — Как раз на конференции одного фаната повстречал.

— Надо же, — удивилась Вика. — Значит, пользуемся популярностью!

Я вышел из кабинета профилактики и вновь отправился к себе в кабинет.

Снова началась вереница дел. Пациенты, заявки, графики. Пришлось разбираться с жалобой на Беляеву. Суть была в том, что пациент не смог ей дозвониться и записаться на приём. Пришлось объяснить пациенту, что запись на приём ведётся через регистратуру, а не через личный номер врача.

В пять часов Остроухова вернулась с выезда, и я позвал её к себе.

— Решили и передо мной лично похвастаться своим назначением? — с порога спросила Галина Фёдоровна.

— Нет, я по другому вопросу, — ровным тоном ответил я. — Решил вашу проблему с недообследованными пациентами.

— Я бы не назвала это своей проблемой, — хмыкнула она.

— Это ваш участок и ваши пациенты, — напомнил я. — Так что всё-таки и проблема эта именно ваша. Павел Викторович подал заявку на передвижной флюорограф. Как только нам выделят эту машину, она начнёт объезжать сёла. От вас, как от ответственной за этот участок, нужен график. Список сёл с указанием количества подлежащих обследованию пациентов, маршрут движения машины с учётом дорог и сезонности. Разумеется, список ответственных в каждом селе — фельдшер или глава деревни. Сделаете мне к понедельнику.

— Я не успею за столь малый срок это сделать! — тут же возмутилась Остроухова.

— Галина Фёдоровна, тут ничего сложного, — отрезал я. — У вас есть все данные, и фельдшеры есть. Я просто прошу собрать всё воедино.

Остроухова помолчала.

— Хорошо, к понедельнику всё будет, — выдавила она из себя. — Могу идти?

— Идите, — кивнул я.

Ещё один терапевт, явно недовольный моим назначением. Что ж, всем точно не угодишь. Но хотят они того или нет, порядок в отделении я буду держать. Это теперь моя прямая обязанность.

После ухода Остроуховой мне позвонила Лиля.

— Я придумала, — радостно заявила она.

— Что именно? — уточнил я.

— Ну, подарок Стасе от Гриши. Помнишь, ты просил? — усмехнулась девушка. — Так вот, Стася уже давно мечтает заняться керамикой. И я узнала, что в Саратове на улице Чапаева есть студия «Глина и руки», у них есть сертификаты на индивидуальный мастер-класс, на четыре занятия и на восемь. Я думаю, что Грише стоит брать на четыре. Она и походит с удовольствием, и не устанет ездить.

— Отличная идея, — похвалил я. — Спасибо тебе.

— Я уже посмотрела на сайте, у них отличные отзывы, — добавила Лиля. — Там девушка из питерского художественного, переехала с мужем в Саратов и открыла свою мастерскую. Студия не дешёвая, но и не задирающая цены. Если хочешь, я скину Грише ссылку прямо сейчас?

— Да, скинь, если не сложно, — ответил я. — А то я на работе, дел много.

— Поняла, всё будет, — Лиля положила трубку.

Хоть одной проблемой меньше. Правда, эту проблему мне навязал сам Гриша, но я был рад, что она решилась.

После приёма ко мне заглянул Савинов.

— Чувак, тебя уже можно поздравлять? — поинтересовался он.

Слухи по этой поликлинике распространяются быстрее, чем вирус кори!

— Назначение только с понедельника, — в который раз за сегодня повторил я.

— Ну да, но всё уже же решено, — махнул рукой Антон. — А у меня новости, между прочим. Ак Барс в финал вышел!

Передать не могу, насколько мне было на это всё равно. Но расстраивать Савинова не стану.

— Прекрасно, — ответил я. — Они заслужили.

Хотя понятия не имел, заслужили они или нет. Но Савинов просиял.

— А то ж, — закивал он. — Ну в общем, я рад за тебя, Саня! Ты будешь самым клёвым заведующим. Слушай, может, пойдём отметим?

— Сегодня точно никак, — покачал я головой. — Я только вернулся, работы много.

— Ну ладно, — грустно протянул Ярик. — Слушай, ну хоть с трусами мне поможешь?

Ёлки-иголки, голова сейчас точно кругом пойдёт!

— С какими ещё трусами? — вздохнул я. — Ты пьяный?

— Да нет, — махнул он головой. — Тут дело такое. Мне Маринка подарила трусы новые. С котиками. И она явно обидится, если я их носить не буду. А у меня от них жуткая аллергия, чешется всё! Подскажи, что делать!

Ох, ну и за что мне всё это?

— Слушай, если это правда от трусов — лучший вариант их не носить, — честно ответил я. — У тебя Марина умная женщина, спокойно объясни ей, что это аллергия.

— Да не получится там спокойно, — вздохнул Савинов. — Я сначала эти трусы так высмеял… Сказал, что в жизни такое носить никто не станет. А выяснилось, что это мне. Ну, я извиняться стал, все дела. Так она мне не поверит теперь, если скажу про аллергию. Ну помоги, может, таблетки есть какие?

Нет, ну правда. За что?

— Я напишу тебе таблетки от аллергии, — кивнул я. — Но повторяю, от аллергена надо избавиться. Так что поговори с ней, иначе так и будешь мучиться.

Написал ему на листке антигистаминный препарат, и радостный Савинов убежал. И почти сразу мне позвонил Даниил Щербаков.

— Привет, — взял я трубку. — Только сегодня о тебе вспоминал.

— Привет, Сань, — торопливо ответил он. — Не представляешь, что я узнал про Коршунову…

Начало интригует!