Глава 5

Илья выглядел ну слишком довольным. Гриша таким был, помню, когда впервые повесил на ручку двери носок и провёл время со Стасей.

— На какую ещё конференцию? — устало переспросил я. — Тебе голову напекло, кабинет на солнечной стороне? Или в детстве с горки упал? И это только сейчас решило на тебе отразиться?

Лена поспешно опустила голову, чтобы скрыть улыбку. А Илья нахмурился.

— Юморист, — хмыкнул он. — Ну шути-шути. Так-то я говорю тебе на полном серьёзе, со второго по пятое мая мы с тобой едем в Санкт-Петербург, на конференцию. Я, правда, тему не помню, что-то там про медицину. Будут лекторы из Казани и даже Москвы. И от нашей больницы едем мы двое, вот повезло?

Невероятно.

— И с чего бы от нашей больницы отправлять именно нас двоих? — спросил я. — Что за бред?

— А ты против? — хмыкнул Илья. — На майские праздники сгонять в город на Неве, за счёт больницы. Я вообще тебе одолжение сделал, всё по красоте.

— А работа, дежурства? — спросил я. — В этот период у меня свои дела могут быть, в конце концов. Или ты обо всём этом не подумал?

Хотя сто процентов, что подумал и наплевал. Ох и не просто так он спланировал эту поездку. Да ещё и наверняка с руководством всё согласовано.

— Да Сань, тут ещё полно терапевтов остаётся, — отмахнулся гастроэнтеролог. — И справятся без тебя. А мы с тобой… попутешествуем.

Последнее слово он выделил особой интонацией, видимо, напугать хотел. Вот только не вышло ни разу.

— Чьё распоряжение? — строго спросил я.

— Кречетова, — отозвался Бумагин. — Сам мне всё оформил. Так что назад пути нет.

Я только что был у главного врача, и он мне ни слова про это всё не сказал. Странно, очень странно.

Не похоже, что Бумагин врёт. Конференция действительно есть, и бумаги оформлены. И это точно его какой-то план.

Что ж, будем разбираться по ходу. Сейчас придётся снова идти к Кречетову, выяснять точно про эту командировку. Может, ещё есть шанс отказаться, чтобы он отправил другого кандидата.

— Если у тебя всё, то можешь идти, — бросил я Бумагину.

Он фыркнул.

— Надеюсь, в нашей поездке ты будешь повежливее, — отчеканил он. — Увидимся.

Вышел из кабинета и захлопнул за собой дверь. Ну просто великолепные новости.

— Лен, я скоро приду, — сказал медсестре я и снова отправился в главный корпус.

Традиция, ага-ага. Кречетов при виде меня на долю секунды закатил глаза. Это первая эмоция, которую я от него вообще увидел. Такая быстрая, практически неуловимая. И всё же я это заметил.

— Александр Александрович, — сказал он своим прежним ровным тоном. — Что-то случилось?

— Павел Викторович, у меня вопрос по поводу командировки в Санкт-Петербург на конференцию, — сказал я.

— Слушаю, — кивнул он.

— Почему меня направляют в эту командировку даже без согласования со мной? — прямо спросил я.

Кречетов посмотрел мне в глаза, в его взгляде промелькнуло удивление.

— Илья Андреевич Бумагин подал служебную записку с предложением направить от нашего лечебного учреждения двоих молодых специалистов на конференцию, — проговорил он. — В записке указано, что вторым специалистом, изъявившим желание участвовать, является Александр Александрович Агапов, исполняющий обязанности заведующего терапевтическим отделением. Записка подписана Бумагиным. Сопроводительное обращение в мой адрес также подписано Бумагиным. Тематика конференции учреждена профильная. Я документы подписал.

Он немного помолчал. Вот Бумагин сволочь! Просто сделал всё это за спиной у меня. А Кречетов, видимо, даже не подумал, что я могу быть не в курсе. Потому что такие вещи обычно не подделывают.

— Признаюсь, это моя ошибка, — вдруг добавил главврач. Похоже, мы подумали об одном и том же. — Я должен был перепроверить лично, правда ли вы изъявили желание ехать на эту конференцию. Приношу свои извинения. Вы подающий надежды молодой специалист, поэтому этот факт не вызвал у меня сомнений.

Ещё одно достоинство ему в копилку. Признание ошибки от руководителя — явление редкое.

— Понимаю, — кивнул я.

— К сожалению, участие ваше уже подтверждено, — продолжил Кречетов. — Документы оформлены, на конференции вы зарегистрированы. С точки зрения учреждения отыграть назад можно, но это будет означать возврат средств, оформление отказа, перетряску отчётности. И необходимость объясняться перед районом, почему мы заявку подали и тут же её отозвали. Если для вас это критически неудобно, я найду способ. Если для вас это терпимо, я бы вас попросил поехать.

— А какая тема конференции? — спросил я.

Ведь Бумагин даже это сообщить мне не соизволил.

— Фармакология нового дня, — ответил Кречетов.

Довольно интересная тема, да и Санкт-Петербург я ни разу в жизни не видел. А что касается Бумагина… Не в первый раз уже, найду способ справится с его кознями.

— Тогда поеду, — сказал я. — Но в следующий раз попрошу вас перепроверять такую информацию.

— Я учту этот момент, — кивнул он.

Я вышел из его кабинета и направился к себе. Итак, мы с Бумагиным едем в Санкт-Петербург. Более неожиданного поворота я и представить не мог!

Остаток приёма прошёл в стандартном режиме. Пациенты, комиссии, отчёты. После работы мы с Леной решили не задерживаться. У неё были дела, да и я хотел немного заняться чем-то нерабочим.

Поэтому позвонил Лиле и предложил ей немного прогуляться. Мы встретились возле входа в парк. Лиля сегодня была в жёлтом плаще и выглядела довольно мило.

— Привет, — улыбнулась она мне. — Как дела?

— Привет, — я вернул улыбку, и мы пошли по парку. — Еду в Санкт-Петербург на майские праздники. На конференцию.

— Ого! — удивилась девушка. — Питер — красивый город, даже завидую немного. Мы с девчонками там были, когда я ещё в школе училась. Там Эрмитаж красивый, белые ночи, мосты…

— У меня, скорее, будут конференции, доклады и выступления, — усмехнулся я. — Но город хоть немного посмотреть успею. А как твои дела?

— Учусь, работаю, всё как обычно, — ответила Лилия. — Слушай, Тимофей и Кристина собираются на пару дней в Аткарск, здесь квартиру снять. Зачем точно — понятия не имею. Но уверена, что это можно как-то использовать.

— Когда? — уточнил я.

— Завтра и послезавтра, — ответила Лиля. — Ты на работе будешь, я знаю.

— Да, но если что-то произойдёт — обязательно мне звони, — сказал я. — Это всё неспроста.

Странно, зачем им в Аткарск? Есть у меня подозрение, что в город надо было Тимофею, а Кристина просто увязалась за ним.

Тем временем мы вышли из парка и оказались возле Озона. Вообще их по городу было разбросано довольно много, Бородин открыл точки чуть ли не на каждой улице. Конкретно этот маркет я знал хорошо, чаще всего именно сюда заказывал. Вот и сегодня вспомнил, что мне уже пришла спортивная футболка, которую я выбрал для занятий в зале.

— Давай зайдём на минутку, — сказал я Лиле.

Внутри работала милая женщина лет сорока, со светлыми волосами и усталым лицом. Увидев нас, она тут же выдала свою фирменную улыбку.

— Добрый вечер, — кивнула она. — Давайте штрих-код.

Я открыл приложение на телефоне, протянул ей. Она тут же его пробила и принесла мою футболку.

— Мерить будете? — спросила та.

— Нет, так беру, — кивнул я. — Можно ещё отвлечь вас на пару минут?

Женщина с удивлением подняла на меня глаза.

— А в чём дело? — спросила она.

— Меня зовут Александр Александрович, я врач-терапевт, — представился я. — Веду лекции в школе здоровья. Как раз одной из ближайших тем планирую сделать тему про условия труда. Вас как зовут, простите?

— Ольга, — она чуть помедлила. — Ольга Анатольевна.

— Очень приятно, — улыбнулся я. — Так могу я задать вам несколько вопросов по вашей работе?

Ольга Анатольевна колебалась, это было видно. Кроме того, я заметил, что на пункте были установлены камеры. Не знал, записывали они звук или только картинку.

— Это нужно мне для статистики, — добавил я. — Но если по каким-то причинам вы не можете ответить…

— Могу, звук камеры не пишут, — тихо усмехнулась она. — Только не понимаю, что вы хотите знать.

— По какому графику вы работаете? — спросил я.

— Два через два по двенадцать часов, — ответила женщина. — В принципе привыкла уже, только отпусков у нас не бывает. И больничных тоже.

— А оформлены официально? — спросил я.

— Нет, — Ольга Анатольевна тут же пожалела, что это сказала. — А это важно?

— Просто вопрос, — ответил я. — Какие плюсы и минусы есть у вашей работы?

Женщина задумалась.

— Ну, из плюсов — график, мне так в принципе удобно, — проговорила она. — А из минусов… Любая потерянная посылка — это штраф с нас. Хотя не я же их теряю! Но руководству не объяснишь.

— Система скидок для сотрудников есть? — спросил я.

— Нет, — покачала она головой. — Ничего такого.

Интересная складывается картина. Неофициальная работа, без отпусков и больничных, с системой штрафов. Бородин выстроил систему, где его расходы минимальные. И здесь явно есть не одно нарушение трудового законодательства.

Эта информация мне может пригодиться. Пока что я не собираюсь её обнародовать, она будет храниться у меня в голове. На случай, если от Бородина будут нападки на бизнес моих друзей.

— Спасибо вам за ответы, — сказал я. — Это обязательно поможет мне, когда я буду читать лекцию на нужную тему.

— Только… не упоминайте меня и мой конкретный пункт, — попросила Ольга Анатольевна. — Пожалуйста.

— Конечно не буду, — кивнул я.

Мы с Лилей вышли на улицу.

— А зачем тебе всё это? — спросила девушка. — Ты что-то задумал?

— Пока нет, — улыбнулся я. — Но если Бородин будет себя плохо вести — задумаю.

— Страшный ты человек! — усмехнулась она.

Мы пошли дальше, болтая обо всяких мелочах. Лиля рассказывала про свою учёбу, про котят, про прочие новости. Я слушал, периодически задавал вопросы.

Минут через двадцать мы неожиданно встретили Марину и Даниила Щербакова. Они тоже прогуливались по вечернему Аткарску.

— Александр, рад видеть! — первым заметил меня Даниил. — Как ты?

Я поздоровался с ними, представил Лилю.

— Слышал, Якубова всё-таки уволили из редакции? — поинтересовался я.

— Да ещё с каким скандалом! — фыркнула Марина. — Он целое шоу при увольнении устроил. Грозил, пытался разнести нам всю редакцию. В итоге его почти силой выставили.

— И работать стало поспокойнее, — добавил Щербаков. — Петрович не зря своему зятю говорил, что от гнилых людей надо избавляться. Сразу и обстановка в коллективе нормализовалась, и как-то лучше всё стало.

Я кивнул. Хорошо понимал, о чём он говорил, иногда один человек может оказывать очень сильное влияние на весь коллектив.

— Даня, мне как раз с тобой нужно поговорить, — сказал я. — Давай отойдём на минутку.

Мы оставили девушек болтать, а сами отошли в сторону. Я в своё время очень помог Дане, а точнее, его подруге Марине. И теперь мне нужна была ответная услуга.

Поэтому я коротко рассказал ему, что узнал про Бородина и его пункт.

— Ты хочешь, чтобы я провёл журналистское расследование, так ли дела обстоят и на других пунктах? — тут же догадался Щербаков.

— Да, — кивнул я. — Но пока не оформляй это в статью. Я хочу, чтобы это была бомба замедленного действия, и как только Бородин снова атакует, можно будет её сбросить.

— А это, ко всему прочему, и материал интересный, — задумчиво отметил Щербаков. — Слушай, расследование проведу. Но если понадобится публикация — тут всё не от меня будет зависеть, сам понимаешь.

Но там, если что, у меня есть ещё один знакомый, тот самый Петрович, чей зять работал главным редактором. Когда-то спас Петровичу жизнь, и человек остался мне благодарен, хоть я и не просил ничего взамен. Однако с ним можно будет договориться.

Я действовал заранее. Потому что в новых ударах от Бородина не сомневался.

— Договорились, — кивнул я.

Мы вернулись к Лиле и Марине, поболтали вчетвером и разошлись. Я отправился уже провожать Лилю до дома, потому что на сегодня ещё запланировал тренировку в ФОКе.

Возле подъезда она наградила меня новым поцелуем и убежала. Я зашёл к себе домой за спортивной сумкой и отправился в ФОК.

Переоделся и, согласно плану тренировок от тренера Виталия, начал разминку. И услышал знакомый голос за спиной.

— Саня? — удивлённо спросил Никифоров.

Ух ты, так наш хирург, оказывается, тоже ходит в ФОК.

— Привет, — усмехнулся я. — Не ожидал тебя увидеть.

— Да я уже давно хожу, — гордо выпятил грудь Тоха. — Чтобы в форме себя держать. У хирурга тело должно быть крепким и подтянутым!

Это он сам себе придумал, но да ладно.

— Как твои дела? — спросил я. — Как тренировки и учёба?

— В этом плане-то всё хорошо, — Никифоров резко стал серьёзнее. — Но я решил сам пойти завтра к Кречетову и рассказать про ту ситуацию с Горшковым и препаратами.

Неожиданное решение.

— Зачем? — спросил я.

— Он сейчас проверяет абсолютно всё, — пожал плечами хирург. — А значит, рано или поздно раскопает и это. И я подумал, что лучше уж лично скажу ему, как всё это было. Чем если он найдёт это сам. Я постараюсь всё объяснить, а там уж будь что будет.

Это было смелое решение, но вполне правильное. И я гордился хирургом.

— Ты молодец, — сказал я. — Это правильно.

— Надеюсь, — усмехнулся он. — Конечно, увольнения мне не хочется. Но ещё хуже жить и бояться, что эта информация всплывет. Раз уж виноват — надо отвечать до конца.

Он вернулся к тренажёру, а я приступил к своей тренировке. Тренировку провёл строго по плану от Виталия: разминка, базовые упражнения, кардио. Никифоров тренировался отдельно, мы только пару раз ещё обменялись фразами.

В начале десятого вышел из ФОКа и направился домой. Тело снова гудело, и это было очень приятное чувство. Дома принял душ, поужинал, покормил Федю и отправился спать.

Утро встретило меня солнцем, которое светило прямо в глаза. Бодрое пробуждение, однако. Надо маску для сна купить, чтобы спать в темноте. Давно уже собирался.

Сделал зарядку, принял душ, позавтракал — и на работу.

— Саня, привет! — по дороге меня умудрился поймать Колян. Уже давненько его не видел, он сейчас был очень занятым в своей подготовке к поступлению.

— Привет, — кивнул я ему. — Как ты?

— Чердаку долг вернул, всё, никому теперь не должен, — гордо заявил он. — Представляешь, чуть ли не впервые в жизни без долгов!

Да, его долг Чердаку — это отдельная история, в которой мне тоже пришлось принимать участие.

— Рад за тебя, — усмехнулся я. — Вот больше и не набирай.

Колян обожал делать ставки на спорт и поэтому в начале нашего знакомства был по уши в долгах. Отучал я его от этой привычки весьма жёстко, зато эффективно.

— А ещё из новостей: к нам в больницу сегодня на собеседование специалист по КТ приедет, — поделился со мной Колян. — Представляешь?

Кречетов снова меня удивил. Только в понедельник мы обсудили, что нам такой врач нужен, и уже кто-то едет на собеседование.

— Если возьмут — мать разгрузят, наконец, — добавил он. — Игорь Михайлович Поляков его зовут, сорок два года. Говорят, работал в саратовской поликлинике, а теперь хочет переехать в город поменьше и потише. Где его Кречетов выцепил — ума не приложу!

— А твоя-то подготовка как? — спросил я. — К поступлению?

— Тоже в процессе, — кивнул рентген-лаборант. — Хотя от этой биологии и химии уже голова пухнет! Особенно плохо с органической химией. Вроде учу — всё понятно. А потом начинаю реакции смотреть — и ничего не понятно. Мучаюсь прям!

— Ты всё сдашь. Помню своё обещание, чуть с делами разберусь — обязательно с тобой пару вечеров позанимаюсь, разберём самые непонятные места.

— Спасибо, Сань, — приободрился Колян. — От тебя это очень приятно слышать! Ладно, я побежал, работа не ждёт!

Мы как раз зашли в поликлинику, и он умчался по лестнице в свой кабинет. А я решил сходить в отделение профилактики, обсудить несколько вопросов по школе здоровья.

В кабинете встретил только Вику, и выглядела она как-то слишком напряжённо.

— Вика, доброе утро, — поздоровался я с девушкой. — Всё в порядке?

— Не совсем, — покачала она головой. — Я выложила анонс на лекцию Тейтельбаума на сегодня. Написала, что нам вернули конференц-зал. Открыла запись…

— Ну, всё верно, — кивнул я. — В чём проблема?

— Никто не записался, — отозвалась Вика. — За сутки ни одной записи!

А это и правда очень странные дела.