Глава 11

День оказался чересчур насыщенным, но надеждам на спокойный вечер и отдых не суждено было оправдаться. Для Лили, как и для Веры, собственно, этот приют был очень важным. Поэтому помочь надо.

— Тогда идём, — кивнул я Лиле.

Строго говоря, мы не пошли, а поехали на такси. Приют был в некотором отдалении от Аткарска, как требовали определённые нормы.

В этот раз я смог рассмотреть его чуть подробнее. Вольеры, выстроенные в два ряда, с деревянными будками внутри. Здания с кабинетами, кухня, где готовилась еда для питомцев. Чуть в стороне выгульная площадка, огороженная сеткой, местами залатанная проволокой. Пахло сеном и собаками.

Мы услышали хор из лая, стоило нам приблизиться к приюту.

— Это Боцман, — по пути в кабинет Веры просвещала меня Лиля, тыча пальцем в рыжего одноглазого пса, колотящего хвостом по будке. — Видишь, глаз потерял перед тем, как к нам попасть. А это Стас, кто-то нам сказал, что на Стаса Михайлова похож, так и закрепилось. А вон та, лохматая, Найда, мы ей зубы лечили.

Боцман просунул нос сквозь сетку и проводил нас полным надежды взглядом. Я мимоходом потрепал его за ухом.

Мы прошли в небольшой кабинет Веры. Стол, два стула, календарь с котятами и доска, сплошь заклеенная фотографиями пристроенных питомцев. Девушка сидела с расстроенным видом, листая какие-то бумаги.

— Привет, — кивнул я ей. — Что случилось?

— Я Сашу позвала. Вдруг он подскажет чего, — торопливо вставила Лиля. — Не хочется же, чтобы нас закрывали. А я пока пойду Генри посмотрю, как там его лапка. В этом я всё равно ничего не понимаю.

Она выскользнула за дверь.

— Не хотела тебя проблемами нагружать, — вздохнула Вера. — Но вдруг правда что-то подскажешь… В общем, проверка к нам приходила, внеплановая. Замерили вентиляцию и сказали, что она не соответствует нормам. Мол, сырость будет, плесень, животные болеть начнут. Выдали предписание. Если в течение месяца не приведём всё в порядок, нас оштрафуют. А если штраф не оплатим…

То закрытие. Приюта, который только-только начинал работать. Да, ситуация явно неприятная.

— И сколько надо денег, чтобы привести всё в порядок? — спросил я.

Вера назвала сумму. Не прямо огромная, но всё-таки внушительная.

— Не знаю, как так вообще с этой вентиляцией получилось, — вздохнула она. — Вот вроде всё под контролем держала при открытии, а тут облажалась. И сам понимаешь, денег на исправление этого всего нет. Несмотря на источники финансирования надо платить зарплаты сотрудникам, плюс расходы и всё прочее… У меня просто не был заложен бюджет на подобную ситуацию!

Она схватилась за голову и уставилась в стол. А я обдумывал варианты.

Разумеется, сам я денежно помочь тоже не мог. Все мои деньги были направлены в «Шёпот полыни». Аренда, ремонт, мебель, первая партия трав, вывеска, посуда. Я вложил в лавку почти всё, что заработал за последние месяцы. И рисковать своим бизнесом мне совершенно не хотелось.

— Я знаю, надо было сделать большую финансовую подушку, — тихо добавила Вера. — Но нам ещё тут котят подкинули, целую коробку бросили, семь штук. Да и операцию дорогую Боцману делали, а Найде с зубами помогали…

Она посмотрела на меня с надеждой. Жители Аткарска уже привыкли, что Саня Агапов решает проблемы. Иногда самому хотелось, чтобы кто-нибудь решил проблемы за меня. Но желающих как-то не находилось.

— Из своего кармана я тебе точно столько денег не достану, — честно сказал я. — Но вариант у меня есть. И даже не только на эту ситуацию, а про приют в целом.

— Какой? — тут же спросила Вера.

— Благотворительность, — пожал я плечами. — В твоих финансовых проектах ты совсем не рассматривала этот вариант для дополнительного финансирования. Приют стал очень важным для Аткарска, и многие с радостью будут готовы поддерживать его финансово.

Вера задумчиво постучала пальцами по столу.

— Если сделать пост в сообществе, то там можно собрать… — протянула она.

— Как один из вариантов, — кивнул я. — А ещё через мою школу здоровья. Организую дополнительную презентацию, расскажу про приют, устрою благотворительные сборы.

— Сборы? — переспросила Вера. — Ты… предлагаешь сделать это на постоянной основе?

Мой мозг уже лихорадочно подкидывал новые идеи, оставалось только успевать их ловить.

— Запустим проект, — ответил я. — Например, назовём его «Здоровье и доброта». Серия мероприятий, на которой будет организован сбор средств. Разумеется, всё на добровольной основе. И без каких-то конкретных ограничений.

Вере оставалось только сидеть и слушать.

— Можно даже целое мероприятие организовать, с отдельными подстанциями, — сказал я. — И приурочить его как раз к сбору средств. А там отдельные станции, например стоматология, питание, спорт… И травы тоже можно, мои собственные.

Я говорил и говорил, а Вера слушала, открыв рот.

— Саш, это же гениально, — сказала она. — И ты правда такое организуешь для приюта?

— Конечно, — кивнул я. — Таким образом закроется сразу ряд моментов. У тебя какие точные сроки по этой твоей вентиляции?

Вера посмотрела в бумаги.

— Месяц, — отозвалась она. — Но через месяц уже всё должно быть исправлено, значит, ещё время на сам ремонт нужно.

— Понятно, понятно, — закивал я. — На следующей неделе в субботу у меня открытие магазина. А вот через неделю в субботу устрою этот самый вечер. Площадку найду, но с тебя тоже помощь в организации. Не думай, что разрешу тебе просто отсидеться в стороне.

— Понятное дело, — улыбнулась девушка. — Спасибо тебе огромное. Я даже не знаю, что сказать. Не ожидала, всё так закрутилось!

— Со мной по-другому не бывает, — усмехнулся я. — Так, значит, с этим решено. Обязательно подготовь цифры, люди в этом деле любят конкретику. Не просто «нужны деньги», а такая-то сумма, собрано столько-то, осталось столько-то.

Мы ещё немного пообсуждали мой план, и я пошёл искать Лилю. Девушка как раз закончила свои ветеринарные осмотры и вытирала руки бумажным полотенцем.

— Ну что у вас там? — взволнованно спросила она.

— Вопрос решён, — кивнул я. — Не переживай.

Лиля радостно улыбнулась и коротко меня обняла.

Мы отправились к выходу из приюта. Боцман проводил нас вдоль решётки. Настроение было отличным.

Ёлки-иголки. Кажется, я придумал себе ещё одну работу. Как будто других задач было мало…

Но иначе я просто не мог. В конце концов бывает и хуже.

После приюта мы отправились к Лиле. Хотелось провести вечер вдвоём, тем более что девушка давно уговаривала меня посмотреть какой-то фильм.

Фильмов в этом мире я видел не так уж и много, как-то было не до просмотров. Большую часть мне показывал Гриша, обожающий неправдоподобные картины про суперспособности, супергероев и прочую лабуду.

Фильм, который выбрала Лиля, как оказалось, был тоже не сильно-то правдоподобным. Про каких-то хранителей древнего артефакта и долгий поход через полмира, чтобы этот артефакт уничтожить в жерле какой-то горы. В этом мире это была культовая вещь, на которой выросло целое поколение. Лиля смотрела его, по её собственному признанию, раз пятнадцать. И собиралась посмотреть в шестнадцатый со мной.

Она притащила плед, заварила чай и насыпала в большую тарелку печенья, поставив её между нами.

При просмотре со мной случилась странная вещь. Я смотрел на экран, и происходящее было мне знакомо. Архетипы. Древнее зло, которое нельзя победить силой, только жертвой. Герой, который не хотел этой судьбы, но принял её, потому что больше было некому. Я всё это видел в своей прошлой жизни. Где зло было настоящим, и называлось оно Мортис. Где я владел праной, и только я мог спасти всех.

Пафосные битвы в фильме я воспринимал как сказку. Когда герой одним взмахом меча раскидывал десяток врагов, невольно думал, что в настоящем бою он бы выдохся на третьем и получил клинок в спину от четвёртого. Но Лиле происходящее на экране явно нравилось, она смотрела, не отрываясь, беззвучно проговаривая губами реплики, которые знала наизусть, и толкала меня локтем на каждом важном моменте.

Вечер оказался по-настоящему уютным и приятным. То что надо после насыщенного дня.

Я остался у Лили ночевать, а утром в воскресенье отправился в нашу лавку. Открытие было назначено через неделю, и в помещении оставалось ещё много работы.

Основные дела брала на себя Варя, но всё-таки я как непосредственный владелец должен был всем этим руководить.

Когда я пришёл, девушка как раз закрепляла в углу веник из полыни.

— Привет, — поздоровался я. — А это зачем?

— Бабушка настояла, — вздохнула та. — Мол, от всех проблем и невзгод защитит. А было бы очень кстати, потому что проблемы уже есть!

Ну как же без них…

— Что случилось? — вздохнул я.

— Вывеска, — протянула Варя. — Мастер, у которого я её заказывала, уехал в Саратов. Сказал, что будет готова в пятницу и он её привезёт. А открытие в субботу!

— Ну так мы успеем её повесить, — заметил я. — Проблемы не вижу.

— Я бы хотела, чтобы она висела заранее, — призналась Варя. — Чтобы люди уже ходили и интересовались, что за «Шёпот полыни» такой. А этого не будет.

— Ничего, люди в любом случае будут замечать, что тут что-то готовится открываться, — спокойно сказал я. — Так что прогрев всё равно будет, не переживай.

А Варя переживала сильно. В любой момент была готова начать паниковать.

— Ещё с поставками проблема, — добавила она. — Кое-что доставить вот уже успели, и от бабушки всё есть. Но часть товаров прибудет только в середине той недели, и опять-таки при открытии стеллажи будут полупустые.

— Это точно не проблема, — усмехнулся я. — Есть же травы бабы Дуни. Да и мои собственные сборы обязательно займут своё место. А пустые полки заполним красивыми баночками с образцами. Человек заходит, видит ряды стеклянных банок, чувствует запах трав. Ему и в голову не придёт, что чего-то не хватает. Так что тут вообще переживать не стоит.

По моей задумке праной будут напитаны вообще все товары в магазине. Но сделать это разом я, конечно же, не мог. Поэтому начать решил с нескольких полок и постепенно продвигаться, напитывая товар. А потом прана вырастет в объёме, и я смогу увеличивать количество товаров с ней.

— Ну а как я их вообще представлю? — спросила Варя.

— «Авторские сборы», — тут же придумал я. — Отдельная вывеска. Ведь в нашем магазине очень важна атмосфера.

Мы принялись обсуждать, как и где всё это расположить. Тревога Вари улетучилась, она начала весело обсуждать со мной новые идеи.

А в разгар нашего обсуждения пришёл Геннадий.

— Хозяева! — провозгласил он. — Я к вам по серьёзнейшему вопросу. По государственному, можно сказать.

Серьёзный вопрос у Геннадия мог быть любым. Это я уже хорошо выучил за это время. Так что приготовился слушать.

— Слушаю, Геннадий, — кивнул я.

Геннадий вошёл, плотно прикрыл за собой дверь и тщательно огляделся по сторонам.

— Мне сон приснился, — зловеще сообщил он. — Страшный. Вещий.

— Бывает, — серьёзно ответил я.

— Снилось, — продолжил он, — что из вашей лавки вылетает призрак. Белый такой, полупрозрачный. С завываниями. И прямо ко мне в окно норовит залететь. Я три раза просыпался в холодном поту. Считаю, это знак. У вас тут место нечистое. Тут раньше что было? То-то и оно. Надо обряд очищения проводить. Срочно, пока не открылись, а то всех клиентов распугаете.

Ёлки-иголки. Я постарался сохранить невозмутимое выражение лица. С Геннадием по-другому было нельзя. Если начать спорить и доказывать, что призраков не бывает, он зайдёт ещё трижды, приведёт подкрепление из таких же бдительных граждан и напишет жалобу в три инстанции. А если согласиться и придать делу важности, он успокоится.

— Геннадий, — торжественно произнёс я. — Ты очень вовремя пришёл. Я тоже это чувствовал. Энергетика тут… непростая. Я как зашёл в первый раз, сразу ощутил.

Геннадий приосанился, страшно довольный, что его восприняли всерьёз и подтвердили его худшие опасения.

— Вот! — сказал он, подняв палец. — Я ж говорю!

— Обряд очищения мы обязательно проведём, — продолжил я тем же тоном. — Дело нужное. Но тут, понимаешь, нельзя торопиться. Такие вещи делаются, только когда звёзды сойдутся в правильном порядке. А они сойдутся не раньше следующего месяца. Сделаем раньше срока — и будет только хуже. Призрак разозлится, что его потревожили не по правилам, и тогда уже точно начнёт безобразничать.

Геннадий побледнел и невольно оглянулся на угол с веником полыни.

— Хуже? — переспросил он.

— Намного хуже, — серьёзно кивнул я. — Так что ждём, когда звёзды встанут как надо. Я лично прослежу за расположением. А ты, если что-то ещё заметишь — сразу сообщай.

— Понял, — важно сказал Геннадий, расправив плечи. — Прослежу. Вот не зря я почувствовал, что вы нормальные ребята. Да и гайморит мой прошёл от ваших травок практически. Так что я вам теперь помогу.

Он гордо развернулся и ушёл. А Варя шумно выдохнула и наконец расхохоталась, прислонившись к стеллажу.

— Чудной же он человек, — негромко заметила она.

Чудной, но совершенно нормальный. Я проверял его своей праной не раз. Просто… вот такой вот, необычный.

Мы ещё некоторое время занимались делами в лавке, затем пару вопросов решил по документам.

Открытие магазина — дело сложное и с этой точки зрения. Мне очень помогала моя дополнительная работа в Сбербанке, благодаря этому мне быстро помогли с оформлением всех документов и счетов. С налоговой было посложнее, но все эти вопросы я тоже уже почти решил.

А вечером воскресенья я снова стал Эдвардом. Очень надеялся, что последний раз в жизни.

Снова грим, плащ, одежда. Нет, ну правда, пусть этот раз станет последним, я больше такого не хочу.

Заброшенный дом встретил меня иначе, чем в прошлые разы. Народу было заметно больше, Эдгар постарался на славу. Слухи о «Великом ритуале становления вампиром» разлетелись по всему Аткарску. Пришли даже те, кто раньше заглядывал просто поприкалываться и поснимать на телефон. По всему залу горели свечи в банках, дрожащие тени метались по облупленным стенам, и в воздухе висело нервное, горячее ожидание чуда.

Меня встретили как героя. Моргана подбежала первой, глаза сияли в полумраке.

— Ты пришёл, — выдохнула она, схватив меня за рукав. — Я знала. Ты правда нас всех обратишь?

— Правда, — торжественно кивнул я. — Ожидай, сестра ночи.

Что, блин, ещё за сестра ночи? Ну да ладно.

Эдгар помог мне облачиться в плащ Старейшины, и я вышел перед всеми. Голос мой торжественно зазвучал под потолком.

— Сегодня я скажу вам правду, — начал я. — Вампиры должны уйти в тень. Затаиться.

В зале начались недоумённые возгласы, но я жестом их остановил.

— Сейчас такое время, — сказал я. — Вампирам дарована вечная жизнь, и сейчас нам надо временно уйти в тень. Но я, как первородный вампир, вижу в вас потенциал. Поэтому перед уходом я сделаю вам подарок. Обращу всех необращённых. А обращённым дам больше силы.

Теперь волнение сменилось радостными возгласами. А я приступил к делу. Говорил свою речь, всё, что придёт в голову. И воздействовал на них праной.

К этому трюку я готовился все эти дни. Тратил прану по минимуму, пил специальные сборы. И всё равно знал, что сегодня потрачу все запасы. Что потом меня ждёт долгое восстановление.

Но это того стоило.

Я возвращал им критическое мышление, искоренял всю эту слепую веру в вампиров. «Арнольдиха» явно умела промывать людям мозги. Особенно подросткам.

В большинстве голов сопротивления не было. Подростки вообще более доверчивые люди, чем все остальные. Но всё равно прана расходовалась быстро.

В какой-то момент голова закружилась, перед глазами поплыли тёмные круги, ноги стали ватными. Я продолжал.

Видел, как проясняются их глаза. Как уходит лихорадочный нездоровый блеск, как разглаживаются лбы.

Когда я закончил, в зале остались обычные люди, не понимающие, как они вообще могли верить в эту ерунду.

Дальше события развивались стремительно. Или же я слишком устал, и потому время для меня замедлилось.

Двери резко распахнулись, внутрь ворвалась группа других «вампиров». Под предводительством Арнольда и «Арнольдихи». Эдгар специально сделал так, чтобы они узнали о ритуале слишком поздно.

У меня почти не было сил, я ясно понимал, что драться сейчас не смогу. Прана ушла, тело едва держало меня в вертикальном положении, и одного хорошего толчка хватило бы, чтобы я свалился.

Бывает и хуже, Саня?

Однако всё пошло по моему плану. «Очищенные вампиры» встали между мной и ними.

Десятки. Они больше не верили в иерархию, в Старейшину, в вечную жизнь и в избранность. Я только что вынул всё это у них из головы.

Попросил Эдгара не допускать физического насилия. Но до этого дело не дошло: со стороны входа вслед за этой компанией появилась и полиция. Жаров, Данила и несколько незнакомых полицейских.

Арнольда и «Арнольдиху» тут же забрали. Остальных задерживать было не за что, а я использовал остатки праны, чтобы из них тоже выбить эту дурь про вампиров.

И опустился прямо на пол. Всё закончилось.

— Эдвард, держи, ты просил принести термос, — засуетился Эдгар рядом со мной.

— Меня уже можно звать просто Саней, — я поспешно глотнул травяной настой, который мне протянули.

Стало чуть полегче. Хотя праной я всё равно не смогу пользоваться несколько дней.

«Вампирская» эпоха Аткарска была окончена. Многие просто разбрелись по домам, другие в небольших группах обсуждали произошедшее.

И в разгар этого действа мне позвонил Гриша.

— Саш, занят? — спросил он.

Я огляделся по сторонам и не сдержал усмешки.

— Ну вообще-то да, — ответил я. — А чего тебе?

— Да я тут… — друг запнулся. — Я, кажется, случайно сделал Стасе предложение!