Глава 13

Вот только разберёшься с одной проблемой, как тут же возникает другая. И чаще всего самая неожиданная из всего, что можно представить.

— Какая трава? — может, мне послышалось.

— Электрическая! — повторила Варя. — Ну Саша, ты что, не знаешь про такую?

Первый раз в жизни слышал. Я попытался это представить. Трава, которая даёт электричество? Кактус в виде столба с проводами? Электрокактус?

— Варь, — осторожно произнёс я. — Что это за трава такая, которая бьёт током?

— Да не бьёт она током по-настоящему! — рассмеялась Варя. — Это спилантес, растение такое. Его называют по-разному, но среди потребителей вот прицепилось «электрическая трава». Если пожевать листок или цветок этой травы, то на языке начинается покалывание, будто слабый разряд током.

Я выдохнул. Ну хоть не кактус с проводами.

— И зачем оно людям? — спросил я.

— Так в том-то и дело! — радостно воскликнула Варя. — Оно очень полезное! В нём вещество есть, спилантол называется. Ты должен про него знать.

Да, это вещество я знал.

— Оно даёт этот эффект онемения, — продолжила Варя. — Люди его при зубной боли используют. Ещё говорят, это растение иммунитет поддерживает. И вот в Аткарске почему-то про него узнали. У меня уже несколько человек спросили, будет ли у нас продаваться эта трава. А у меня её нет. И поставщиков таких я не знаю, у меня же в основном местное всё. Саш, помоги найти, а?

Я задумался. Любопытное растение, надо признать. Я знал про вещество, о котором говорила Варя. Спилантол и правда даёт лёгкий обезболивающий эффект на слизистую. И в нашей лавке такое определённо пригодится.

Как минимум, раз люди специально спрашивают, значит, им это интересно.

— Хорошо, Варь, — сказал я. — Узнаю. У меня есть пара мыслей, к кому обратиться. Только давай сразу договоримся: когда найдём, будем людям объяснять, что это не лекарство от всех болезней. А то знаю я людей: ещё и правда пойдут слухи, что оно от всего помогает. И начнут принимать эту траву, забрасывая другие лекарственные препараты.

— Само собой! — согласилась Варя. — Спасибо, я знала, что ты поможешь!

Мы попрощались, и я положил трубку. Электрическая трава, значит. Добавил себе мысленно ещё один пункт в бесконечный список дел. Займусь, куда деваться.

Занялся заполнением документов, и тут в кабинет вошёл Бумагин. Видок у него был странный, надел какую-то полосатую рубашку, а длинные волосы пригладил гелем. Правда, выглядело это не очень… Но он явно старался.

— Сань, привет, к тебе можно? — спросил он. — Я тут хотел посоветоваться по пациенту.

— Заходи, — кивнул я. — Что за пациент?

Илья уселся напротив, открыл карту и начал излагать. И случай снова оказался до банальности простым. Это был уже второй раз, когда Бумагин так ко мне приходил.

Ну обычный ГЭРБ, в жизни не поверю, что Илья резко забыл, как это лечить!

— И в чём, собственно, сложность? — уточнил я.

— Ну как… — Илья замялся. — Я вот думаю, может, что-то из дообследований надо? Дыхательный тест…

Он покосился куда-то в сторону. Я проследил за его взглядом. А, так это снова игра, направленная на Лену. Илья пришёл произвести впечатление.

Ёлки-иголки. Павлин!

Лена, кажется, всё прекрасно понимала. Она старательно делала вид, что поглощена заполнением журнала, но явно прятала улыбку.

Ну ладно. Раз уж ты пришёл выпендриваться, то нужно потратить время с пользой. Тем более что один вопрос я с ним так и не обсудил, всё времени не было.

— По твоему пациенту ничего сложного, это ГЭРБ, — сказал я. — Надо исключить эрозивный эзофагит и пищевод Барретта. А лечение стандартное, всё как ты написал.

— А, ну я так и думал, — закивал Илья.

Конечно ты так думал. Как же иначе?

— Слушай, Илья, — продолжил я. — Раз уж зашёл разговор о сложных случаях, давай обсудим Степанову. Помнишь такую? Ты ей поставил синдром раздражённого кишечника.

Бумагин чуть напрягся.

— Помню, — осторожно ответил он. — А там разве не СРК оказалось?

— А там оказалась комбинация целиакии и лактазной недостаточности, — сказал я. — Два состояния одновременно, такое бывает. И действительно смазывает картину. Твоя ошибка была в том, что ты поставил свой диагноз слишком рано. Синдром раздражённого кишечника — это диагноз исключения. Его ставят тогда, когда уже точно нет ничего другого.

Илья слушал внимательно и кивал.

— А как надо было отличить? — спросил он. — Симптомы и правда похожие. Вздутие, понос, боли.

— По маркерам, — ответил я. — Это потеря веса без причины, кровь в кале, железодефицитная анемия, лихорадка. И начало после пятидесяти лет всегда должно настораживать. У Степановой была железодефицитная анемия и необъяснимое снижение веса. Вот это и должно было тебя остановить от диагноза СРК. Функциональные нарушения таких симптомов не показывают. А органические могут запросто.

— То есть надо было сначала органику исключить, — задумчиво проговорил Илья. — На целиакию проверить. А там антитела же нужно сдавать?

— Антитела к тканевой трансглутаминазе, класс IgA, — ответил я. — А ещё хорошо бы общий IgA, чтобы не пропустить дефицит. А то результат ложно отрицательным выйдет. А лактазную недостаточность можно проверить пробной диетой. У Степановой как раз молоко всё и провоцировало, а глютен добивал.

— А я ей просто диету при СРК расписал, — со вздохом протянул Бумагин. — И спазмолитики.

— Вот, — кивнул я. — А надо было думать шире. Это тебе не в укор, в следующий раз будешь помнить.

Мы разобрали случай до конца. Илья отмечал себе некоторые моменты в блокнот, переспрашивал, уточнял. Не всё с ним потеряно.

Когда он, наконец, ушёл, Лена оторвалась от журнала и посмотрела ему вслед.

— А он ничего так, — задумчиво протянула она. — Когда не выпендривается.

Я усмехнулся про себя. Ну надо же. Кажется, лёд тронулся. Только Илье об этом пока знать необязательно.

После приёма я заглянул в отделение профилактики, к Вике. Надо было обсудить дела школы здоровья.

— Саш, у нас проблема, — сходу заявила Вика. — Нет лектора на четверг. У нас это обычно день приглашённого лектора, и люди уже спрашивают, кто будет. Я спрашивала у Романа Ильича, но на этой неделе он не сможет.

— Так, — я сел на стул. — Сейчас подумаю.

Кто может выступить? Я медленно перебирал один вариант за другим.

— А давай патологоанатома позовём, — предложил я. — Ткачёва. Он у нас человек с юмором, специфическим, правда, но людей цепляет. Пусть прочитает лекцию о том, к чему приводит то, что мы запускаем. Что бывает с сосудами при курении, что с печенью при алкоголе, что с сердцем и суставами при лишнем весе. Человек, который видит финал каждый день, расскажет про профилактику убедительнее любого терапевта.

Вика посмотрела на меня с сомнением, но подумав, кивнула.

— А знаешь, это может сработать, — сказала она. — Жутковато, но цепляет. «Послушайте того, кто видит, чем всё заканчивается». Только надо его проинструктировать, чтоб без подробностей, которые обычные люди знать не желают. А то распугает нам всю школу здоровья.

— Само собой, — согласился я. — Скажем ему сделать акцент на профилактику. И желательно поменьше его фирменного юмора. А то он ещё и Йорика Геннадиевича притащит…

— Хорошо, я тогда анонс сделаю, — Вика что-то застрочила в блокноте. — «Взгляд изнутри: почему профилактика спасает жизни». Звучит?

— Звучит, — одобрил я.

Мы обсудили ещё пару вопросов школы здоровья. А потом я обратил внимание на свежий букет на её столе.

— Женя подарил, — поймав мой взгляд, покраснела девушка. — Чтобы веселее работалось.

— Хороший способ, — улыбнулся я.

— Да, но там ещё кое-что было… — Вика замялась. — Он подарил мне слепок своей челюсти. На память. Сказал, чтобы я о нём вспоминала, когда его рядом нет. Саш, я вот не знаю, смеяться мне или обижаться. Кто вообще дарит девушке слепок собственных зубов⁈

Я не выдержал и рассмеялся.

— Вик, — сказал я. — Это же Ренгачёв. Абсолютно в его стиле. Для него челюсть — произведение искусства, понимаешь? Идеальный прикус, ровные зубы, гордость стоматолога. Он тебе по-своему душу вложил. По-моему, это даже мило. По-ренгачёвски.

— Мило, — фыркнула Вика. — Ну наверное. А на той неделе он подарил мне зубную щётку, какую-то особенную, ультразвуковую. Сказал, у меня эмаль красивая, надо беречь.

— Вот видишь, — улыбнулся я. — Заботится.

Я попрощался с Викой и отправился на вызовы.

Один из них был от соцработницы. Она сообщила, что у её подопечного ноги болят и плохо пахнут. Звучало не очень, так что туда я поспешил первым делом.

Вызывали из квартиры на третьем этаже. Поднимаясь наверх, я снова испытал небольшой приступ одышки. Так, это точно не связано с лишним весом. Странно…

В этот раз у меня с собой был ингалятор, который я на всякий случай снова стал носить. И он оказался как нельзя кстати, ведь праны по-прежнему хватало только на диагностику.

Сальбутамол помог, одышка прошла. Очень странные дела.

Я поднялся в квартиру, соцработница проводила меня к Прохорову Вячеславу Евгеньевичу.

— Ну давайте посмотрим, что у вас с ногами, — сказал я.

Ноги были обмотаны старыми тряпками, так что пришлось это дело размотать. Благо я всегда беру с собой перчатки.

Трофические язвы на обеих голенях, в нижней трети. Запущенные, с подрытыми краями и явными признаками инфекции. В воздухе сразу оказался характерный сладковато-гнилостный запах. Картина классическая и очень неприятная.

Я проверил себя праной. Венозный застой, годами не леченный. Сахар тоже повышен, это важный момент. Диабет мог тоже повлиять на заживление.

— Чем лечили? — спросил я.

Дед закряхтел.

— Дык водкой, — ответил он. — Сначала внутрь принимал для согрева крови. А когда не помогло, снаружи стал. Тряпочку намочу и приложу.

— Любимый способ лечения у Вячеслава Евгеньевича, — со вздохом вставила женщина. — И никого он слушать не желает.

Ёлки-иголки. Народная медицина во всей красе.

— Не прошло, как видите, — вздохнул я. — И не пройдёт. Вы водкой края язвы сожгли. Спирт ткань высушивает, обжигает, молодую заживающую кожу убивает. И внутрь тоже зря её принимали. Алкоголь сосуды сначала расширяет, а потом спазмирует, и кровоток в ногах от этого только страдает. Это трофические язвы, осложнение хронической венозной недостаточности. У вас вены давно не справляются, кровь застаивается, ткани не получают питания и вот так разрушаются.

— И чего ж теперь? — испуганно спросил он.

— Теперь больница, — твёрдо ответил я. — Срочная госпитализация в хирургию. Без вариантов. У вас инфекция в ранах, и если её не остановить, может дойти до сепсиса или до гангрены. А это уже про ампутацию разговор. Вам это надо?

Дед побледнел и замотал головой.

Я тут же набрал Никифорова.

— Тох, привет, — сказал я. — В хирургии ты сегодня?

— Да, я, — отозвался хирург. — А что такое?

— У меня тут вызов, пожилой пациент, семьдесят пять лет, — начал объяснять я. — Трофические язвы обеих голеней, мокнущие, с гнойным налётом. Подозреваю присоединение вторичной инфекции, возможно, на фоне диабета. Примешь?

— Вези конечно, — без раздумий ответил Никифоров. — Я на месте разберусь!

Я вызвал скорую, снова порадовавшись, что теперь это можно было сделать без проблем. Наложил временные повязки пациенту на ноги.

— В больнице вам почистят раны, — начал объяснять я. — Это называется хирургическая обработка. Назначат антибиотики, возьмут посев из раны, чтобы понять, какой микроб и чем его точнее бить. Проверят сахар, свёртываемость, сосуды на УЗИ глянут. И компрессионную терапию подключат, будут ногу бинтовать специальным образом, чтобы кровь не застаивалась. А про водку забудьте. Совсем.

— Вот главный совет, — соцработница уже бегала и собирала вещи. — Слушайте доктора, Вячеслав Евгеньевич.

Дед горестно вздохнул и покачал головой.

— Эх, — протянул он. — А я в неё так верил…

Вера крепкая, спору нет.

— Курите? — спросил я.

— Дымлю, — признался дед. — Пачку в день, как штык.

— Вот это тоже бросать придётся, — сказал я. — Курение тоже сосуды убивает. Бросите, и раны быстрее заживут. Серьёзно говорю.

Перечислил женщине, что положить деду с собой, оставил направление и свой осмотр и поехал на другие вызовы.

Вернувшись в поликлинику, я ещё какое-то время занимался документами. А затем выкроил время на бумаги по лавке. Открытие травяной лавки — дело хорошее и нужное, но вместе с тем нужна целая кипа бумаг.

Я составил целый список, и часть пунктов уже выполнил.

Первое — это регистрация. ИП у меня уже было, я открывал его под сотрудничество со «СберЗдоровьем» для телемедицинских консультаций. Заново городить ничего не пришлось, но нужно было добавить новый код ОКВЭД для розничной торговли. Без него торговать нельзя, первая же проверка прицепится.

Но тут всё было быстро, я сделал это онлайн ещё на той неделе.

Второе — это расчётный счёт. Тоже уже был открыт, в том же банке, под то же ИП. Ещё один пункт можно было смело вычёркивать.

Третье — заключение СЭС. Точнее, Роспотребнадзора. Помещение под лавку нужно было привести в соответствие санитарным нормам. И получить бумагу о том, что всё в порядке. Это было довольно сложно. Договорились, что комиссия приедет на этой неделе, в четверг, посмотрит помещение.

Я набрал Варе уже второй раз за день, чтобы уточнить детали по открытию.

— Варь, в четверг СЭС приедет, — сказал я. — Стеллажи для трав по нормам стоят? Влажность в помещении контролируешь?

— Всё стоит, всё контролирую! — бодро отрапортовала она. — Гигрометр повесила, журнал температуры и влажности веду. Травы в бумажных пакетах и стеклянных банках, всё подписано, сроки годности проставлены.

— Молодец, — похвалил я.

Четвёртое — договоры с поставщиками трав. Это Варя взяла на себя целиком и сделала всё как надо. Я ей доверял.

И пятое — уголок потребителя. Книга жалоб и предложений, текст закона о защите прав потребителей, копии разрешительных документов и свидетельства о регистрации на видном месте, информация о продавце. Частично сделал, оставалось оформить.

Всё. Лавка практически готова к открытию. Осталось дождаться СЭС в четверг, и можно запускаться.

После работы я отправился в ФОК на тренировку. Сегодня занимался по новой программе, которую составил для меня Виталик. Тело Сани Агапова продолжало приходить в порядок. И это радовало. В конце концов не зря я себя полгода приводил в форму, делая из этого тела что-то приличное.

В зале ко мне подошёл знакомый парень, с которым я обсуждал его добавку, МК-677.

— Саня! — радостно воскликнул он. — Привет! Слушай, я хочу поблагодарить тебя. Я тогда послушался же тебя. Выбросил эту добавку, которую принимал. И другу своему рассказал, что ты мне объяснял. Ну, может, не такими умными словами, но всё же. Мы теперь чисто по программе тренируемся. И процесс пошёл, хоть и медленный. А главное, я спокоен теперь за все свои сферы жизни!

— Молодцы, — искренне ответил я. — Правильный выбор сделали. Стимуляторы гормона роста бьют по нескольким системам организма. И последствия могут быть самыми разными. А натуральный результат пусть и медленный, зато настоящий.

— Да я уж понял, — улыбнулся парень.

Он довольно кивнул и убежал к своим штангам. Приятно. Я закончил свою тренировку, перешёл к заминке.

А вскоре ко мне нерешительно подошла женщина лет сорока. Явно новенькая, и очень стеснялась всех этих тренажёров и накачанных парней вокруг.

— Извините, — робко сказала она. — Вы тут, я смотрю, разбираетесь во всём этом. Спокойно занимаетесь, явно знаете что и как. Не подскажете, с чего вообще начать? А то я первый раз пришла и совсем растерялась. А к тренеру стесняюсь подходить… Тем более он занят вон.

Виталик действительно занимался с другим спортсменом на другом конце зала.

— Конечно подскажу, — улыбнулся я. — Первый совет: не бросайтесь сразу на сложные тренажёры, это главная ошибка новичков. Сперва кардиотренировка, минут десять-пятнадцать в спокойном темпе. Например, беговая дорожка. Потом простые упражнения с минимальными весами, а лучше первое время заниматься на тренажёрах с фиксированной траекторией. И не стесняйтесь подходить к тренеру, для того он тут и работает. Даже если занимается с другим, на ваши вопросы ответит.

— А как часто ходить? — спросила женщина.

— Для начала три раза в неделю, — ответил я. — Мышцам нужно время на восстановление, в дни отдыха они как раз и растут. И не ждите мгновенных результатов, дайте себе хотя бы пару месяцев.

Женщина благодарно закивала, но вопросы у неё ещё остались.

— А с едой как быть? — нерешительно спросила она. — Я слышала, надо что-то особенное есть, спортивное, добавки какие-то…

— Никаких особенных добавок не нужно, — покачал я головой. — Это всё маркетинг. Достаточно нормально и регулярно питаться. Белок, овощи, крупы. Не голодать и не переедать, для похудения соблюдать дефицит калорий. Воды побольше пить, многие этим пренебрегают, а это важно.

— А если на следующий день всё болит? — она смущённо улыбнулась. — Я слышала, мышцы с непривычки ныть могут.

— Это нормально, так мышцы реагируют на непривычную нагрузку, — успокоил её я. — Главное, не бросать. И ещё совет: не сравнивайте себя с другими. У каждого свой темп и свой путь в спорте.

Женщина посмотрела на меня с благодарностью.

— Спасибо вам большое, — сказала она. — Тогда пойду на беговую дорожку.

Закончив тренировку и приняв душ, я переоделся и отправился домой. Хороший был день.

До дома добрался уже затемно. Только переступил порог, как зазвонил телефон. Щербаков.

— Привет, Дань, — снял я трубку.

— Саня, — встревоженно сказал он. — У меня проблемы. Я начал копать под этот завод. И кажется, это кто-то заметил.

Ну ёлки-иголки!