Глава 9

РУСЛАН

Десять лет.

Вот столько времени прошло с тех пор, как я в последний раз видел эти глаза, эти веснушки на кончике ее носа. Десять долгих лет. Прошло достаточно времени - снова увидеть ее должно быть просто, я не должен абсолютно ничего почувствовать... Встреча с ней должна уменьшить боль и ослабить любое напряжение.

Но этого не произошло.

Я словно получил удар в грудь. Мне следовало бы догадаться, что наша встреча не уменьшит боль, а, наоборот, напомнит о ней. Но то, что я испытал сегодня, было в сотню раз мощнее. Почему она была здесь? Последнее, что я слышал - Ева Свиридова уехала из Питера и уехала в Сочи, где, кажется, жили ее родители. Я услышал это примерно через полгода после того, как получил от нее письмо.

У меня чесались руки схватить ключи и отправиться домой, чтобы порыться в своей коробочке от Евы. Да, у меня была коробка с ее вещами, от которых я так и не избавился. Этот проклятое письмо, которое разрушило наши отношения, тоже было в коробке, вместе с фотографиями и ее рисунками.

- Ты сегодня какой-то чумовой, - задумчиво произнесла Ася, глядя на меня поверх своего бокала с вином. Она уже приняла несколько таблеток, о которых я никогда ее не спрашивал. Обычно она принимала их, выпивала полбутылки, а потом отключалась до утра. Я не мог осуждать ее: та жизнь, которую мы вели, была игрой на публику. Никто не пытался нас понять, но все критиковали нас.

Честно говоря, если бы сегодня вечером я не встретил Еву, то устроил бы Асе взбучку за этот трюк, который она выкинула, рассказав местным журналюгам и блоггерам, что мы приедем сюда.

Ася понятия не имела, насколько я оберегал это место. Я вырос в Краснодарском крае, это море и горы были местом, где я провел свою юность, где жили мои родители. Поэтому, когда я приезжал сюда, я всегда чувствовал себя в безопасности. Мне не хотелось, чтобы кто-то лез в мою жизнь хотя бы здесь.

Я подавил свое раздражение и злость на Асю. Мне нужно было свалить отсюда... спрятаться подальше от этой гламурной фифы. Чего я хотел - так это увидеть Еву и поговорить с ней, спросить ее о том телефонном разговоре, который я подслушал, о том, почему какой-то Миша называл ее мамой.

Ева была мамой?

По крайней мере, я предполагал, что она была мамой. Я ничего не знаю о ее жизни, как такое могло случиться?

Ася потягивала вино, листая ленту в своем телефоне и не подозревая, что я сейчас думаю о той женщине, которая поздоровалась со мной в спортивном комплексе. Может быть, Асе было все равно - не то чтобы мы были очень близки. Она привыкла видеть мои фотографии с другими женщинами на обложках журналов. Я бы не удивился, если бы она просто предположила, что Ева - это подруга детства. По иронии судьбы, несмотря на все свои недостатки, Ася не была любительницей любовных драм и разборок и не лезла в мои отношения с другими девушками. Я оказывал ей такую же любезность.

- Я ненадолго съезжу в гости к родителям, - бросил я через плечо, прежде чем направиться к двери. Я не стал дожидаться ее ответа.