Глава 20

— Такси стоит, как новый айфон в день продаж, — вздохнула Полина, откладывая телефон в сторону. Отец за ней уже не мог приехать — выпил в честь праздника. Объединяться было не с кем — Кир и Яр пешком дойдут, а Паша переехал от родителей и теперь жил совсем в другом районе.

— Если хочешь, оставайся, — предложил Марат. — Дом большой, найдём, куда тебя уложить спать.

Был бы это дом Лекс, наверное, она бы согласилась. Но ночевать у бывшего… Все же нет. Есть черта, которую не перейдёшь.

— Не думаю, что это удобно. Я ещё немного подожду, вдруг цена чуть упадёт, и вызову такси.

— Пойдём со мной, — предложил Кир. — Мой дом не меньше, и думаю, никто не будет против.

Конечно, он имел в виду родителей и то, что взрослый парень вполне может привести в дом девушку. Да и не какую-нибудь, а ту, которую родители должны помнить со школы.

Но пойти с ним для Полины означало дать некий знак для всех, что они вместе, а ведь это не было правдой. Может, она слишком сильно накручивала себя? Марат усиленно весь вечер намекал на то, что между ней и Киром что-то есть, получая легкие подзатыльники от Лекс, но хуже всего в такие моменты было Теклеру. Полина видела, как он бесился, раздражался, желая крикнуть на весь мир или хотя бы на весь этот дом, что любит ее.

Она долго думала, но в итоге согласилась остаться на ночь у Кира.

Разошлись под утро, но дни еще были короткими и рассветы поздними, так что на улице было довольно темно. Снег блестел, переливаясь под светом фонарей и лампочек на некоторых домах. Мороз кусал за щеки, а примятые колесами машин сугробы хрустели под ногами.

— Если ты переживаешь, мы можем спать отдельно, — после нескольких минут молчания сказал Теклер. — Я останусь в гостиной, а ты ко мне пойдешь.

— Не надо, — быстро отказалась Поля.

Кир хотел было взять ее за руку, но ладони Полины были спрятаны в карманы из-за вечного отсутствия перчаток. Парень поборол в себе желание вытянуть ее руку и первым устремился к дому. Открыл калитку, осторожно отворил входную дверь. Его родители встречали Новый год вместе с семьей Крис, но сейчас уже все разошлись, в доме стояла полнейшая тишина, а все гирлянды были отключены. Кир помог Полине раздеться и провел ее в свою комнату. Едва она вошла туда, как краски перед глазами Кира смешались. Может, дело в выпитом, может, в том, сколько часов подряд он не спал, но…

Почти два года назад. Его восемнадцатилетие. Полина, которая целует в коридоре, когда они остаются одни. Секундное помешательство, они в его комнате и даже дверь не закрыли. «С днем рождения, Теклер». Несколько минут наедине, которые позже она назовет местью. Несколько минут, после которых она исчезнет, оставив его одного.

Полина стояла у окна, положив ладони на подоконник. Смотрела на улицу, а не на Кира.

— Если бы я знала тогда, какой ты на самом деле, я бы так не поступила, — сказала Поля.

— Да хватит уже об этом!

— Но ты и сам об этом думаешь, разве нет?

— Полина, в прошлом уже нет смысла жить, оно прошло.

— Кир, мне кажется, я все время порчу тебе жизнь, — вздохнула Полина.

— Я в душ, — не стал продолжать этот разговор Кир и вышел из комнаты, закинув полотенце на плечо.

Он вернулся через десять минут, а Полина все так же стояла у окна, словно не прошло и секунды. Кир не разговаривал с ней, потому что просто не находил в себе сил хоть что-то сказать.

— Ты пойдешь в душ? — сухо спросил он. — Помнишь, где ванная?

Полина кивнула и почти выбежала из комнаты. Когда она пришла обратно, Кир сидел на кровати, листая переполненный новогодними селфи «Инстаграм». Удивительно, вот как так получается? Они сближаются, начинают доверять друг другу, а потом Полина рушит все. Ладно, не стоит сваливать всю вину на нее, но… Он старается каждый день, каждый час. Мало. Мимо. Не то.

Кир отбросил телефон на стол, зарылся под одеяло и отвернулся к стене.

— Как разденешься, свет выключи сама, — бросил он напоследок вместо «спокойной ночи».

Кир слышал, что Полина еще пару минут неподвижно стояла посреди комнаты, словно раздумывала, не уйти ли ей. В эту минуту он даже не был уверен, что остановил бы, если бы она захотела сбежать от него. Но она стянула платье и колготки, судя по звукам, сложила их куда-то, нажала на выключатель и легла рядом, но на расстоянии.

Он лупился в стену, не желая верить самому себе, что вновь остался наедине с Полиной в своей комнате, только в этот раз все еще хуже. Полина молча смотрела на его спину, не зная, оставить в покое или все-таки поговорить.

Девушка медленно потянулась к Кириллу, осторожно положив руку на его плечо. Он не скинул ее ладонь, и Полина провела вверх-вниз.

Теклер резко развернулся к ней лицом, перехватив ее руку за запястье и не отпуская больше. Они оба не могли понять, какого черта вытворяют все это вместо того, чтобы просто быть вместе, быть счастливыми, быть друг у друга.

Полина закусила губу в ожидании любых слов Кира. Она была уверена, что хорошими эти слова не будут.

— Знаешь, По, когда ты плачешь, я ненавижу весь этот мир за твои слезы, — сказал Кир то, что она никак не ожидала услышать.

— Я хотела бы быть сильнее, чем я есть, — прошептала Полина в ответ. — Но боюсь, уже никогда не буду.

— Чушь. Ты каждый раз боишься. Полина, не надо. Ты намного сильнее, чем думаешь. Ты обязательно сможешь всё.

— Я не хочу, чтобы тебе было плохо из-за меня.

— Ты знаешь, как это решить, — сказал Кир, поправляя ее растрепанные волосы. — Можно я загадаю новогоднее желание, а ты его исполнишь?

— Поцеловать тебя?

— Брось, мне не четырнадцать лет, чтобы я загадывал такое. Захочу — сам поцелую, — легонько улыбнулся Теклер. — Просто обещай мне, что ты возьмешь жизнь в свои руки. Не будешь плакать, но будешь действовать, чтобы однажды утром проснуться и понять, что ты счастлива.

— Кир…

— Не перебивай, — он убрал руку с ее лица, но положил совсем рядом на подушке. — Обещай, что не сдашься, пока не сделаешь все, что будет в твоих силах. Ты должна быть счастливой, поняла?

А ей опять хотелось плакать от того, что кто-то так отчаянно желает ей счастья. Больше даже, чем себе.

Полина положила свою ладонь сверху его и чуть сжала пальцами.

- Я обещаю.

Утром он проснулся один. Зарычал от злости, избил подушку, швырнул ее в стену, запутался в собственной футболке, надевая. Выбежал к родителям на кухню и почти заорал:

— Где она?

— Потише будь, — остудил его пыл отец. — Ты о девушке?

Конечно, Полина пересеклась с мамой и папой Кира. Мама узнала ее, помнила по школе.

«Ваш сын просто разрешил мне переночевать у него, я не могла вызвать такси. Между нами ничего нет, не волнуйтесь, все в порядке. Я уже ухожу. До свидания»

Сбивчивые объяснения девушки понятнее картину не сделали.

— О ком же ещё?

— Она ушла полчаса назад, — сказала мама Кирилла.

— Пап, дай ключи от машины!

— А тебе можно за руль? — недоверчиво поинтересовался отец.

— Я не напивался до безумия, можно.

— Возьми в прихожей, где обычно.

— Я быстро.

— Кирилл, а завтрак? — донесся с кухни голос мамы, но Теклер уже зашнуровывал ботинки.

— Потом! Я уехал.

Ехать было не очень далеко, но Кир гнал по пустым дорогам. Боялся, что отцу штраф какой-нибудь прилетит, но выдержал скорость, не нарушив. Он помнил, в каком доме живет Полина, хоть и был у неё лишь единожды. Помнил подъезд и этаж, но не номер квартиры. Когда припарковался, думал звонить по очереди во все квартиры, чтобы хоть кто-то открыл. Но полдень первого января… Кто спросонья, кто с похмелья. Разве впустят?

Он достал телефон и собирался уже позвонить Полине, но тут дверь подъезда открылась, и на улицу вышла молодая девушка с собакой — выгуливать. Кир забежал в подъезд и метнулся вверх по лестнице.

Поднялся на пятый этаж и по памяти определил, какая дверь ему нужна. Резко надавил на звонок, слыша, как за стеной раздаётся громкий звук. Так и держал палец на кнопке, пока ему не открыли. На пороге стоял отец Полины.

Он не знал Кира, может, видел один раз на выпускном в школе, но явно не помнил.

— Молодой человек, вы в своём уме? Не нагулялись ночью?

— Пап, это ко мне, — вмешалась Полина, подходя к отцу и укладывая ладонь на его плечо.

— И кто это?

— Мы учились вместе, — ответила Полина словами Кира. О да, это было обидно. Чем дальше они называли друг друга так, тем хуже.

— Его впустить? — спросил мужчина, поворачиваясь лицом к Полине.

— Я выйду, — она схватила пуховик с вешалки и принялась натягивать его.

А Кир почувствовал, как его буквально раздирает на части от гнева. Вот так? Выйдет на лестничную клетку? Как к соседу, который зашёл спросить что-то? Несколько часов назад она лежала в его кровати и держала его за руку, а теперь?

О чем говорить? Как она молча сбежала? Как делает вид, что они чужие?

Он больше не хотел так.

— Да пошла ты, — Кир отпустил дверь, за которую держался, с силой оттолкнув от себя. Он не успел увидеть выражение лица Полины и услышать проклятия от ее отца.

Не помня себя, он вышел из подъезда, открыл машину, вдарил руками по рулю. Дворниками счистил с лобового снег и уехал.

Она звонила раз пять за время, пока Кир добирался до дома, но трубку он не взял.