Глава 2

Амина рассмеялась, запрокинув голову, как когда-то в те беззаботные годы, когда они могли сидеть до рассвета на крыше общежития, пить горячий чай из термоса и слушать, как Женя рассказывает свои абсурдные байки. Сейчас он в красках описывал, как во время слежки за подозреваемым случайно оказался запертым на балконе с попугаем, который успел выучить фразу: «Ты окружён, сдавайся!»

— Жень, — она с трудом сдерживала смех, — ты совсем не изменился.

Мужчина улыбнулся — всё так же спокойно, почти лениво, с чуть заметной искоркой в ледяных глазах.

— А вот ты, наоборот, изменилась, — сказал он, немного тише. — Словно стала серьёзнее. Тише. И... грустнее.

Амина на мгновение опустила глаза, поиграла пальцами с краем рукава, потом нехотя выдохнула:

— Я замужем. Уже несколько лет. У меня взрослый сын — ну, не родной. Сын моего мужа. Артём.

Женя кивнул. Молчал какое-то время. Потом, с тем же мягким тоном, будто между прочим, спросил:

— И как тебе... в браке? Всё хорошо?

Она кивнула. Слишком быстро.

— Всё хорошо.

Но он знал — солгала. По её голосу, по паузе перед словами, по тому, как отвела взгляд. Он когда-то изучил её до самых мелочей, и эти мелочи не исчезли.

Прежде чем он успел что-то сказать, хлопнула входная дверь.

— Дорогая, я дома! — раздался бодрый мужской голос.

Виталий появился в дверях кухни — в деловом костюме, с телефоном в руке, с лёгким запахом дорогого парфюма и усталостью, тщательно скрытой за уверенной улыбкой. Он привычным движением поцеловал Амину в висок и только потом заметил незнакомца за столом.

Женя поднялся, будто никуда не спешил, и встретил взгляд Виталия спокойно и прямо. Секунды замерли.

— У нас гости? — голос Виталия прозвучал слишком спокойно, чтобы быть действительно спокойным. За этой вежливой интонацией пряталась откровенная угроза.

Амина вздрогнула. Она слишком хорошо знала этот тон.

— Это... это мой друг, — поспешно ответила она, избегая встречаться с ним взглядом. — Женя. Он помог мне выбраться из ванной — дверь захлопнулась, замок заело. Я... я застряла.

Она умолчала, что Женя — её первая любовь. Не потому что хотела солгать, а потому что знала, как на это отреагирует Виталий.

Муж отвёл взгляд, как бы обдумывая ситуацию, и негромко, с нажимом, сказал:

— Я был вынужден отложить важные переговоры, чтобы вернуться. Видимо, не зря.

Женя, всё это время стоявший с лёгкой полуулыбкой, скрестил руки на груди.

— Мы с Аминой учились вместе в институте, — спокойно вставил он, ни на секунду не опуская взгляда.

Эта фраза будто немного остудила Виталия, он даже кивнул. Но жест, которым он тут же сжал плечо жены, говорил гораздо больше. Женя сразу понял: муж ревнует. И не просто ревнует, а уже представляет себе возможные сцены. Может быть, даже не первую.

Виталий выглядел так, как будто сошёл с обложки глянцевого журнала: высокий, спортивный, с идеальной укладкой пшеничных волос и очками в чёрной оправе, подчёркивающими его безупречный имидж. Чёрная рубашка сидела на нём безупречно, джинсы — дорогие, нарочито потёртые. Он принадлежал к типажу мужчин, которые всегда знают, чего хотят. А хотят — чтобы всё было под контролем.

— Рад был увидеться, Амина, — с мягкой усмешкой сказал Женя. — Но мне пора. До встречи.

Он прошёл мимо Виталия, даже не обернувшись. Тот только напрягся, но не двинулся.

Когда дверь за Женей закрылась, Виталий повернулся к жене. Его взгляд был тяжёлым и пронизывающим. Он ничего не сказал, но в воздухе уже повис вопрос — что это было?

Амина почувствовала, как напрягся каждый нерв. Она знала — сейчас будет скандал. И готовилась к нему, как к буре, которая всегда возвращается в один и тот же час.

— Ты что себе позволяешь?! — Виталий рванулся к столу, ударив по нему ладонью так, что чашка со звоном подпрыгнула. — Приводишь мужика в дом, когда меня нет?! Ты вообще в своём уме, Амина?!

— Витя, — тихо попыталась она, но он уже не слышал.

— Я всё видел! Он пялился на тебя, как последний кобель! — Виталий уже не просто говорил, он орал. — Все они одинаковые, понимаешь?! Им только и надо, чтобы запустить руки под юбку! А ты сидишь с ним, улыбаешься, чаёк пьёшь! Что дальше, Амина? Что дальше, а?

— Он просто открыл дверь, — прошептала она. — Я правда застряла в ванной. Он приехал, открыл, и… и мы решили просто поговорить. Выпили чай. И всё.

— И всё?! — переспросил он с яростью. — С бывшими любовниками ты, значит, просто так чаёк пьёшь? Что дальше, в спальне экскурсию проведёшь? А может, сразу ему ключ от дома дать?

Амина почувствовала, как сжимаются пальцы. Она не плакала. Нет. Но внутри всё сжималось от боли и стыда. Не перед ним — перед собой. Перед той девочкой с зелёными глазами, что когда-то мечтала играть рок на скрипке и быть свободной. А теперь стояла на кухне и выслушивала обвинения в распутстве от человека, которому отдала себя без остатка.

— Я не делала ничего плохого, — выдавила она, глядя в одну точку на стене.

— Не делала?! — Виталий шагнул ближе, схватил её за плечо. — Запомни: ты моя жена. И в моём доме больше не будет посторонних мужиков. Особенно таких. Если тебе хочется поиграть в молодость, иди в зеркало посмотри. В жизни больше никаких «просто друзей». Услышала меня?

Она кивнула, не в силах заглянуть ему в глаза. Её пальцы всё ещё дрожали, когда он выпустил плечо и отошёл. Ушел в комнату, громко хлопнув дверью. Амина осталась одна на кухне — как и в последние годы, даже когда он был рядом.