Глава 19

Виталий, будто бы осознав, что зашёл слишком далеко, резко выдохнул и провёл рукой по лицу, словно стирая с себя злость и гнев. Когда заговорил — голос его был спокойным, почти ласковым:

— Артём, выйди погуляй, ладно? Мне с твоей… мамой нужно поговорить. Спокойно. Без зрителей.

Парень застыл. Его руки сжались в кулаки. Он не доверял отцу, не хотел оставлять маму наедине с ним. Он знал, на что тот способен, и не хотел потом жалеть о своём уходе.

— Мам? — нерешительно спросил он, не сводя взгляда с Виталия.

Амина всё ещё стояла возле стены. На щеке — покраснение. Она не тряслась, не плакала. Только смотрела на сына с печальной решимостью и произнесла тихо, но твёрдо:

— Всё хорошо, Тёмка. Нам правда нужно поговорить. Я справлюсь.

Артём медленно кивнул, бросив последний тяжёлый взгляд на отца. Потом повернулся и ушёл. Он спустился по лестнице, вышел за дверь, на мгновение остановился на крыльце, будто собираясь мыслями… и в голову, как вспышка, ударила мысль: у него же есть номер Столярова.

Тот сам дал его тогда, когда забирал Артёма из отделения, где тот попал из-за драки с одноклассником.

Артём достал смартфон, пролистал список контактов, нашёл нужное имя и нажал вызов. Гудки… один… второй…

— Алло, — раздался голос Жени.

— Это Артём, — коротко сказал парень. — Нам нужно серьёзно поговорить. Где и когда?

На другом конце линии повисло секундное молчание.

— Приезжай ко мне в управление. Запиши адрес.

Столяров продиктовал улицу и номер здания.

— Я буду ждать.

Артём сбросил вызов, открыл приложение такси и указал адрес. Пальцы дрожали от напряжения, но сердце билось уже не от страха — от решимости.

Он знал, что поступает правильно.

Такси долетело до места почти в один миг — водитель явно знал короткие пути и не терял времени на разговоры. Когда машина остановилась у высокого серого здания с глухими окнами и неприметной табличкой, Артём вдруг почувствовал, как дрожат колени. Он вышел, поблагодарил таксиста и, глубоко вдохнув, направился к входу.

Здание ФСБ.

Именно таким он его и представлял — обезличенная крепость, где каждая дверь, каждый шаг будто под контролем. Высокий, серый фасад без вывесок, без рекламы, без намёка на жизнь. Просто молчаливая власть, чёткая и холодная.

Внутри было прохладно и глухо. На проходной сидела хмурая девушка в форменной блузке, которая с безразличием скользнула взглядом по Артёму.

— К кому? — спросила она, не поднимая глаз от монитора.

— К Столярову Евгению, — выдавил Артём, стараясь говорить чётко и уверенно.

— Фамилия?

— Ковалёв. Артём Витальевич.

Девушка вбила данные в компьютер. Система что-то проворчала, потом на принтере щёлкнуло — вылез аккуратный бумажный пропуск с печатью и штрих-кодом.

— Седьмой этаж, кабинет семьсот пятый, — машинально проговорила она и, не глядя, протянула карточку. — Лифт в конце коридора. Пропуск не потеряйте.

— Спасибо, — тихо сказал Артём, взял документ и пошёл по направлению к лифту.

Коридор был длинный, чистый до стерильности, пахло антисептиком и кофе. Артём шагал, стараясь не думать о том, как быстро всё меняется: утром он был обычным школьником, а сейчас шёл по зданию, где вершатся судьбы и распутываются сложнейшие дела.

Он нажал кнопку вызова лифта, глянул в отражение металлической двери. Бледное лицо. Чуть дрожащие губы. Решимость в глазах. Всё правильно. Всё по делу.

Для мамы.

Артём поднялся на седьмой этаж, вышел из лифта и пошёл по коридору, выискивая нужную дверь. Он шагал медленно, как будто каждая секунда приближала его к какому-то важному моменту — к черте, за которой что-то должно измениться.

705

Вот он — кабинет Столярова.

Артём остановился, глянул на табличку, потом медленно выдохнул и постучал. Звук выдал в нём больше волнения, чем он хотел бы показать.

— Войдите, — донёсся приглушённый голос изнутри.

Парень толкнул дверь и вошёл.

Майор Столяров сидел за своим рабочим местом, с телефоном у уха. Он сразу повернулся к Артёму, посмотрел, кивнул в сторону одного из стульев напротив и вернулся к разговору.

— Да, жду резолюцию. По электронной. Если не будет — я подпишу сам. Всё, заканчиваем.

Женя завершил разговор, отложил трубку и откинулся в кресле, наблюдая за подростком с прищуром.

— Надеюсь, ты не с глупостями. Я, знаешь ли, не из тех, кто любит пустую болтовню.

Артём сел, сцепил пальцы и окинул взглядом кабинет. Просторно. Рационально. Уютно по-военному.

Большой стол — не для одного, значит, тут собираются на совещания. Личные вещи — минимум. Но в кресле у окна — уютная непринуждённость: кружка, книга, пара распечаток. Отдельный стол Евгения с монитором, аккуратно свернутыми проводами и стопкой дел. Шкафы у стен, уставленные папками. Одна была приоткрыта — мелькнули корешки с буквами и кодами. Всё системно. Всё под контролем.

— Не с глупостями, — спокойно произнёс Артём, возвращаясь взглядом к мужчине. — Речь про Амину.

Женя молча выпрямился, положил руки на стол, соединив пальцы. В лице появилась та самая серьёзность, от которой собеседники обычно сбивались. Но Артём не отвёл глаз.

— Я весь во внимании, — произнёс Столяров ровно, почти тихо.