Глава 24. Серый

– Удобно? – Принцесса весело тряхнула головой.

Я еще раз поправил на ней ремни автокресла.

Нас ждал врач. Администраторшу в клинике я просто заебал с утра. И, о, чудо, она вдруг отыскала свободное окно в графике врача.

Я был рад.

А вот Лену потряхивало.

Пришлось взять ее за ладонь и поглаживать прохладные от испуга пальцы всю дорогу.

– Забыла тебе сказать, – она не отрывала глаз от светофора на перекрестке. – У тебя куртка была испачкана. Я ее в стирку забросила.

– А ты карманы не проверяла? – у меня аж зубы заныли.

Кольцо…

– До стирки нет. А вот после, – она достала из сумочки расхристанную машинкой коробочку от украшения. Бархат словно собака пожевала.

Кольца внутри не было.

Значит, где-то осело в глубинах барабана.

У меня так очко не играло со времен командировок, наверное. И хорошо. Отлично! Если бы она узнала, что и второе кольцо проебалось…

Меньше головняка – лучше.

– Почему ты улыбаешься? – Лена подозрительно уставилась на меня.

– Погода хорошая, – я растянул губы еще шире. – Женщина любимая рядом. Принцесска утром всю кашу съела, – я подмигнул Лизе в зеркало. – Что еще надо?

– Сережа!

Жена надула губы, а я хохотнул.

Смешная.

Все что-то пытается сопротивляться. Ну, ладно, ладно. Пусть пока. Сейчас все порешаем с Лизком, там разберемся, что к чему.

– Все с вашей девочкой хорошо, – полноватая, но приятная на вид женщина-доктор крутила в руках результаты энцефалограммы. – Вы же тоже врач? Умеете читать, да? Видите, никаких отклонений. Все сигналы ровные. Ребенок неврологически здоров.

– Но почему же тогда, – Лена не договорила. Закусила губу, прижала Лизину голову к своей груди. После исследования та не слазила с материнских рук.

– Причин может быть много, – врач пожала плечами. – Возможно, вы испытали какой-то стресс во время беременности. Или сбой в организме мамы присутствовал. Все слишком взаимосвязано, а женский организм вещь трепетная. Особенно во время вынашивания плода. Девочка не пугалась в младенчестве?

– Нет.

– Возможно что-то психологическое. Анализы, что вы принесли, тоже все в норме.

– Что можно сделать на данном этапе? – я коснулся, не глядя Лениной руки, успокаивая.

– Я бы вам могла порекомендовать занятия с психоневрологом или нейропсихологом. Но вы должны понимать, что процесс этот непредсказуем. Физически ребенок здоров. Тут вопрос в том, когда она захочет откликнуться на стимуляцию развития. Мамочка, успокойтесь, никакого аутизма у вашей дочки нет. Это понятно? Все решаемо.

Под внимательным взглядом врача Лена зажмурилась.

Меня укололо.

Плохо ей. Слезы держит. Но я ее понимаю. Меня тоже прошибало, когда парней сильно корежило в командировках. А тут ребенок…

Свой собственный.

Я тоже такого хочу…

– Спасибо, – я поднялся. Перехватил у Лены Принцесску. Вот такую хочу. – Мы будем заниматься. У вас же такие специалисты имеются?

– Разумеется. Администратор вам все расскажет и запишет.

Уже возле машины я перехватил Лену за руку.

– Ну, что опять?

– Сережа, это слишком дорого!

– Что именно? – вопрос денег ее парил, я это задницей чувствовал.

– Занятия эти. Ты понимаешь, что это нереально? Чтобы их оплачивать, мне нужно прямо сегодня найти новую работу. Но я не смогу этого сделать, потому что на занятия надо возить Лизу через день. Я просто не разорвусь!

– Ты не будешь работать. По крайней мере, до тех пор пока Лиза не поправится.

– А жить мы на что будем?! – Лену трясло.

Мы оба понимали, о чем мы говорим, но она не хотела, по-прежнему, это принимать.

– Жить вы будете у меня. Мы прямо сейчас едем в мою квартиру, и ты смотришь, что надо докупить, чтобы Принцессе и тебе там было комфортно.

– А что потом, Сереж? – она нервно перебила меня, и я поморщился.

– Не повышай на меня голос. И дай мне договорить, поняла?

– Да, – она опустила голову.

Вот так.

Будь покорной. Это правильно.

– Потом ремонт в детской. И успокойся. Все будет хорошо. Ты просто дергаешься из-за Лизы. С ней все, – я выделил это слово специально. – Будет хорошо. Она здорова. А стресс можно снять.

– А что еще потом? – уже тише спросила Лена.

– В смысле еще потом?

– Мы будем жить вместе? Поженимся? И ты снова начнешь меня ревновать, как тогда? Снова будешь допрашивать? Я не хочу, чтобы Лиза росла в атмосфере тотального недоверия, Сереж.

– Мы будем жить вместе, – я притянул ее сквозь сопротивление. Обнял, прижал к себе. – Мы поженимся. И я буду тебя ревновать, да. Потому что ты самая прекрасная женщина на свете, а я очень жадный. Но ты этого не заметишь. И Лиза будет расти в прекрасной атмосфере полной и спокойной семьи. Я ответил на все твои вопросы? Можем ехать?

Лена промолчала.

Грызла губы всю дорогу. И в квартиру вошла с самым замученным видом. Как будто ее палками сюда загоняли.

– Принцесса, какую комнату хочешь? Тут будешь жить? Или тут? – я оставил жену собраться с мыслями. Повел Лизу выбирать детскую.

Детский пальчик уверенно ткнул на спальню, которая до этого была моей.

– Нет, Лиза, – запротестовала Лена.

Принцесска капризно нахмурилась.

Еще немного и ногой топнет. А мне по кайфу. Я ее избалую до невозможности.

И Лену тоже.

Оторвусь по полной со своими девочками.

– Лиза!

– У! – Принцесска ткнула пальцем на мою уже бывшую спальню.

Я подхватил ее на руки. Подмигнул Лене и пошел туда.

– Вся в отца! Одинаковые оба! – долетело в спину тихое шипение.

А я споткнулся.

Слова падали на каждый удар сердца:

– Что. Ты. Сказала?