Глава 8. Серый

Ее слезы меня нервировали.

Не тем, что она вообще плачет. А тем, что ее заставили плакать и страдать. Это бесило. Даже при том, что я сделал все, что мог.

И да, с опекой я тоже разберусь.

Только Лене об этом знать не обязательно. Пусть просто больше не думает даже об этом.

Я стер с бархатных щек мокрые дорожки.

– Сереж…

– Потому что, – охуеть вопрос. Я даже растерялся. И что мне ответить? Потому что мы с пацанами торгуем ими? И как бы без ствола ходить мало того, что глупо, но и небезопасно?

В Лениных глазах возник холодок.

Ну да, не слишком-то мягко я ответил.

– Так надо, Лен, – я взял ее лицо в ладони. – Я уже не служу, но без оружия мне сейчас нельзя.

– А чем ты занимаешься?

– Разными вещами.

Врать ей не хотелось. Аж корежило душу.

Но и правду говорить…

Я видел, как сходили с ума женщины Ярса и Лешего. Не готова моя бывшая жена к такой правде. Нужно поступить как-то иначе.

Только как – я придумаю чуть позже.

– Лен, давай об этом потом. Ты как?

– Да. Нормально. Я уже нормально, – она сморгнула. Дернула головой, отстранилась. Как будто очнулась. Поняла, что мы стоим в обнимку. – Надо в порядок себя привести. Лизу испугаю своим видом.

Она отступила.

А я разочарованно сжал пальцы. Терять тепло ее тела было безумно жаль. Стоял бы так вечность.

– Давай.

– Сереж, ты… Спасибо тебе.

Я заглянул в серые глазищи.

В сердце остро кольнуло болью. Сдавило грудь непонятной тоской. Да что ж ты творишь со мной, а…

– Ты же знаешь, солнц. Для тебя все, что угодно. Всегда.

Серый взгляд уперся в пол.

А член у меня встал.

По привычке.

Когда мы были вместе, вот такая ее покорность меня заводила с полупинка. Глаза в пол, голова чуть склонена. Полная готовность ко всему, что я захочу с ней сделать.

Она сама тащилась от наших экспериментов.

И этот финт всегда проворачивала, если нужно было меня погасить или уговорить на что-то.

И сейчас не изменилось ни-че-го.

Я среагировал как сотни раз до этого. Но не будешь же ее прямо сейчас здесь… Я же не скотина. Не в том она состоянии. Да и Лиза проснется вот-вот.

Твою же мать…

Я медленно выдохнул.

– Лен, голову подними.

– А? – она растерялась.

– Голову подними, – процедил я. – Не стой так передо мной. Я же не железный.

– Ой.

Она отступила еще на шаг.

Во взгляде растерянность. И самую чуточку – хитринка. Исконно женская. Первобытная. Та, от которой голову кружит.

Лена, Лена…

Говори что угодно, все равно ты моя будешь. И в ЗАГС мы с тобой пойдем повторно.

И уже скоро.

Иначе меня порвет.

Дверь в единственную комнату, где спала Лиза, приоткрылась. И оттуда высунулся любопытный нос.

– Доченька!

Лена присела, поманила дочку к себе. А мне осталось только тренировать силу воли. Член приказу «Лежать!» не подчинялся никогда, сука такая.

Лиза вскочила к матери на руки.

Но уже через секунду спрыгнула и подошла ко мне. Посмотрела внимательно снизу.

И неожиданно протянула ручки.

– Принцесса моя, – я подхватил ее.

Блядь, какая она легкая!

И мягкая.

И пахнет вкусно. И вот эту прелесть хотели забрать из-за какого-то урода? Мне захотелось зарычать.

– Офигеть, – Ленино бормотание вернуло меня в реальность.

А. Она ж все ревнует. И не надо мне рассказывать про то, что девочка ко мне чрезмерно привыкнет, и потом будет страдать.

Не будет.

Потому что расставаться нам уже не придется.

– Слушай, ты хотела себя в порядок привести? Вот и давай. А мы с Лизой пойдем, погуляем пока. На площадке, да? – я уточнил уже у девочки.

Чуть взлохмаченная со сна голова с готовностью кивнула.

– Офигеть! Молодцы вы, конечно!

– Лен, не начинай, – я нахмурился. – Тебе надо отдохнуть самой тоже. Давно ты одна оставалась? Или ты мне не доверяешь?

– Не доверяю! – она уткнула кулачки в бока. – Вдруг ты…

– Сделаю все по красоте, как обычно? Да, малышка. Так и будет. Одежду нам давай. И иди в ванну замачивайся. А мы поиграем, пойдем, да, принцесса?

Через полчаса споров и сборов мы вышли во двор.

Лиза моментально потянула меня туда, где привыкла играть. И я пошел как послушный теленок.

Круто же.

Лето. Тепло. Дети пищат. Бабульки на лавке сплетничают.

Романтика, бля…

Если чуть-чуть забыться, то можно представить, что Лиза моя родная дочка. А там, на втором этаже – моя Лена.

И у нас нормальная семья.

Такая, какую я всегда хотел. И которую я же просрал как распоследний дебилище.

Лиза подскочила ко мне.

С оттопыренной щекой. Как у довольного и радостного хомяка.

– Принцесса! У тебя там что?

Грязными пальчиками она достала изо рта большой камень и показала мне.

– Твою ж… Лиза! Дай!

Но она тут же сунула его обратно за щеку.

Блядь…

Сделал по красоте!

– Принцесса, плюй! – я подставил ладонь к ее подбородку. – Он же грязный, ты что! Хочешь, я тебе про гельминтов расскажу?

Она сморщила мордашку и, подумав, кивнула.

– Камень выплюни сначала, – потребовал я.

В ладонь шлепнулся мокрый от детской слюны окатыш. Екарный бабай. А если траванется?

Меня ее мать сожрет с дерьмом. И права будет. Размечатался, чмо сентиментальное.

– Значит, слушай. Гельминты, это такие червяки, – я не договорил, задумался.

Интересно, а если я ей скажу, что они в животе живут, она заревет или нет?

Хуй ведь знает, как девочки могут отреагировать.

Это Ярсов Ярик заинтересовался и попросил рассказать, где этих гельминтов искать прицельнее. Пока Алина не пригрозила по шее дать.

Мне.

За науку.

Лиза смотрела на меня с ожиданием. А потом бросила взгляд мне за спину и заулыбалась.

Во все зубы, с остатками песка между ними.

– Ну, как вы тут? – Лена подошла сзади. – Может, пойдем? Перекусим где-нибудь? Ужин я приготовить я не успела же.

Сказать ей, что мы уже почти перекусили?

Или не надо?

Или я только что проебал свой шанс на совместный ужин?

– Дочь, а это что? – женская рука ровно отвернула нижнюю губу Лизы. – Минаев, это что за хрень? Ты в своем уме?