Глава 28

Мари

Городской рынок шумный, словно улей. Торговцы громко зазывают покупателей, перекрикивая друг друга, а покупатели толпятся у прилавков, торгуясь и споря. В морозном воздухе облаками всплывают запахи пряностей, свежего хлеба и иногда — чего-то менее приятного. Мы с Карлом петляем между рядами в поисках торговцев мёдом. Где мёд, там обычно и воск.

— Сколько просите за такой кругляш воска? — спрашиваю я, указывая на прилавок.

— Вам воск нужен или просто цену узнать? — усмехается торговец, оглядывая нас. — Три серебряных монеты. Берите, барышня. Лучше меня вам никто цену не предложит.

Я закусываю губу. Воск мне нужен срочно, и я уже готова согласиться на его условия. Но прежде чем успеваю произнести хоть слово, Карл осторожно кладёт руку мне на плечо.

— Простите, но мы ещё подумаем, — спокойно говорит он и тянет меня к следующей лавке.

Торговец хмыкает, как будто уверен, что мы всё равно вернёмся. Я, нахмурившись, смотрю на Карла.

— Ты чего? — шепчу, едва сдерживая раздражение.

— Никогда не показывайте, что вам что-то очень нужно, — отвечает он, словно опытный наставник. — Тогда цену сразу загнут.

— Яйца курицу учат, как жить, — бормочу себе под нос, но Карл всё равно слышит.

— Что? — он смотрит на меня с удивлением, и я только отмахиваюсь.

— Ничего. Спасибо за науку, мастер, — произношу я шутливо. Карл же, видимо, принимает мои слова всерьёз.

На его лице появляется довольная улыбка, будто он только что спас меня от серьёзной опасности. Мы обходим ещё несколько прилавков и, наконец, находим торговца, готового снизить цену. Нам удаётся купить большой объём воска почти за бесценок. Торговец даже даёт нам небольшие санки, чтобы мы смогли доставить огромные кругляши воска к площадке, где обычно стоят извозчики.

Мы уже почти отправляемся назад в пригород, как вдруг в толпе мелькает знакомая фигура. Фрау Грета, как всегда, полна энергии и приветлива, машет мне рукой.

— Мари, дорогая! — кричит, широко улыбаясь. Я прошу кучера повременить с отправкой и спешу выйти ей навстречу.

— Здравствуйте, фрау Грета! Как же я рада вас видеть.

— Как идут дела? — она заглядывает мне за спину и замечает купленный нами воск.

— Всё отлично, — отвечаю я. — У меня уже пара крупных заказов благодаря вам и фрау Леоне.

— Да я ничего особенного не сделала, — говорит фрау Грета, взмахивая рукой. Но я вижу, как уголки её губ чуть приподнимаются.

— Жаль прощаться с вами, но надо ехать, — вздыхаю я. — Мы обитаем в пригороде теперь. Дорога долгая.

— В пригороде? — удивляется она. — Должно быть накладно ездить туда-сюда.

— Да. Но что поделать? — я только пожимаю плечами.

— Послушай, у меня есть идея, — вдруг произносит фрау Грета взволнованно. — Мой кузен держал посудную лавку тут неподалёку. Но возраст уже берёт своё, так что ему пришлось закрыться. Теперь место пустует. Почему бы тебе не арендовать его? Скажем, за пару серебряных монет в неделю.

Я выдыхаю взволнованно. По правде говоря, все мои проблемы с оплатой чего бы то ни было связаны не с неумением торговаться, а с незнанием истинной ценности здешних денег. С бытовыми вещами и съестным я кое-как разобралась и уже могу сориентироваться. Но я понятия не имею, какова средняя стоимость аренды здесь.

— Мне нужно подумать, — осторожно отвечаю я.

— Думаешь, это дорого будет для тебя? — спрашивает фрау Грета. — Тогда как насчёт одной серебряной монеты в неделю? И если вдруг место окажется неудачным для твоего дела, сможешь съехать в любой момент.

Я на миг теряю дар речи. А Карл глядит на меня так, будто я только что заключила невероятную сделку. Внутри меня всё ещё остаются сомнения — ездить в город каждый день будет неудобно. Но всё-таки я соглашаюсь, и мы отправляемся осматривать лавку.

Лавка оказывается светлой и уютной, с широкими окнами, через которые легко будет демонстрировать свечи. В подсобке стоит старый, но крепкий диван, рядом — небольшой обогреватель на кристаллах. Значит, если что я могу отдохнуть тут или вообще остаться на ночь.

— Здесь будет замечательно, — говорю я наконец.

После улаживания всех формальностей, Карл помогает перевезти материалы и организовать в подсобке мастерскую. Я сразу же принимаюсь за заказ баронессы фон Тиль. Топлю воск на кристаллической горелке, добавляю краситель и заливаю в круглые формы. После, пока формы остывают, я решаю выставить несколько готовых образцов на витрину, чтобы прохожие могли видеть, что это место больше не пустует.

Карл мастерит для лавки вывеску, на которой я красивыми ровными буквами вывожу: «Свечная лавка Мари».

— Ну как? — спрашиваю я, отходя на несколько шагов назад.

— Великолепно, — говорит Карл с такой серьёзностью, что я не могу удержаться от смеха.

— Ещё бы. Ты же мастер!

Он гордо кивает, делая вид, что шутку не заметил и принимается мастерить ящик для свечей, похожий на те, в которых перевозят фрукты. Карл сам предложил эту идею после того, как я рассказала ему про новый заказ. Я всё чаще думаю, что он постепенно из помощника превращается в полноценного партнёра. Думаю, мне стоит пересмотреть его вознаграждение за каждый заказ.

— Прямо как настоящие, — вздыхает Карл, глядя на яблочные свечи, красиво уложенные в ящик с тонкими декоративными стенками. Каждую свечку я обернула наполовину в мятый пергамент, тем самым заполнив пустоты между ними.

— Помнится, когда-то я видела такие у племянницы в детском саду, — усмехаюсь я.

— Каком-каком саду? — переспрашивает Карл, поднимая на меня глаза. — И Мари, у вас разве есть племянники? Вы ведь были единственной дочкой в семье.

Я прикусываю язык. Опять забылась и начала вспоминать жизнь в другом мире!

— Это… племянница барона фон Байера, — отвечаю, отводя взгляд. — Так! Заказ готов, и мне пора идти!

Дом баронессы, величественный и строгий, производит на меня гнетущее впечатление. Тот самый слуга, что приходил к нам прежде, встречает меня у ворот и провожает внутрь. Я аккуратно передаю ему ящик, после чего снимаю верхнюю крышку. Пространство вокруг наполняется ароматом яблок и корицы. Мне не терпится увидеть реакцию баронессы. Однако слуга произносит вдруг:

— Госпожа сегодня не в духе, так что не принимает гостей.

Становится немного грустно. Но я смиренно принимаю тот факт, что не встречусь с заказчицей и, попрощавшись, направляюсь к выходу. Я едва успеваю дойти до ворот, как меня вдруг окликают.

— Простите, вы ведь госпожа фон Байер? — спрашивает молоденькая горничная. — Моя госпожа желает видеть вас.

Меня охватывает лёгкая паника. Я слышала столько разного о характере баронессы. И всё же мне хочется верить в лучшее. Я следую за горничной обратно в дом. Она провожает меня в просторную гостиную, где меня ждёт баронесса. Мои свечи стоят перед ней на небольшом столике. Женщина глядит на них изумлённо.

— Ах, Мари… Как вы узнали, что придётся мне по душе? — баронесса, утирая слёзы, смотрит на меня. — Эти яблоки такие же, какие были у нас в саду, когда я была совсем юной.

Я улыбаюсь и вздыхаю облегчённо. Значит, я верно поняла причину её хандры.

— По правде говоря, ваш помощник подсказал мне, что может вас обрадовать, — отвечаю я, сдержанно улыбаясь. — Думаю, это прекрасно, что вас окружают такие внимательные люди.

Баронесса с улыбкой оглядывается на своего слугу. Тот почтительно кланяется.

— Я словно бы снова оказалась в том времени, — со вздохом говорит женщина, возвращаясь ко мне. — Спасибо вам, что подарили мне это чувство.

— Мне приятно было работать над вашим заказом, — отвечаю я и вспоминаю про свою новую мастерскую. — За работой я чувствую себя очень счастливой.

Баронесса фон Тиль вдруг как-то грустнеет. Во взгляде её появляется сочувствие.

— Дорогая, я очень сожалею о том, что случилось между вами и господином мэром. Я вхожу в совет старейшин драконьих семей, так что наслышана обо всём. Мы пытались вразумить этого глупого мальчишку. Но, кажется, всё без толку.

— Это ничего, — отвечаю, чувствуя не пойми откуда взявшуюся тоску. — Я стараюсь не зацикливаться на неудачах. Говорят, не везёт в одном, значит, повезёт в другом. Я нашла любимое дело после того, как ушла от Франца. И очень рада этому.

— Я собираюсь подарить часть ваших свечей старейшинам, — женщина поднимается и подходит ко мне. — Хочу, чтобы они знали, какая вы мастерица. И знаете, на одном драконе ведь свет клином не сошёлся. Тем более что этот дурак так и не поставил вам метку.

Ощущаю, что разговор заходит в опасное русло. Я не знаю, про какую метку она говорит. Но и не могу позволить себе показаться невежественной.

— Я счастлива, что смогла вас порадовать. Но боюсь, мне уже пора, — говорю, слегка кланяясь.

Баронесса благодарит меня ещё раз, и я направляюсь обратно в лавку. Не могу понять, почему разговоры о потенциальном сватовстве так меня встревожили.