19. Алсу

Ровно как и в прошлый раз, моя первая реакция — просто закрыть дверь. Конечно же, мне снова не удается. И вот сейчас я остро жалею, что отказалась от помощи Исаева.

— Уходи! — шиплю, стараясь не повышать голос, чтобы не напугать Тимура опять. Врач смотревший его в прошлый раз предупредил, что ребенку сейчас нужны только положительные эмоции, а не потрясения и стресс.

— Так только мы поговорим, — чеканит бывший муж и банально справляется силой — отталкивает дверь, вынуждая меня отступить.

Я ловлю дежавю — все это уже было. Вот только сейчас дома мы с сыном одни. И нас некому защитить.

— Зачем ты пришел?

Эмин не торопится отвечать, окидывает меня оценивающим взглядом. Так что я буквально в последний момент одергиваю себя и не поправляю простую кофту, чтобы прикрыть домашние леггинсы.

Считает, что я плохо одета — пусть чешет на выход!

— Ты не вернулась в больницу, чтобы долечиться, — неожиданно выдает Булатов.

— Что?

Ошарашенно смотрю на него.

— Тебе какое дело? Или ты рассчитываешь, что я снова заключу с тобой контракт? — ядовито выплевываю. — Можешь даже не мечтать.

Едва я говорю это, как взгляд Эмина мгновенно темнеет, да так, что теперь его карие глаза наполняются чернотой — верный признак, того что я его взбесила.

— Я так понимаю, ты нашла клиента побогаче, да, Алсу? — цедит он, медленно приближаясь. — Того, кто будет тебя лупить и платить бешеные бабки? Тебе это нужно? Это?! Поэтому ты разорвала контракт — просто секс не вставляет?!

Не выдерживаю и, замахнувшись, луплю пощечину. Бывший муж, что странно, позволяет. А может просто не ожидает. Перехватывает мою руку, но уже после. Вскрикиваю от боли, и тут же чувствую, как Булатов ослабялет хватку, а на его лице на краткий миг мелькает виноватое выражение.

— Заткнись! — рычу на него. — Не смей повышать голос, когда рядом сын.

Бывший муж скользит взглядом в сторону двери — в комнату. Тимур сейчас смотрит свои любимые мультики, и есть шанс, что он просто не обратит внимания на шум в коридоре. Но как знать.

Эмин резко выдыхает. Снова смотрит на меня. Но не просто смотрит — прожигает взглядом, словно ищет ответы на свои не заданные вопросы. А мне становится так горько. Оксана предложила рассказать ему про то, что сделала Мириам, и вот он случай. Да только вряд ли Булатов поверит в эту версию. Нет, у него в голове сразу сложилась совершенно другая картинка. Ведь я для него — шлюха, продажная девка.

— Так что, Алсу, если это то, что тебе надо, поверь, я заплачу не меньше.

Прикрываю глаза и мысленно считаю до трех. Если я сорвусь и устрою скандал, может пострадать Тимур.

— Мне не нужны твои деньги. И если ты сам себе что-то там придумал — это только твои проблемы.

— Кто это был? — продолжает допытываться Булатов. — Кто сделал это? Мезенцев? Или Исаев? Думаешь, у него больше бабла?

Я даже не удивляюсь тому, что Эмин уже знает про Влада. С его возможностями, конечно, смог все разузнать.

— Моя личная жизнь тебя не касается, — отрезаю. Может, и стоило бы ему объяснить, но я не хочу унижаться перед ним, слышать очередные гадости. Я просто хочу, чтобы Эмин исчез из нашей жизни. — Зачем ты пришел? Мы все выяснили в прошлый раз.

— Ты мне солгала, — цедит он. — Снова. Впрочем я даже не удивлен.

— Я не знаю, что у тебя за навязчивая идея, Эмин, но я сказала правду. Тимур — не твой сын. Я его усыновила. И если тебе будет проще, то я могу доказать, что не рожала — опытный гинеколог это подтвердит. И я готова пройти обследование в любой клинике, только отстань ты уже от нас.

Я очень стараюсь говорить спокойно, потому что помню — Тимура нельзя пугать. Но терпение моё на исходе. Сколько еще мне нужно выдержать рядом с бывшим мужем, прежде чем он наконец оставит нас в покое?

— Красиво играешь, — мрачно возражает он. Затем достает из кармана пиджака белый конверт и протягивает мне. — Тогда как ты объяснишь, что тест ДНК подтвердил, что Тимур — мой сын?

В первый момент у меня шок. Я просто не верю в то, что слышу. На автомате забираю конверт, достаю заключение лаборатории и целую минут изучаю все, что там написано.

Затем до меня доходит одна простая мысль — он все подделал. Ну конечно. Это же очень в духе Эмина — добиваться своего.

— Это ложь. Думаешь, я поверю какой-то липовой бумажке, за которую ты отвалил кучу денег?

— Алсу, — угрожающе тихо рычит Булатов. — Я ничего не подделывал! Открой глаза — Тимур моя копия!

К сожалению, спорить с этим я не могу — так и есть. И все же я не верю.

— Ты не имел права проводить ДНК тест. Я не подписывала согласие, — дрожащим голосом продолжаю отстаивать наши с сыном границы. — Уходи. Забудь про нас. Пусть тебе Мириам рожает!

Бывший муж только скалится на это. Словно хищник, который вот-вот задерет свою добычу. Дикая беспомощность затапливает меня. Снова. Совсем как пять лет назад.

— Я буду делать все, что захочу, Алсу. Потому что там за дверью — мой сын. Мой, слышишь? Никто меня не убедит в обратном. Он — моя родная кровь, и он будет рядом со мной!

— Что?! — охаю возмущенно. — Я еще раз тебе говорю — ты ошибаешься. Я его усыновила.

Мы смотрим друг на друга как идиоты, честное слово. Потому что Эмин не верит, что я взяла ребенка из детского дома, а я не верю, что он — его биологический отец.

— Сколько же в тебе лжи, — цедит Булатов.

— А в тебе? — вскидываюсь тут же. — Предположим, тест верный. Знаешь, что это означает? Что ты мало того, что выбросил меня как ненужную вещь, отказавшись и опозорив на весь город, ты еще и изменял мне!

На лице Эмина застывает нечитаемая маска. Словно все его эмоции просто растворились.

— Я в отличие от тебя, Алсу, никогда не нарушал клятвы, — рявкает он.

Запрокидываю голову, чтобы удержать слезы. Боже, ну сколько же можно-то, а? Если все и правда так, то получается в те полгода счастливого брака, что у нас были, Эмин еще и на стороне гулял с кем-то.

Что еще я не знала и что вылезет? Разве мне мало правды от его невесты? Мало того, что она вывалила на меня?

— Может, ты и на Мириам не собирался жениться тогда пять лет назад?

Сама не знаю, как этот вопрос срывается с моих губ. Будто сидел все это время и ждал момента.

Эмин молчит, не отрицает. И часть меня окончательно умирает. Моя надежда, что мое прошлое не настолько очернено, рассыпается в прах.

Она сказала правду. Он действительно все это сделал со мной, поиграл и бросил.

— Я женился на тебе, Алсу. Выбрал тебя, а ты меня предала.

— Так, хватит, — решительно мотаю головой. — Мне надоело слушать твои оскорбления. Сейчас я не обязана. Я больше не должна тебя ублажать и терпеть твои капризы. Уходи!

— Только с моим сыном, — лязгает холодом Булатов. — И у тебя есть два варианта.

— Да что ты говоришь! — взвиваюсь. — Какая щедрость. Ты, наверное, забыл, что по документам я — мать Тимура. А ты — просто чужой дядя.

— И как долго эти твои документы будут настоящими? — бьет в ответ Эмин. — Полагаю, Алиса Владимировна Самурская появилась на свет не совсем законным путем, не так ли?

В груди холодеет. Что-то обрывается, когда я окончательно понимаю, что бывший муж не оступится, раз он стал копаться настолько глубоко. Булатов закусился, и теперь будет как носорог переть до конца.

Что же делать-то? Мелькает мысль позвонить Исаеву, но для этого надо как-то выпроводить Эмина.

— Послушай, давай обсудим это завтра, хорошо? Дай мне время подумать.

— Что бы ты успела удрать с моим сыном? — ухмыляется он. — Нет уж, Алсу. Я забираю Тимура и либо ты едешь с ним, либо остаешься и живешь своей жизнью.

— Ты не посмеешь, — шепчу, не веря до конца, что проиграла. — Я не позволю!

Черты лица у Булатова сейчас хищные, даже дикие. Будто он готов рвать за свое всех подряд. В том числе и меня. Однажды я уже видела у него такое выражение лица — после этого я умерла. Пять лет назад.

— Мамочка?

Момент, когда дверь открывается и в коридор выглядывает Тимур, я упускаю.

— Там закончилось…

Сын замолкает, настороженно глядя на Эмина. А я испуганно бросаюсь к ребенку, боясь, что у него снова начнется приступ. А бывший как будто специально делает шаг к нам и произносит:

— Привет, Тимур. Давай знакомиться, я…