3. Алсу

Мне кажется, я физически ощущаю удар от его голоса.

Хлесткий. Болючий. Ядовитый.

Стою, едва дыша. Скорее, чувствую, чем слышу, как Булатов медленно обходит меня и встает передо мной.

Все такой же надменный и отстраненный. Холодный и далекий.

Когда-то невероятно любимый и родной. Теперь — жестокий незнакомец, который явно пришел сюда, чтобы позлорадствовать.

В его темных глазах — бездна. Я не вижу эмоций, но считываю, как вибрирует воздух между нами. Я в клетке с диким хищником, который когда-то был для меня надежным защитником, моей стеной и опорой во всем.

— Молчишь, Алсу, — бесстрастно хмыкает бывший муж. — Ничего не меняется, да? Все так же скачешь по членам.

Еще один удар. И он приходится по самому больному.

Стискиваю зубы, чтобы не показать своих эмоций. Пусть порадуется, пусть злорадствует. Пусть опять обольет меня грязью.

Я все выдержу ради Тимура. Только бы Булатов, потешив свое эго, ушел и оставил меня в покое.

— Алиса — твой шлюший псевдоним?

— Какое тебе дело? — все же не сдерживаюсь и отвечаю ему.

Что-то во взгляде Эмина неуловимо меняется. Когда-то я с легкостью угадывала его настроение, подмечала любые оттенки эмоций. Но сейчас между нами стена из боли и его грязных, лживых обвинений.

— Я задал вопрос, Алсу.

— А я не обязана тебе отвечать, — огрызаюсь, шагая назад.

Бывший муж прищуривается, окидывает меня оценивающим взглядом — так смотрят на вещь, когда думают, стоит ли покупать.

Это так мерзко и гадко, что тошнотворный ком подкатывает к горлу. Меня начинает мутить от всей ситуации. Только мысли о Тимуре помогают мне держаться.

— Обязана, если я так захочу.

— Ты отказался от меня! — голос подводит меня, срываясь на последнем слове. Выдает с головой. И, конечно же, Эмин это понимает. На его губах появляется кривая ухмылка.

— А ты рассчитывала, что после того, как ты ублажила Панкратова и сделала втихую аборт, я закрою на все глаза?

Его голос сочится ядом. Я будто возвращаюсь обратно на пять лет назад — в тот день, когда я, уязвимая и потерянная, стояла перед мужем, не понимая, почему он верит кому-то там. Почему не слушает, что я не подписывала никакие согласия, что я бы никогда и ни за что не избавилась от ребенка!

Я умоляла его тогда дать мне объясниться, но Эмин был ослеплен ревностью и уязвленным эго.

Мне казалось, что я смогла пережить предательство мужа. А иначе это и назовешь — ведь он сам устроил ту ситуацию, а после обвинил меня в измене. Подставил меня, чтобы после облить грязью и найти повод унизить. Зачем? Я до сих пор не знаю.

Но сейчас боль так же душит меня, как и пять лет назад. Так же мешает полноценно вдохнуть. Точно так же отравляет и провоцирует желание сбежать как можно дальше.

— Нам не о чем говорить, — отстраненно отвечаю. На это уходят все мои силы, но я справляюсь. — Поздравляю со свадьбой, Эмин. Счастья вам.

Разворачиваюсь к двери, надеясь оставить позади этот безумный вечер. Не уверена, что смогу вернуться к Александру и провести остаток вечера рядом с ним. Он четко дал понять, что поблажек не даст. А если клиент будет недоволен, то вряд ли Марго захочет дальше со мной сотрудничать.

Едва я пытаюсь открыть дверь, как перед моим лицом резко появляется ладонь, захлопывая ту. Булатов оказывается в опасной близости, и каждая клеточка моего тела вибрирует от его близости.

В голове бьется мысль: “Бежать!” Однако мое тело буквально парализовано.

— Не так быстро, Алсу, — вкрадчиво произносит Эмин. — Я тебя не отпускал.

— Я не твоя вещь. Ты не имеешь права так со мной вести.

— О, я могу еще и не так, — цедит он с какой-то особенной злостью.

Снова чувствую эту концентрированную ненависть. За что? За что он со мной так?!

— Насколько ты дорогая шлюха? Сколько стоит твой контракт? Сто? Двести? Или у тебя почасовая оплата? А может, Мезенцев купил тебя на неделю?

— Тебя не касается, — твержу словно заведенная. — Не касается!

Вторая ладонь ложится мне на шею, лишая возможности вдохнуть. Чуть сжимает ее, а после скользит ниже, задевая грудь.

Меня едва не выворачивает от этих прикосновений.

Я же помню его другим! Мое тело знало его совершенно другим!

— Эмин, пусти!

— Сколько, блядь, надо заплатить, чтобы выебать тебя прямо здесь? Просто назови свою цену! — рычит Булатов, прижимаясь ближе.

— Ты же говорил, что никогда не прикоснешься ко мне!

Остро чувствую его эрекцию, которая прижимается к моей пояснице. Но это только сильнее подстегивает страх во мне. Сейчас Эмин заведен настолько, что не услышит меня. Однажды он уже едва не перешел черту. Сможет ли остановиться сейчас?!

— Я не сплю с клиентами, — сипло шепчу, практически вжимаясь в дверь.

— Лживая сука, — вторит мне Булатов, понижая голос. — Какая же ты лживая, Алсу.

Его ладонь отпускает мою грудь, и я выдыхаю с облегчением. Но слишком рано! Потому что буквально тут же чувствую, как Эмин начинает задирать и без того короткий подол моего платья.

— Вырядилась как шлюха, — бормочет он зло. — Чтобы все в этом зале трахали тебя глазами! Что там у тебя припасено под юбкой для хахалей?!

— Пусти! — прошу, понимая, что вот-вот будет поздно.

— А может, тебе по кайфу, когда тебя дерут сразу во все дыры? Так ты не стесняйся — устрою по старой памяти. Сам не стану мараться, но клиентов, способных заплатить, подгоню.

Концентрированная ненависть в его словах сводит с ума. Бьет наотмашь, лупит в самое сердце, пронзает, отравляет и душит.

— Дешевая лживая сука.

Конечно же, бывший меня не слышит. И тогда я решаюсь на крайние меры — со всей силы наступаю каблуком на ботинок Булатова. От неожиданности тот охает и убирает руки. Всего на несколько секунд, но этого хватает, чтобы я оттолкнула его и успела открыть дверь.

Вылетаю в коридор с единственной мыслью — бежать как можно быстрее и дальше от этого места. Но на первом же повороте буквально влетаю в руки к Александру.

— Детка, тебя-то я и ищу.

Он застает меня врасплох. Я еще не отошла от слов Булатова, как оказываюсь слишком близко к Александру.

— Простите, но я…

Однако мужчина не дает мне возможности договорить. Перехватывает покрепче и оттесняет в сторону, прижимая спиной к стене.

— Поехали, девочка, — выдыхает мне на ухо. — Надоело мне тут. Хочу наконец тебя попробовать.

Но больше чем липкие, мерзкие слова, меня пугают его наглые руки, которые забираются мне под юбку.

— Нет, я не занимаюсь этим! — пытаюсь вырваться из крепкой хватки, но силы-то неравные.

— Хватит ломаться, — ухмыляется Александр. — Я же знаю схему — контракт без секса, чтобы не делиться с агентством. И я не против — заплачу хорошо. Поехали ко мне.

— Вы меня не поняли — я правда не…

Не успеваю договорить — мужчина прижимается ближе и внаглую целует меня. От этого внутри все скручивает от омерзения — колочу кулаками в его широкую грудь, пытаясь оттолкнуть. И вдруг слышу:

— Хорошо, что нашел тебя.

Булатов…

Представляю, как все это выглядит. В этот момент морально я просто уничтожена — мне кажется, падать ниже уже некуда. Невозможно меня унизить сильнее.

Мезенцев, недовольно фыркнув, все же отпускает меня и оборачивается к Эмину. Видимо, не может того проигнорировать. Я едва дышу, стараясь удержать сознание — не хватало еще не потерять его прямо перед Булатовым.

— Эмин, я тут слегка занят, — вальяжно отвечает Александр. — Давай не сегодня?

Чувствую, что бывший муж бросает на меня взгляд — я всегда безошибочно могла определить, когда он смотрел на меня. И вот сейчас — словно по коже чем-то горячим проводят.

— Я думал, ты деловой человек, — холодно замечает Эмин. — Странно, что тебе важнее трахнуть дешевую шлюху.

Александр даже не пытается оспорить его слова — молчаливо признавая, что я та, как меня назвали. И это становится последней каплей.

Пока они дискутируют, я медленно проскальзываю в сторону. Мезенцев тут же цепко ловит меня за руку и бросает:

— Жди меня в зале, Алиса.

Я киваю, но сама, едва он отпускает, иду на выход, заодно вытирая губы ладонью.

Слышу, как в спину летит:

— Ты серьезно купил ее на вечер? Брось, Александр, это не наш с тобой уровень…

Мерзко и гадко. Будто при всех в грязи вываляли.

Плевать, что мне навесят штраф. Может быть даже выгонят из агентства.

Я не могу. Просто не могу!

Какая же я дура-то! Поверила, что не придется ложиться к кому-то в постель, а просто поулыбаться в течении вечера, отыгрывая роль красивой куклы. Но Мезенцев так уверенно говорил про секс, будто и не удивился — словно так всегда и бывает.

Ресторан покидаю, на ходу натягивая плащ. Погода окончательно испортилась — на улице дождь, а у меня нет зонта. Но я ни на секунду не готова остаться рядом с этим заведением, если есть хоть малейший шанс, что Мезенцев меня догонит.

Через два квартала торможу. Я уже прилично промокла, когда, наконец, вызываю такси. Водитель, который спустя пять минут смотрит на меня, недовольно заявляет:

— Сверху еще двести за мокрый салон.

— Поехали, — устало соглашаюсь.

Даже в дороге я не чувствую себя в безопасности. Наваливается осознание всей ситуации — понятия не имею, что здесь делает Эмин. Мне казалось, я уехала достаточно далеко, чтобы наши пути больше не пересеклись. Но почему же тогда он появился именно в этом городе?

Именно сейчас, когда я вынуждена бороться за жизнь сына?

Мобильный для связи с клиентом звонит. Я сбрасываю. Звонок повторяется. Отключаю звук, чувствуя, как собственноручно отказываюсь от спасения для Тимура.

Нахмурившись, сглатываю горькие слезы.

Я найду деньги. Обязательно найду. Но не так. Может быть, устроюсь еще на одну работу.

Чтобы спасти сына, я должна быть жива и способна о нем заботиться. Но если кто-то из клиентов возьмет мое тело, от меня не останется ничего. Да и кому нужна в постели поломанная кукла?

На часах одиннадцать, когда такси тормозит у моего дома. Расплачиваюсь и выхожу. Устало вдыхаю осенний воздух, а ноги болят от высоких каблуков. Когда-то я с легкостью ходила в такой обуви. Тогда мне хотелось парить и летать — я любила и была любима. По крайней мере, в то время я искренне верила в это.

Домой захожу, стараясь не шуметь. Знаю, что сын, скорее всего, уже спит. В коридор выглядывает Оксана — у нас однокомнатная малогабаритная квартира. Все рядом — только руку протяни.

— Не дождался, — виновато произносит она. Затем обеспокоенно смотрит на меня лицо. — Не очень прошло, Алис?

Качаю головой.

— Давай не сегодня? Ты права, вышло не очень. Зря только соглашалась.

— Не расстраивайся, — пытается поддержать меня соседка. — Все они — козлы и мудозовны. У тебя есть главное — свой идеальный мужчина.

Слабо улыбаюсь — как и всегда стоит заговорить о сыне, как внутри разливается тепло.

Мой мальчик. Мое солнышко.

Каждый раз, когда он улыбается или хмурится, я ловлю себя на том, что вижу в нем Эмина. И это пугает.

— Спасибо, что посидела.

— Мне несложно, знаешь ведь, — отвечает Оксана, накидывая кофту. — Спокойной ночи.

Закрыв дверь за подругой, сползаю по ней на пол. Нужно переодеться, снять это отвратительное платье, которое еще придется возвращать Марго.

И будто почувствовав, она звонит мне уже на мой личный номер.

Тупо смотрю на экран, боясь ответить. Но Марго не сдается — набирает мне снова.

— Алло?

— Ты кинула Александра! Ты чем вообще думала?

— Марго, я не смогла, — шепчу упавшим голосом. — Прости, я… Он полез ко мне!

Она тяжело вздыхает.

— А ты что думала, что секса реально не будет? — цинично фыркает она. — Алиса, ты вообще дура? За тебя поручились. Ты говорила, тебе деньги нужны.

— Нужны, — соглашаюсь. — Очень нужны. Но я не могу, понимаешь? Я же выбрала просто сопровождение!

Всхлипываю, чувствуя, что вот-вот случится истерика. И честно говоря, я не знаю, кто именно будет главной причиной — Александр или бывший муж.

— Теперь ты должна оплатить штраф, — сухо констатирует Марго. — Сумму ты знаешь — сама контракт подписывала. И о сотрудничестве забудь.

— Но я…

— Все, Алиса. срок тебе — три дня. Не заплатишь — будет хуже.

— Я же не успею…

— Да мне плевать.

На этом разговор заканчивается. Как и мои силы. С трудом заставляю себя подняться и переодеться. Если еще и за платье придется платить…

Долго стою в душе, пытаясь смыть с себя грязь этого вечера. Но не получается — я тру кожу до красноты, и все равно чувствую мерзкие прикосновения, которые сводят с ума, напоминая о том кошмаре, через который я прошла пять лет назад.

Голос Эмина преследует меня даже во сне — беспокойном и рваном.

А утром вместо будильника слышу звонок Марго. На автомате отвечаю:

— Алло?

— Жду через три часа у меня в офисе. К тебе есть вопросы. Не приедешь — сама виновата.