2. Алсу

— Алиса? — недовольно зовет меня Александр. — Что-то случилось?

В его голосе четко прослеживается раздражение, и это резко отрезвляет. Как и хватка на моей руке. Медленно перевожу взгляд на клиента.

— Простите, кажется, ногу слегка подвернула, — вру, чувствуя, как голова начинает кружиться.

Перед глазами так и маячит образ Булатова. Он стоит в компании с молодой девушкой, одетой достаточно дорого, но при этом закрыто. И судя по внешности, она явно из нашего круга.

“Не нашего! Больше не нашего!” — тут же мысленно обрываю себя. — “Тебя из этого круга выбросили!”

— Болит? — разочарованно протягивает Александр.

Оно и понятно — он купил себе дорогой аксессуар на вечер, а тот вдруг раз, и сломался.

— Нет, все в порядке, — натянуто улыбаюсь, хотя внутри аж печет от боли. — Я просто неудачно встала. Дадите мне минутку? Пожалуйста.

Я ненавижу простить. Ненавижу унижаться. Но за последние несколько лет мне пришлось это делать, и не раз, чтобы выжить. Когда у тебя не остается ничего за плечами, когда для всех родных ты умерла, приходится многому учиться.

Однако сейчас необходимость просить Александра меня деморализует еще сильнее.

— Ну, если только минутку, — улыбается он, хотя глаза остаются холодными как у хищника. На его счет точно не стоит обманываться.

Я двигаю правой ногой пару раз, откровенно тяну время, стараясь не думать о том, что Александр сейчас держит меня за руку так, словно он имеет на это право!

В контракте прописано, что да, имеет. Прикосновения к спине, лопаткам, рукам разрешены. Все остальное — поцелуи, петтинг, секс — по договоренности и по отдельному прайсу.

— Ну как? — нетерпеливо спрашивает клиент. Я выпрямляюсь, понимая, что если сейчас откажусь оставаться, то фактически лишу сына на шанс выздороветь.

Мне очень больно. Все призраки прошлого резко вырвались на свободу, терзая мое разбитое сердце. Но я должна пройти через это ради своего мальчика.

— Да, вроде нормально. Простите еще раз, — вежливо улыбаюсь.

Кажется, Александра мой ответ устраивает, и он сдержанно кивает.

— Тогда мы…

Он недоговаривает — к нам подходит Эмин со спутницей. Причем смотрит он только на Александра.

— Не знал, что ты тоже приедешь.

Звук его голоса полосует, как внезапный удар кнута. Я фантомно чувствую, как горит моя кожа. Словно меня бросают в кипящий котел.

В ушах звенят его слова пять лет назад:

“Ты предала меня. Ты не достойна доверия”.

— До последнего сомневался, — усмехается мой клиент. Затем по-собственнически притягивает к себе. — Но вот, не смог отказаться от возможности встретиться с Алисой.

Теперь взгляд Эмина переходит на меня.

Его глаза по-прежнему пронзительно карие. Холодные. Бездушные. Он смотрит на меня так, словно я — ничто. Грязь под его ногами. Пустое место.

Ни единой эмоции не отражается на его лице.

— Понимаю, — равнодушно произносит он, снова глядя на Александра.

— А это?

— Моя невеста Мириам, — так же ровно отвечает мой бывший муж. Ни грамма эмоций.

— Точно! — кивает мой клиент. — Слышал, ты женишься. Мои поздравления — у тебя очаровательная невеста.

Я так и не могу заставить себя посмотреть на эту девушку. Чувствую, что если сделаю это, то умру прямо тут, не сходя с места. Просто осыплюсь пеплом, который равнодушно растопчет Эмин, наступит и не заметит этого.

Столько времени прошло, а моя боль не утихла. Она до сих пор живет во мне. До сих пор я не понимаю — почему он тогда так поступил? Как мог поверить чужим людям и не выслушать меня?

Мы же произнесли клятвы! Я же отдавала ему всю себя! Неужели он не видел, что я дышала только им одним? Что никогда бы не предала ни его, ни нашего ребенка!

Александр поглаживает мою поясницу время от времени, демонстрируя права на меня. Это видят все в зале. Отстраненно смотрю по сторонам, чтобы бывший не смог увидеть боль в моих глазах. Стараюсь не думать, что в этот момент для всех я — продажная девка. Пусть. Главное, я помогу сыну.

Мужчины переговариваются о делах. Но как и пять лет назад, я мало что понимаю в бизнесе Булатова. Тогда он с радость делился со мной планами. Приходил и рассказывал, что собирается открывать новый филиал, кого переманил из управляющих. Я не разбиралась, но всегда слушала его с интересом — потому что муж горел своим делом. В такие моменты Эмин забывал о времени и мог рассказывать часами о новом месторождении, которое будут открывают.

Все эти картинки прошлого мелькают в памяти, лишь усиливая мою боль. Словно щедро посыпают соль на открытую рану, которая так и не затянулась.

Только мысль о Тимуре помогает мне держаться и не сбежать. Александр не простит мне этого. А значит, я получу штраф и не увижу обещанных денег.

— Прошу прощения, — вдруг говорит Эмин.

— Да, конечно. Твой тесть давно уже заглядывает в вашу сторону, — посмеивается Александр. — Был рад повидаться.

Эмин мягко поддерживает свою невесту. И это вновь бросает меня в те дни, когда мы были счастливы. Те полгода, что жила наша любовь и наша семья.

— Все еще болит нога? — равнодушно спрашивает мой клиент.

— Нет, порядок, — натянуто улыбаюсь.

Он недовольно смотрит на меня.

— Алиса, ты красивая девушка, и мне в целом приглянулась. Но если ты собираешься стоять с кислой рожей, то наше сотрудничество закончится так, что у тебя будет волчий билет в этом городе.

Из его голоса пропадает всякая мягкость — сейчас он циничный и холодный. Хищник, который заплатил за то, чтобы ему притащили в клетку добычу.

— Да, конечно, простите — с трудом подбираю слова. — Я постараюсь влиться в ситуацию. Ничего не понимаю в бизнесе, и…

Выражение лица Александра чуть смягчается.

— Конечно, не понимаешь, — фыркает он. — Ты здесь не для этого. Мне нужна шикарная девушка в сопровождение, а не унылая рыба.

Киваю, хотя это дается непросто. Краем взгляда замечаю Эмина в дальнем конце зала и тут же отворачиваюсь.

К Александру подходят еще какие-то партнеры и знакомые. Он ведет себя вальяжно и уверенно. Все чаще прижимает меня к себе, демонстрируя, кому я принадлежу на этот вечер. От пластмассовой улыбки сводит скулы, но я держусь. В договоре указано, что мое сопровождение заканчивается, когда клиент покидает мероприятие. И я с нетерпением жду, что ему надоест, и мы, наконец, разойдемся. Но как назло Александр как будто входит в раж и постоянно делает мне намеки на продолжение.

Пока не давит, но я уже понимаю — моё “нет” его не обрадует.

— Скоро начнется аукцион, Алиса. Идем, займем места.

Чувствую, что мне просто необходима минутка. Поэтому улыбаюсь максимально доброжелательно и прошу:

— Тогда я быстро схожу в уборную, хорошо? Чтобы привести себя в порядок.

Клиент окидывает меня откровенным взглядом, ухмыляется чему-то.

— Давай быстренько, детка. Я не люблю ждать.

Еще один скользкий намек.

Я стараюсь удержать на лице улыбку до момента, пока не выйду из зала. Это дается нелегко, но до дамской комнаты я все же добираюсь. Открываю нужную дверь и делаю пару шагов, как кто-то заходит вслед за мной.

— Значит, Алиса? — летит мне в спину до боли знакомый голос.