Эпилог

Любовь — это самое прекрасное чувство. Но она редко ходит в одиночестве. Вслед за ним может прийти боль, разочарование и одиночество. А может — счастье, радость и гармония.

И я выбираю второй вариант, хотя прошла и первый.

После свадьбы мы втроем улетели в отпуск, который долго согласовывали со всеми врачами. Как итог — это были невероятные две недели, после которых не хотелось возвращаться.

Правда, на родине нас ждал еще один сюрприз — мы переехали в дом. Когда-то я мечтала о загородном доме, в котором для детей будут все условия. И мы планировали переехать в такой чуть позже.

В первый раз у нас не вышло, и муж решил исправить это.

— Если не захочешь, мы всегда можем вернуться в квартиру, — сказал он тогда.

Мы не только стали официально мужем и женой, но и Тимур отныне по всем бумагам был наш сын.

Удивительно, как устроена судьба — если бы я не попала в ту больницу и не устроилась потом работать в детдом, то он никогда бы не узнал, что у него есть любящая семья.

Глядя на дорогу к нашему счастью с такой стороны, я каждый раз прихожу к выводу, что все это того стоило.

— Мам, а папа дома? — спрашивает сын, когда мы выходим из машины. Сегодня мы прошли новое обследование. Игорь Михайлович не нашел ничего подозрительного, но все анализы мы, конечно, сдали.

— Был дома, — рассеянно отвечаю, погруженная в свои мысли.

Я буквально недавно все-таки пришла к мысли, что готова снова пойти к врачу, чтобы узнать о своем диагнозе.

Эмин не давил, лишь пару раз напомнил, оставляя за мной право решать. Единственная его просьба была связана с тем, что за здоровьем надо следить.

Я помнила, каким жестким он может быть, и потому ценила то, как он идет на компромисс.

Но теперь у меня на одну причину больше, чтобы последовать его совету.

Мы едва успеваем дойти до крыльца, как дверь распахивается и на улицу выходит Влад. Удивленно смотрю на него — Исаев мрачен и явно недоволен.

— Привет, — говорю.

— Здравствуйте, — вежливо вторит мне Тимур.

— Привет, — коротко бросает Влад и проносится мимо нас к своей машине, которую я сразу даже и не заметила.

— Мам, а это кто? Этот дядя приходил к нам?

— Знакомый папы, — уклончиво отвечаю, подозревая, что Тим мог и не запомнить Исаева за те пару встреч, что были.

— Он был у меня в больнице, кажется, — неуверенно продолжает сын.

— Был, — киваю и иду к дверям.

Едва мы заходим, как нам навстречу выходит Эмин.

— Папа! А я сдал анализы! — тут же переключается Тим. Подбегает к тому, и Булатов подхватывает сына.

— Я даже не сомневался в тебе, — крайне серьезно кивает он. На несколько секунды они смотрят друг на друга практически одинаковыми взглядами, затем муж отпускает Тимура на пол и пытается помочь ему раздеться.

— Я сам! — фыркает тот, отстраняясь.

Тогда Эмин забирает мое пальто и вопросительно смотрит.

— Все в порядке, — улыбаюсь. — Игорь Михайлович сказал, что никаких поводов для беспокойств нет. Если в анализах что-то будет не так, он позвонит.

Сын уносится к себе в комнату — он довольно быстро освоился в доме и вообще был в восторге.

— Мы встретили Влада, когда приехали. Вы теперь дружите?

— Он по делу пробежал.

— Что-то случилось?

— Ты знала, что у него тоже есть брат-близнец? Точнее, был.

— Нет, конечно, — удивленно моргаю. — А почему был? Ой, погоди, у него брат умер?

— У него там целая детективная история с любовной линией, — усмехается муж. А затем, чуть подумав, добавляет: — или наоборот любовный роман с элементами детектива.

Я озадаченно смотрю в ответ.

— Но у Влада все хорошо? Или ему нужна помощь?

Вот теперь во взгляде Эмина появляется то, что я всегда вижу, когда он начинает ревновать. Конечно, муж контролирует себя и не устраивает мне скандалов, но вот это собственническое желание оградить меня всех мужчин разом, иногда проявляется.

— Соскучилась по нему?

— Просто уточнила, — пожимаю плечами, намеренно чуть-чуть провоцируя. Не из вредности, а потому что волнуюсь.

Булатов шагает ближе, обнимает так, что я прижимаюсь к нему всем телом и, наклонившись ниже, шепчет:

— Ты, кстати, не ответила на мой вопрос.

— Какой? — спрашиваю, уже теряя нить разговора. Это теперь частенько со мной происходит — как только муж оказывается достаточно близко и пользуется этим притяжением между нами, от которого все мысли уходят на второй план. Могла и не услышать, что он там спрашивал.

— Что у тебя с настроением, Аля?

Нервно сглатываю, собирая мысли в кучу.

— Кажется, у меня для тебя есть новость…

Муж отстраняется и настороженно смотрит мне в глаза. Чувствую, что он уже готовится бежать решать проблемы, стоит мне только заикнуться.

— Похоже, что я беременна.

Эмин застывает, в его глазах откровенный шок.

— Повтори, — хрипит он. — Повтори, Аль.

— Я не уверена, но слабая вторая полоска просто так не появится. И вообще надо, конечно, сходить к врачу, но…

— У нас будет ребенок, — выдыхает муж. Мотает головой, точно не верит тому, что говорит. — Обалдеть.

— Ты не…

— Спасибо, — сипит он, подхватывая меня на руки. — Спасибо, Аля. Это просто чудо!

— Пожалуйста, не надо, а то у меня голова закружится, — смеюсь, пока у самой слезы на глаза наворачиваются. Нет, я не боялась реакции Булатова. Видела, как он относился к Тимуру, так что была уверена, что новость он воспримет адекватно.

И все же оказывается мне была крайне важна его поддержка.

Эмин осторожно ставит меня на ноги, смотрит с нежностью и любовью. А еще в его темных глазах цвета кофе стоят слезы.

— Как же я люблю тебя, — шепчет он.

— Люблю, — повторяю за ним слово, которое не так давно научилась снова говорить.

Муж прикрывает глаза с выражением абсолютного счастья на лице. Прислоняется лбом к моему, а я запоминаю этот момент, на оленей нашим общим чудом. Одним на двоих.

Конец