Глава 50

— История началась двести лет назад, — начал Кастер.

— Про род Ричеров, Хейзов и их представителей: Аэлиона и Нерессу, Ауреллию и Даттона я всё знаю, — нетерпеливо перебила его я. — Давай к делу, что там за проклятье и кара богов?

— Твой характер, похоже, не из-за проклятия таким был, — проворчал мужчина.

— Что? — оскорблённо нахмурилась я.

— Суть проклятия в том, — удовлетворённый тем, что задел меня, видимо, продолжил Кастер, — что если использовать эту силу мерцающих…

— Кхм…

— Что ещё? — проворчал мужчина.

— Это я тоже знаю, — тоном «отличницы» отчеканила я. — Не будешь использовать — умрёшь, расщепить душу или как-то так. Но я пока сама не поняла, как делать эти порталы.

— Это уже не нужно, но откуда ты всё знаешь⁈ — возмутился Кастер.

— Лилу рассказала, — довольным тоном ответила я. — Она же была фамильяром Аурелии.

— Ого. Этого я не знал, — удивился мужчина. — И как она, интересно, попала в нашу семью? Ладно, потом, а то с мысли собьюсь. Её передавали из поколения в поколение с формулировкой, что она поможет обрести истинную любовь тому, кто спасёт наш род и остановит проклятие. Поэтому я, когда узнал, что у тебя появился фамильяр, окончательно убедился в том, кто ты.

— И кто я?

— Моя истинная драконья любовь, — торжественно ответил мужчина и саркастичной усмешкой продолжил: — Тебе просто нравится слушать, как я тебе в любви признаю́сь, да?

— Да. Мог бы почаще, — ядовито шикнула я.

— Я люблю тебя, Лина, — громко крикнул Кастер.

— Хватит, не увиливай от темы, что там дальше с проклятием и характером, — проворчала я.

— Ну тогда Лилу тебе наверняка рассказала, — продолжил мужчина, — что смысл в том, что весь род Ричеров считал девиц из рода Хейз очень капризными и истеричными, и…

— Ага…

— И так оно и было, — улыбнувшись моему саркастическому «ага», продолжил рассказ Кастер. — Характер девушек резко портился, едва они встречали мужчину из семьи Ричер, с которым всегда влюблялись и ссорились, и всегда пытались друг друга уничтожить.

— Ага, ты вот меня из окна выкинул, например, — фыркнула я.

— Ещё раз для протокола: я этого не делал, ты сама. И это было нужно ТЕБЕ, чтобы пробудить дракона и избавиться от проклятья, — мягко ответил Кастер. — Я понимаю, что ты обижена на этот способ, и имеешь полное право. Но такова природа, это не я придумал. Обретение ипостаси происходит либо до подросткового возраста, либо при угрозе смерти во взрослом состоянии. Так как в Лине я не увидел драконьей магии, то делал вывод, что в ней дракон не пробудился. Но белый кристалл говорил, что должен был пробудиться. Потому я терпеливо ждал.

— А никак иначе нельзя было, что ли? Предупредил бы хоть, — проворчала я.

— Если бы я тебе сказал: «Дорогая, ты сейчас, скорей всего, выпрыгнешь из окна, не останавливайся, это понарошку, и я тебя, если что поймаю, а вообще ты в дракона превратишься», представляешь, что бы было? — ехидно усмехнулся Кастер. — Это бы не сработало. Тебя уже вела природа твоей драконьей сущности. Она требовала реализовать настоящий страх смерти. Реальный. Чтобы инстинкты сработали. Поэтому предупредить я тебя не мог: ты бы просто зря выпрыгнула из окна. Умереть бы не умерла, но вот добиться страха смерти, да так, чтобы это было в полёте, было бы очень трудно, нудно и неприятно в первую очередь для тебя. Как бояться, если бы ты знала, что не умрёшь? Ну не нападать же мне на тебя, на самом деле?

— Ну а по-другому как-нибудь? Чтобы не было так страшно? — продолжила ворчать я.

— Я мог бы, конечно, яда тебе подсыпать, например, в еду, чтобы это было иначе, — ответил Кастер, — но, во-первых, тебе было бы больно, пока ты умирала от яда, а во-вторых, ты бы ресторан разнесла, когда обратилась, и меня бы ругала, за то, что люди погибли. Я прямо слышу, как бы ты говорила: «Остальные-то посетители в чём виноваты?». Поэтому я не мог это и в таверне твоей делать, твои близкие бы наверняка погибли, а таверна разрушилась. Так что прыжок, который выбирает большинство подростков при перерождении неосознанно, на инстинктах, это способ с минимальными разрушениями и безболезненным страхом смерти.

— Всё-то у тебя так складно, — раздражённо фыркнула я. — Ладно, что там с условиями снятия проклятий?

— А условия для снятия проклятия было рождения Первозданной — это как у нас с тобой — истинной связи, — продолжил Кастер. — Я не знаю, какая связь была у Аурелии и Даттона, может быть, и такая же, но не сложилась. А у нас — сложилось, потому что я понял, что происходит, и был терпеливым, чтобы не ссорится с тобой. Правда, ты и сама прекрасно справлялась, постоянно искала причины и подвохи.

— Тебе просто нужно было прекратить ошиваться рядом со мной! — буркнула я.

— Не вышло бы, — умения мужчина. — Потому что вторая часть проклятия непреодолимо тянула Хейзов и Ричеров друг другу. Чтобы мы не делали, как бы не пытались не видеться — не вышло бы, это судьба, воля богов, злой рок. И я решил, что глупо бежать от судьбы, нужно, наоборот, взять её за рога.

— Ага, а взял ты меня, — обиженным тоном парировала я.

— Ну да. Я сам не понял, почему меня потянуло нанять в качестве фиктивной жены, ты прости меня, не пойми кого — простую трактирщицу, — Кастер неопределённо пожал плечами. — А потом уже понял — это вступило в действие проклятие, едва мы пересеклись.

— Зачем тебе вообще жена была нужна? — процедила я.

— Король Ричард предложил мне жениться на одной высокопоставленной даме, — начал объяснять мужчина. — Ну, точнее, её отец доставал Ричарда, и мы придумали план, в рамках которого я женюсь и развожусь со скандалом, чтобы эта девица и не захотела со мной вступать в брак, точнее, её отец не хотел бы больше этого брака.

— Девицу зовут Элла? — нахмурилась я.

Меня подмывало спросить ещё, что было между ними, но я решила промолчать.

— Да, — кивнул Кастер. — И сразу скажу, что у нас ничего, но её отец видна шишка и уважаемый нами с Ричардом чиновник, а дочь у него взбалмошная, и он в ней души не чает и потакает её капризам.

— Ладно, — фыркнула я. — А какую страшную тайну узнала Лина, что ты угрожал мне поначалу, что не дай бог я её выдам?

— Эту, — усмехнулся мужчина. — Я настоящей Лине объяснил суть вопроса, что мне нужен скандальный развод, чтобы избежать нежеланного брака. И если бы это всплыло, бедный старик Гоул коньки бы отбросил, а он хороший человек и государственный деятель очень полезный.

— Серьёзно⁈ — возмутилась я. — Ты думаешь, трактирной девке было до этого⁈ Да она понятия не имела наверняка, кто этот Гоул!

— Ну, кто её знает, она мне вполне себе способной на шантаж показалась, — пожал плечами Кастер. — Ну а когда ты начала на суде логикой меня давить, я вообще обалдел, какая ты умная оказалась. А потом присмотрелся… и начал замечать странности, будто это и не та Лина, на которой я женился. И тут кроется ещё одна загадка. Нашему роду была дана подсказка: та, что станет Истинной Спасительницей рода — будет иномирянкой. Тут-то у меня и начало всё складываться.

— Истинная Спасительница, тоже мне! Сколько пафоса, — хмыкнула я. — Ну и слово!

— Двести лет назад говорили более патетически, — усмехнулся Кастер. — Так вот, когда я узнал кто ты, и понял, что ты и есть нужная мне спасительница-драконица, я, разумеется, не хотел с тобой разводиться. Во-первых, нельзя, так как наша истинная связь — Первозданная, во-вторых, ты мне правда понравилась. И шашлык ты готовишь обалденный, хоть и не из дракона, слава богам.

— Ага. Про богов, — насупилась я. — Так что там за Кара у них?

— В определённом возрасте убивает молния, если ты не умираешь по иным причинам, — равнодушно ответил Кастер.

— ЧТО⁈

— То. Ты бы у Лилу спросила, как умирали члены семей и почему Хейзы так торопились выдать замуж дочерей, чтобы род-то продолжить, — хохотнул мужчина. — Ты думаешь почему ты — ну, Лина — сирота? Многие рано становились сиротами, очень мало кому удавалось пережить тот удар. Отцу моему, например, удалось — его моя мать защитила. Есть способ избежать кары — жениться на другом человеке, и чтобы этот другой, не из наших семей человек, умер за тебя. Это случалось, хоть и нечасто.

— Мрак.

— А то.

— А всё твой предок виноват — женился не на той! — возмутилась я.

— Вот поэтому я такой ошибки не допущу и женюсь на ТОЙ, — каким-то странным, низким, бархатистым голосом проговорил Кастер. — Думаю, для начала достаточно.

— Достаточно чего…?