Глава 16

Юра

— Две кобры! — сидя за рулем, злобно выплевываю. — Надо же, как они меня подставили, а. Вся жизнь из-за них полетела к чертям собачьим!

Не сиделось им спокойно на месте. Решили влезть в мою семью. Одна рыдает, просит прощения, а вторая еще и смеет мне указывать, что делать. Квартиру им подавай!

Губа не треснет?

Ничего они от меня не получат. Сами кашу заварили, пусть сами и расхлебывают. Видит бог, я хотел по-хорошему поступить с ними. А теперь никакой поддержки от меня не дождутся.

Мне вообще сейчас не до них.

Лида меня больше знать не хочет. На развод собирается подавать.

Что мне сделать, чтобы она меня простила? А если Настя обо всем узнает? Она же за отца меня не будет считать. Дочка еще и беременна… Ей вообще волноваться нельзя, а тут такое.

Лида, конечно, мощно по нам катком проехалась. Как она все провернула с этими прослушками и долговой распиской. И ведь ничем себя не выдавала все это время.

Я знаю, почему она держалась — готовилась к разводу и разделу имущества. Вот только ее ждал неприятный сюрприз - дополнительный пункт в брачном договоре.

Я пытался объяснить ей, что это была воля моей матери, но она и слушать меня не стала.

«Юр, ты в брачный договор внеси еще один пункт, — вспоминаю слова матери. — Жены бывают очень ушлыми. Это они сначала такие белые и пушистые, а потом совсем другими становятся, коготки свои выпускают. Я ничего не имею против Лидочки. Она у тебя очень порядочная девушка. Но никто не знает, как ваша жизнь дальше повернется. Это ведь я ателье открыла. А здание ты выкупил. Этот бизнес нашей семье принадлежит, вот пусть он в семье и останется. Ты подстрахуйся, Юр, подстрахуйся. Пусть в брачном договоре будет пункт о том, что она в случае развода не сможет претендовать на бизнес. Ни на твой, ни на мой».

Я тогда возмутился. Какой развод? Мы ведь только поженились. Да и Лида не дура, чтобы на такое подписываться.

«А ты хитрее будь, — советовала мать. — Не говори ей, что в договоре появился такой пункт, тогда она и подпишет. Дима Кусков сейчас нотариусом работает, ты к нему Лидочку веди. А Диму заранее предупреди, объясни ему, что нужно сделать так, чтобы жена подписала договор, не перечитывая. Бутылку хорошего коньяка только не забудь с собой взять, когда договариваться пойдешь».

Я до последнего сомневался. Боялся, что, если Лида узнает про этот пункт, то наш брак сразу даст трещину. Но мать настаивала.

«Вы в браке много чего можете нажить. Возможно, у вас появится целая сеть ателье, Лида уже не раз говорила мне о том, что нужно расширяться. Думаю, она этим займется в скором времени. И я что-то очень сомневаюсь, что Лидочка справится без твоей помощи. Сам знаешь, сколько денег понадобится, чтобы раскрутиться в столице. Вот представь ситуацию: ты помогаешь Лиде открыть ателье, потом еще одно, еще, а потом, не дай бог, конечно, тьфу-тьфу-тьфу, вы возьмете и разведетесь, — постучала она по прикроватной тумбочке. — И весь бизнес нужно будет делить пополам. Ты потом замучаешься доказывать, что больше вложил в него, и что на твои деньги было куплено оборудование, здания, и все остальное».

Мать тяжело вздохнула и взяла меня за руку.

«Я ничего этого вам не желаю. Наоборот хочу, чтобы вы были вместе до конца своих дней, но, если не внесешь этот пункт, то я в гробу буду переворачиваться. Вон, у Михалны невестка как с ее сыном поступила. Выскочила за него замуж, три года сидела у него на шее, пока он дом строил и машины покупал. В итоге эта нахлебница загуляла с кем-то, на развод подала и отсудила у него половину имущества. Вот так вами — доверчивыми, пользуются. А матери переживают за вас потом. Внеси пункт, внеси, — умоляла она. — Выполни мою последнюю просьбу. Дай матери спокойно помереть».

Честно сказать, я вообще не любитель всех этих брачных договоров. Лежал он столько лет в ящике стола и напоминал мне о том, что однажды может наступить день, когда мы с женой соберемся подать на развод. А я этого не хотел, потому что очень любил Лиду.

Но и не выполнить последнюю просьбу матери тоже не мог. Сделал так, как она сказала, и добавил в брачный договор пункт о том, что Лида в случае развода не сможет претендовать на бизнес.

Мы с ней жили душа в душу, она все это время думала, что, если мы вдруг решим развестись, то ей честно достанется половина всего нажитого, как и было указано в первой версии договора, а я считал этот договор простой формальностью и был полностью уверен в том, что он нам никогда не пригодится.

Сейчас Лида не находит себе места от злости. Она думает, что я оставлю ее ни с чем, потому что фактически я явлюсь владельцем всего семейного бизнеса, но я никогда не поступлю с ней таким жестоким образом. Я что, зверь?

Безусловно, она получит все свадебные салоны. Я не собираюсь делить их с ней. Да, я покупал здания, помогал ей с закупкой оборудования и все такое, но Лида вложила в эти салоны всю свою душу. Я финансировал, помогал ей на старте, а дальше она сама занималась раскруткой и привлечением клиентов.

Если мне не удастся сохранить брак, то я все перепишу на нее. Это, конечно, не поможет мне искупить вину, но хоть что-то я смогу сделать для нее полезное.

Сейчас приеду домой и еще раз поговорю с женой. Попрошу ее выслушать меня, не перебивая, и на этот раз уже без эмоций постараюсь ей все объяснить. Врать не стану, скажу, как есть. Что переклинило меня летом на эту Милану, что самому себе тогда не принадлежал, и не соображал, что делал. А потом словно пелена с глаз спала, и я осознал, что натворил.

Честно скажу, что больше всего я боялся, что эта ситуация разрушит мою семью, поэтому все держалось в строгом секрете. А затем и про раздел имущества поговорим. Успокою жену, дам ей понять, что она ничего не потеряет, а наоборот еще в плюсе останется. Да я прямо при ней порву этот чертов брачный договор, и скажу, что он не имеет для меня никакой ценности.

Таковы мои планы на этот вечер, но… в них внезапно врывается Лара, и моя жизнь переворачивается с ног на голову.