Глава 19

Юрий

Если б черная полоса стала человеком, то это был бы я.

Как будто меня прокляли, честное слово.

Откуда взялась эта чертова кассета, которой больше двадцати пяти лет?! Где Лара ее откопала?

Кровь снова приливает к лицу, тело обжигает жаром.

— Сука! — ударяю кулаком по рулю. — Как она умудряется всегда быть на шаг впереди?

Эта змея поставила мне условие. И не одно, а целых два! Первое: я должен купить квартиру Милане. Второе: я не буду переписывать свадебные салоны на жену.

И если я не выполню оба ее условия, то она выложит видео в сеть.

Я ясно дал ей понять, что она подставит Кускова, на что она ответила: «Нет, Юрочка, это ты его подставишь. Ты же дал ему взятку, а не я».

На этой видеозаписи отчетливо слышен наш разговор с Дмитрием — и как я благодарю его за то, что он помог мне с брачным договором, и что он, когда зачитывал документ, нарочно пропустил пункт о том, что Лиде ничего после развода не достанется. Затем Кусков намекнул на то, что я слишком скромно его вознаградил.

— Коньяк, конечно, хороший ты мне принес, но я предпочитаю принимать благодарности в виде, — показал пальцами, как шелестят деньги. — Сам понимаешь, я тоже рискую. Пошел на это только потому, что ты мой друг. Другому не стал бы помогать.

— Не вопрос, Димон. Назови сумму.

Он взял салфетку, написал на ней цифры, после чего я сходил за бумажником и отстегнул ему ровно столько, сколько он попросил.

— Надеюсь, этот брачный договор вам никогда не пригодится, — посмеялся он, убирая деньги в карман.

Лида, стоя у больницы, сказала, что будет оспаривать договор в суде. В голове крутятся ее слова:

«Даже не думай, что я это так просто оставлю. Я доверилась тебе, доверилась Диме Кускову, потому что считала его надежным другом нашей семьи. А вы, значит, решили обвести меня вокруг пальца? Подсунули под нос договор с новым пунктом? Я, конечно, сама виновата в том, что была слишком доверчива, и что еще раз не проверила его перед подписанием. А еще я прекрасно помню, как Кусков зачитывал мне все пункты, и теперь понимаю, что один из них он нарочно пропустил. Мой адвокат уже занимается этим вопросом. Я отсужу у тебя все, что мне полагается по закону».

Я хотел переписать на Лиду все свадебные салоны. Я готов был отдать их ей, а сейчас меня пытаются взять за жабры.

Лара решила, что она будет распоряжаться имуществом, которое мы с Лидой нажили в браке?

Да пошла она со своими условиями!

Я только сейчас начал понимать, какая у Лиды гнилая подруга. Лара столько лет хранила эту запись и все это время молчала. Другая побежала бы к подруге рассказывать о том, что за ее спиной сделал муж, а эта даже словом не обмолвилась.

Я спросил у нее:

— Почему ты об этом сразу не рассказала Лиде?

— Не хотела, чтобы вы поссорились, — противно улыбнулась она.

Чушь собачья! После записей с прослушек мне сразу стало ясно, что она всю жизнь завидовала Лиде. Как она ее назвала? Бизнесвуменша хренова?

Лара пользовалась ее добротой, а за спиной поливала грязью, и уж точно ничего хорошего ей не желала.

У стервы не получится прижать меня. Этой видеозаписью она сама лично подписала себе приговор.

Прямо сейчас я еду к зданию суда на встречу с Кусковым. Я не стал ему ничего говорить по телефону, сказал лишь, что мне срочно нужно с ним обсудить один важный вопрос. Я не виноват в том, что Лара оставила на кухне включенную камеру. Об этом никто не знал. Но раз эта история всплыла спустя столько лет, значит, нужно быстро ее решить. Думаю, мы с Дмитрием найдем выход из ситуации. Уверен, что он ее в два счета поставит на место.

Лара тратила на себя деньги, которые я переводил на лечение Миланы, туфли себе покупала, по ЦУМам разгуливала. Если бы не записи с прослушек, то я бы об этом и не узнал.

Лида не успела в больнице включить эти записи, так как Лара разбила ее телефон. Позже скинула мне с ноутбука. Я ушам своим не верил, когда все это слушал.

Ларе лечиться нужно. Она повернута на деньгах. По головам пойдет ради наживы. Сама всю жизнь не работает, живет за чужой счет. Лиде ныла, что у нее то одно болит, то другое, работать не может, а эта, добрая и верила ей. Жалела ее, поддерживала, спонсировала. Теперь получает от нее удары в спину.

Как мы до такого дожили? До развода, мать твою, до развода дожили! А теперь еще и шантажировать меня пытаются.

Я уже сто раз проклял тот день, когда переспал с Миланой.

Если бы я этого не сделал, то сейчас жили бы с Лидой как раньше, ждали бы рождения внука.

Вопрос с видеозаписью я решу, но… развода мне будет не избежать. От этой мысли отвертка проворачивается в сердце. Я не хочу терять жену. Я люблю ее.

Если бы я сейчас находился в машине времени, то переместился бы в тот день, когда от вида загорелой задницы Милы у меня снесло крышу, и на этот раз я проигнорировал бы ее. Все заигрывания Милы, ее воздушные поцелуи, адресованные мне, ее мокрый лиф от купальника — все это уже не вызвало бы у меня такой бурной реакции, как тогда. Никакой реакции не вызвало.

Сейчас, заглядывая в тот день, я очень сожалею о том, что не попросил ее одеться и больше никогда не ходить при мне в таком виде. Именно так я и должен был поступить…

Выхожу из машины и вижу, как из здания суда выходит Кусков. Он быстро спускается по ступенькам, подходит к своему джипу и открывает дверь.

— Дмитрий!

Он замирает, увидев меня. Что-то говорит своему водителю, закрывает дверь и подходит ко мне.

— Юрий, сегодня не получится уделить тебе время. В правительство вызвали. Давай в другой раз обсудим твой вопрос.

— Лучше сделать это как можно скорее. Потом будет поздно.

— У меня есть ровно две минуты, — вздыхая, смотрит на наручные часы. — Говори, что там у тебя срочное.

Я достаю из кармана куртки телефон, захожу в мессенджер, открываю файл с видеозаписью, которую мне отправила Лара и перематываю на наш разговор.

— Посмотри это.

Дмитрий берет телефон и через несколько секунд меняется в лице.

— Откуда это у тебя? — краснеет от злости.

— Лару Лапину помнишь? В тот новый год она тоже была у нас дома. Она оставила включенной камеру, и…

— Мне плевать, кто и что оставил включенным у тебя дома! — волком смотрит на меня. — Реши этот вопрос!

— Дим, я тоже не знал этого. Я…

— Дмитрий Георгиевич! — цедит сквозь плотно сжатые зубы. — Ты, видимо, забыл с кем разговариваешь. Я тебе так скажу: если эта запись где-нибудь мелькнет, то я не посмотрю на то, что мы когда-то общались. Я вас вместе с этой Ларой с землей сравняю, запомни это.

— Ко мне какие претензии?! — повышаю голос. — Мы оба не знали, что камера все пишет. Лара сейчас пытается шантажировать меня этой записью.

— Вот и разберись с ней, — сжав губы, наклоняется к моему лицу. — И чтобы ни одна собака не узнала о том, как я тебе помог много лет назад. Тебе это ясно?