Глава 20

Юра

Со всех сторон прижали. Одна настаивает на том, чтобы я не переписывал салоны на Лиду, Кусков говорит, чтобы я отдал жене все, что ей полагается. В таком случае она успокоится и не будет поднимать историю с брачным договором.

— Нам нужно поставить на место Лару! — объяснял ему вчера. — Если перепишу на жену салоны, то Лара выложит это видео в сеть.

— Подкинул мне проблем, черт бы тебя побрал! — злобно прошипел Кусков. — Мне сейчас некогда этим заниматься. На днях встретимся и все обсудим. По времени позже напишу.

Я сегодня ночевал в офисе. Хотел побыть один, чтобы все как следует обмозговать. Пока что нашел только один выход из всей этой ситуации. Думаю, Кусков со мной согласится в этом.

Я словно меж двух огней. Даже трех: Лара, Кусков, Лида.

Одна обещает выложить видео в сеть, второй пытается прикрыть свою задницу, третьей нужен ее бизнес.

А мне, мать твою, что с этим всем делать? Разорваться?!

Злой как собака еду домой. Уже знаю, что сейчас Лида снова заговорит со мной о разделе имущества, но мне пока нечего ей ответить. Сначала нужно поговорить с Кусковым и решить, что делать с Ларой.

Лидия

— Мам, не переживай, сейчас пройдет, — лежа на кровати и поглаживая живот, вяло улыбается Настя. — Прошу тебя, скажи, что у тебя произошло. Поругалась с отцом, я правильно понимаю?

Я ждала, когда Настя приедет к нам, чтобы поговорить с ней о случившемся не по телефону, а с глазу на глаз. Она пытается вывести меня на этот разговор, но я смотрю на ее состояние и думаю, что сейчас не самый подходящий момент говорить на такие темы. У Насти появились боли внизу живота. Боюсь, как бы ей не стало хуже.

— Давай сначала съездим к доктору, убедимся, что у тебя все в порядке, а потом я тебе обо всем расскажу.

— Да все хорошо, мам. Сама знаешь, что у меня всю беременность то здесь тянет, то там кольнет. Сейчас отпустит. Я вижу, что ты чем-то очень расстроена, — вздыхая, берет меня за руку. — Что тебя беспокоит? Поделись со мной и тебе сразу станет легче.

Я даже не знаю, как начать этот сложный разговор. Настя пока что даже не догадывается о том, что творится в нашей семье.

Как можно сообщать такие новости беременной дочке?

Рано или поздно она все равно обо всем узнает. И лучше, чтобы узнала не от кого-то, а от меня.

— Настюш, — сжимаю ее ладонь, — ты сейчас допьешь чай, поспишь, а когда проснешься, мы с тобой обо всем поговорим, хорошо?

Буду вести с ней разговор только в том случае, если ей станет лучше. А пока ее беспокоят боли внизу живота — мой рот на замке.

Оставляю ее в спальне, закрываю дверь, тихонько спускаюсь на первый этаж и перезваниваю адвокату.

— Анна Анатольевна, добрый день! Прошу прощения, не могла ответить на звонок. Есть новости?

— Добрый день, Лидия Александровна! Есть. И не очень хорошие.

— В каком смысле не очень хорошие? Это связано с брачным договором, я правильно понимаю?

— Все верно. Я сомневаюсь, что нам удастся доказать, что не были соблюдены условия его подписания. Я только что встречалась с помощником Кускова, и мне ясно дали понять, что в это дело нам лучше не лезть. Я бы даже сказала, мне настоятельно порекомендовали нажать на тормоз.

— Естественно он не хочет поднимать этот вопрос, — усмехаюсь я. — Ведь на кону стоит его репутация. Если дать ход этому делу, то вся его карьера накроется медным тазом.

— И моя… — вздыхает Анна. — Поэтому я не буду представлять ваши интересы в суде, извините. Всего доброго! — И скидывает звонок.

Убираю телефон от уха и в полном недоумении смотрю на экран.

— Что она сейчас сказала? — шепчу сухими губами. — Она отказывается заниматься разделом имущества? Испугалась Кускова?

Я в шоке.

Неужели на него нет никакой управы? Он, будучи нотариусом, подсунул мне исправленный брачный договор! Из-за него я сейчас рискую остаться ни с чем!

Таких нужно ставить на место.

Интересно, а сколько взяток он получил за эти годы? Не думаю, что я одна попала под раздачу.

Я это так не оставлю!

Запугал моего адвоката? Что ж, я не адвокат, и пойду до конца. Хотела всего лишь разобраться со своим вопросом и забрать то, что мне полагается, но раз Кусков не хочет решить мирным путем проблему, которую сам же создал, значит, пусть готовится к войне. Я найду другого адвоката — не из пугливых, и дам огласку этому делу.

Слышу, как в коридоре хлопает входная дверь, и через пару секунд на кухне появляется Юра.

— Привет! — недовольно бросает, идя прямо в обуви к столу.

Наливает воду в стакан, залпом выпивает.

Вижу, что он не в духе. Я тоже. И мне очень жаль, что сейчас у нас дома находится Настя, которая плохо себя чувствует.

«Господи, помоги мне не выйти из себя. Иначе будет скандал».

— Ты уже предупредил Кускова? — в упор смотрю на него. — Надавили на моего адвоката? Думаете, я испугаюсь и прижму хвост? Даже не надейтесь на это. Наш развод, Юра, — усмехаюсь ему в лицо, — будет громким. Заруби себе это на носу. Не хотите по-хорошему, значит, будет по-моему. Вся страна узнает о том, что твой дружок судья Кусков взяточник и обманщик.

— Что за чушь ты несешь?! — краснеет от злости. — Дело не в Кускове.

— Конечно не в Кускове, а в брачном договоре, который вы подделали, и который я собираюсь оспорить, — стараюсь говорить тихо и сдержанно, чтобы Настя не услышала. — Вы оба думали, что я об этом никогда не узнаю? Так вот этот день настал. И он перевернет вашу жизнь с ног на голову.

— Лида, я тебя очень прошу сейчас не трогать меня, ладно? — сжимает губы. — У меня был очень сложный день. Давай мы оба остынем и спокойно обо всем поговорим.

— А я спокойна, Юр. Просто как-то некрасиво получается, — пожимаю плечами. — Я столько лет душу вкладывала в салоны, относилась к ним как к своим детям, и… господи, да кому я это рассказываю? Ты сам все прекрасно знаешь. Ты видел, во сколько я уезжала на работу, во сколько возвращалась. Видел, как я ночами сидела за эскизами, создавая коллекцию за коллекцией. А сейчас у меня хотят забрать мое детище? Даже не половину, а все. Все хотят забрать! Правда думаешь, что я сдамся без боя? Подарю их вам с Ларой и Миланой, которые не имеют к ним никакого отношения? Этого не будет! Либо раздел имущества будет честным, либо я начинаю войну.

— Раздел имущества? — раздается за спиной голос Насти. — Мам, вы что… вы разводитесь?

Поворачиваюсь и вижу бледное лицо дочери. Она подходит к стулу, медленно оседает, кладет руки на живот и морщится от боли.

— Скажите, что мне просто послышалось, — выдавливает Настя, глядя на нас по очереди. — Вы же не собираетесь разводиться?

— Тебе стало хуже? — трогаю ее мокрый лоб. — Насть, ты вся вспотела и очень бледная. Я вызываю скорую!

— Мам, не надо ско… — обхватывает живот и стонет. — Ай, как режет. Да, звони. Звони в скорую.

Я в панике хватаю телефон, вызываю скорую, бегу на второй этаж за халатом и ночной сорочкой.

— Возьмешь пока мое, а потом Валера тебе привезет из дома одежду и все остальное.

— Хорошо, — прерывисто шепчет. — Мам, пап, скажите, что происходит? Вы же знаете, что я не успокоюсь. Из-за чего вы так серьезно поссорились? Вы впервые заговорили о разводе, и…

— Потом, родная, все потом, — складываю в пакет одежду и ее зарядное для телефона. — Сейчас думай только о своем состоянии, а все остальное выбрось из головы.

— Надо было ехать на машине, — сердится Юра.

— Сейчас пробки. Так что лучше на скорой. По крайней мере ей еще до больницы окажут первую помощь.

Юра приносит тонометр и подходит к Насте.

— Давай руку. Нужно проверить давление.

Вижу, что у дочери низкое давление и мне самой становится плохо.

Слава богу, бригада приезжает довольно быстро. Настю осматривают, мы провожаем ее к карете скорой помощи, я прыгаю в свою машину, Юра — в свою, и едем следом за дочкой.

Уже понимаю, что Настю везут в ту же больницу, где лежит Милана…

— Только этого не хватало, — закипаю я.

Пока Настю осматривает доктор, мы с Юрой ждем в холле.

— Ты почему пакет ей не отдала? — спрашивает он.

— Забыла в суете, — отвечаю, не глядя на него.

Дочь звонит мне только через час. К этому моменту я уже успеваю поседеть от волнения.

— Мам, мне сделали УЗИ, с ребенком все хорошо. Дали таблетку, и мне стало уже лучше. Голова почти не кружится. Доктор говорит, что мне нужно остаться в больнице для полного обследования, так что вы с папой езжайте домой.

— Слава богу, что тебе стало лучше, — облегченно выдыхаю. — Насть, у меня пакет с вещами и зарядкой. Нужно тебе передать.

— Я сейчас к вам выйду. Уже спускаюсь.

Юра идет к кулеру за водой и именно в этот момент в холле появляется Милана.

У меня плохое предчувствие. Как будто сейчас весь мир перевернется.

— Юр, привет! — улыбается ему Мила, не замечая меня. — Я увидела из окна твою машину. Так рада, что ты приехал меня навестить.

Она прижимается к нему, я перевожу взгляд на дверь и вижу… застывшую на месте дочь.