Глава 28

Сергей Сидя за барной стойкой, я в сотый раз пересчитываю бутылки, стоящие на стеллаже в паре метров от меня. Всё ещё надеюсь, что это избавит меня от собственных навязчивых мыслей. Сколько нужно бухла, чтобы выветрить из моей головы весь стрём, что сейчас творит там черт- те что? Сдохну быстрее, чем столько. За спиной веселится сотня людей, но от меня, я уверен, веет тоской. В этот раз жизнь изменилась ещё более резко, чем в прошлый. Какой-то адовый коктейль чувств запустили мне в вены. Когда после развода я говорил себе, что новые отношения мне не нужны, я был прав. Я был к ним не готов. Мы по-прежнему остаёмся с Машей эмоционально завязанными. Отталкивать её с каждым разом становится всё тяжелее. Удерживает только понимание: нужно держаться от неё подальше. Так для нас обоих лучше будет. Проблема заключается в то, что мы с ней расстались на пике. На момент нашего развода я безумно её любил. А было это всего несколько месяцев назад. Помню всё прекрасно. Как было больно. Как понять её не мог. Как раздражало её молчание и отсутствие доверия. У меня в голове не укладывалось – да и сейчас не понимаю, – как можно было спать со мной, а наутро бежать к маме и слушать всю ту грязь, что лилась из тёщи. Спать со мной, но при этом не забирать заявление о разводе. Для чего было давать мне надежду? Что это было? Жалость? Или просто отказать мне не могла или боялась? После брака осталось так много вопросов, на которые я так и не получил ответов. Только Маша умеет так мастерски рвать мои нервы. В клочья. Ни на кого в своей жизни я так остро не реагирую. Не думать о ней так же трудно, как и не реагировать на её прикосновения. Может быть, я привык её любить, а может быть, любовь никуда не ушла. Осталась, прикрывшись ненавистью. Пограничные состояния. С какой стороны посмотришь на них, то и увидишь. Увидев её на той злосчастной вечеринке, я вспылил. Безудержные эмоции. Именно те, что Маша всегда во мне вызывала. Вспылил. Пожалел. Но понимаю, что случись подобная ситуация снова, остаться равнодушным у меня бы не получилось. Её беспечность меня разносит. Всегда разносила. Знал бы способ избавиться от этих чувств, непременно бы им воспользовался. Возможно, если бы у нас с Сафи была возможность постоянно находиться рядом друг с другом, подобного раздрая во мне не было. Но мы с ней всего несколько раз проводили вместе времени больше, чем пара дней. В другом режиме мы в принципе существовать не можем. Наши миры вращаются на разных орбитах. И вроде бы это нас обоих устраивает. Однако, судя по моему состоянию, этого мало. Во всех смыслах. Пара десятков сообщений и получасовой разговор по видеосвязи не дают ощущения, что ты в отношениях и связан обязательствами. Удовлетворения физического тоже не дают. Можно это называть хоть малодушием, хоть легкомысленностью, но в двадцать четыре хочется большего. И даже с этой хренью можно было бы справляться, если бы не её молчание. Всё больше она мне напоминает бывшую жену. Мы с ней обрастаем тайнами друг от друга. Запретных тем становится всё больше. У меня ощущение, что я скоро приду туда же, откуда не так давно начал путь. И это больше всего напрягает. Слабость. Собственная слабость. Учитывая, что я сейчас в одиночку бухаю в баре, значит, дно где-то рядом. Кто бы знал, с какой силой злость закипает в венах. Выпиваю очередную порцию алкоголя и взглядом показываю бармену на пустой бокал, прося повторить. Он кивает. Хочу равнодушия. Но его нет. И близко нет. На рядом стоящий стул опускается девушка. Замечаю её периферийным зрением, не испытывая интереса. До тех пор, пока её ладонь не касается моего бедра. – Меня Маша зовут. А тебя? – наклонившись, шепчет мне на ухо. Вспышка злости пеленой застилает глаза. Серьёзно? За что мне всё это? Сука! Из всех имён! Смахиваю её руку с себя, не отрывая взгляда от ободка бокала. Пренебрежение скрыть не пытаюсь, но не уверен, что она его замечает. – Зря ты так, – фыркает девушка. – Ты мне понравился. Если что, я тут. Найдёшь. Длинный красный ноготок касается моего оголённого предплечья. Секунда и девушка скрывается в толпе. На занимаемое ею место тут же опускается кто-то другой. Надо было дома бухать. Но это совсем утопия. Сегодня утром, в очередной раз не дождавшись звонка, я набрал Саф. У нас так повелось, что обычно звонила она, когда было свободное время. Но последние два дня она меня игнорировала. Не отвечала ни на звонки, ни на сообщения. Вмиг выпала из общения. Последний раз мы с ней общались позавчера утром, и она сказала, что ей нужно в Лондон и, возможно, она приедет в ближайшие дни. На этом всё. Понимай, Серёжа, как хочешь. Такое поведение даже для неё слишком. Вызов принял Фил. То, что мы с ним друг друга недолюбливаем, ни для кого не секрет. Я не вписываюсь в её жизнь от слова совсем. Отвлекаю Саф от главного. Сбиваю ориентиры. – Сергей, ты не плохой парень, но давай начистоту?! Не мешай ей. Ты же не видишь, ты очень нравишься девочке. Сама она от тебя не уйдёт. Рваться будет на части, но продолжит держаться за тебя. Дай ей шанс. Сейчас пик. Перед ней такие перспективы открылись – любая согласится, знаешь, сколько желающих? Её хотят все. У нас график так плотно расписан, что пяти минут передышки нет. Но она вцепилась в тебя! Портит себе жизнь! Всё портит! Подумай, кто с ней захочет сотрудничать, если она будет срывать съёмки, расторгать контракты один за другим?! Как ты думаешь, она скажет тебе спасибо, когда её выпрут отовсюду? А мы близки к этому. Давай рассмотрим ситуацию. Она бросает моделинг. Мы её отпускаем. Моя девочка собирается и переезжает к тебе. Ты, правда, думаешь, что вы будете жить счастливо? Что ей будет хватать жизни обычной среднестатистической девушки? Я не о деньгах сейчас. С этим проблем не будет. Но самореализация, внимание публики, восхищённые взгляды – это всё как зависимость. Они все привыкают к особенной жизни после первого успешного контракта. Как ты думаешь, почему столько девчонок подсаживаются на наркотики? Они так гасят боль от невостребованности. Дух соперничества, вечная гонка. И сейчас она её выигрывает. Я не уверен, что она простит, если ей из-за тебя придётся сойти с дистанции, – это малая доля из того, что я услышал. Так сказать, пища для размышлений. Портить её жизнь в мои планы не входит. Я прекрасно понимаю, что это такое – потерять мечту. Вдобавок ко всему он сказал, что она в Нью-Йорке и никуда не уезжала, просто нет у неё на меня времени. Дел много, желания мало. Напомнил про её умопомрачительный контракт. Контракт, который Сафия хочет подписать, но ради меня отказывается, дескать, она не общается со мной, пытаясь расставить для себя приоритеты. – Обновить? – интересуется бармен, протягивая руку к моему пустому бокалу. Киваю. Когда я только пришёл и влил в себя пару бокалов за десять минут, он предложил мне сеанс психотерапии. За счёт заведения. Неужели кто-то ведётся? – А я всё жду, когда ты меня заметишь! Хотя что я?! Я ведь не телка, чтобы внимание на меня обращать, – слышится насмешливый голос Макса Барановского – моего хорошего знакомого. Обернувшись, замечаю его сидящим на том стуле, где только что была девочка Маша. Обмениваемся с ним рукопожатиями. Последнее время у меня ни на что не хватает времени. Выпал для всех из жизни. С Максом изредка пересекаемся по работе. – Вот уж не ожидал тебя тут увидеть! Что же случилось, что Спирин нашёл возможность в свет выйти?! Он бросает мимолётный взгляд на остатки бухла в моём стакане. – Тебя девушка бросила? Слышал, у тебя тёлка зачётная. Жаль, не показываешь. Делаю рывок в его сторону. В этот момент можно порадоваться тому, что алкоголь меня не взял. Плохо, что я не могу расслабиться и хотя бы один вечер не думать ни о ком. – Рот свой закрой! Упоминание Саф в качестве «тёлки» вызывает во мне волну ярости. Это происходит непроизвольно. Контролировать не могу. Я особо не распространяюсь, с кем именно состою в отношениях. Только самые близкие друзья в курсе. – Серый, угомонись! Я ведь так, без претензии, – непонимание мелькает в его взгляде. Для Макса все девушки – тёлки. С другими он в жизни ни разу не спал. Поднявшись на ноги, я понимаю, что бухло в мой организм попало не зря. Голова становится тяжелее. Мысли путаются. Отчего-то начинаю представлять себе Сафи с каким-то старым ушлёпком. Она не сказала, кто именно пожелал вступить с ней в отношения. Но разве это важно. Размытого образа достаточно для того, чтобы меня посетила новая вспышка гнева. Не может поговорить со мной, потому что кем-то другим занята? Заебись. Грустная усмешка растягивает губы. Не такого эффекта я ждал. Тяжесть в башке подобна свинцу. Меня ведёт. Макс продолжает что-то болтать. Не понимаю, он то ли девушек присутствующих обсуждает, то ли рассказывает о том, кого ему удалось трахнуть за последние дни. Хочется, чтобы он заткнулся. – Я Машульку видел! – сообщает мне. – Такая хорошенькая. Мы обыск в бизнес-центре проводили. А она из соседнего офиса выходила. Работать начала? Первый раз в костюмчике её видел и на каблуках. Так, кстати, – он поднимает руку и большим пальцем указывает себе за спину, – видел девчонку на неё похожую. Хотел подойти проверить, но увидел тебя и курс сменил. Перевожу взгляд на скопление людей, стоящих в указанной стороне. Сканирую, насколько позволяет состояние. Там и правда танцует девушка, очень похожая на мою бывшую жену. Такая же копна светлых длинных волос, аккуратная фигурка, облачённая в короткое белое платье. Подозрительно похожее на то, в котором Маша была на вечеринке в доме у Трубицина. Чертыхнувшись, пинаю стул. Это какой-то злой рок! Прошу счёт. С трудом отсчитав нужное количество купюр, хлопаю Макса по плечу в знак прощания и направляюсь в сторону блондинки, соблазнительно виляющей своей задницей.