Глава 35

Сергей – Это ты мне цветы присылаешь? – спрашивает Маша, и я хмурюсь. Перехватываю сына удобнее и задерживаю на ней свой взгляд на долю секунды. Увлечённый своими мыслями, я не сразу реагирую на её вопрос. Но после включаюсь. – Ты хочешь, чтобы я цветы тебе подарил? – уточняю с лёгкой ноткой иронии. Маша ожидаемо мешкает. Её щеки покрывает густой румянец. Про себя отмечаю, что она не меняется. И в восемнадцать, и в двадцать она также мило смущалась. Хорошее было время, между нами не было обид и колоссальной недосказанности. Только любовь. Невольно вспоминаю самые яркие моменты из прошлого. У неё отлично получалось придавать лёгкость нашей жизни. Её непосредственность скрашивала обыденность, пока всё не полетело к чёрту. – Нет-нет. Мне кто-то цветы присылает. Сначала к маме, теперь к нам домой. Да и к Нагорным привозили однажды, перед тем, как мы съехали, – тараторит Маша, стараясь меня в чём-то убедить. Для неё важно, чтоб я не сделал неправильных выводов. Решаю её немного поддразнить. Прошу сына держаться покрепче и тянусь за бумажником. Достаю из него банковскую карту. Протягиваю её бывшей жене. – Тут на первом этаже торгового центра есть цветочный магазин. Я заметил, когда мы поднимались. Спустись, купи себе любой понравившийся букет. Стараюсь сдержать улыбку, глядя на то, как её брови недоумённо ползут вверх. Объяснить, зачем я это делаю, не могу. Просто хочется увидеть её ярое возмущение. – Я ведь говорю тебе! Мне кто-то цветы присылает! А я не знаю, от кого они! Я просто спросила! Это не было тонким намёком, – Маша эмоционально всплескивает руками. Смотрит на меня вопросительно, дескать, чего ты тупишь. Выдерживаю обжигающий взгляд светлых глаз и улыбаюсь. – Так ты пойдёшь цветы покупать или нет?! – уточняю ещё раз, как контрольный. Маша легко толкает меня ладонью в плечо. – Ты неисправим, честное слово! Вечно меня разыгрываешь. Неужели трудно было просто сказать, что это не ты? – смотрит на меня с прищуром. Молчу, разглядывая её в упор. Маша мешкает из-за такого внимания. Замечаю на её запястье браслет, подаренный мной во время нашей семейной жизни. Носит – значит, перестала злиться на меня из-за своего дорогого Маркуши. А сколько было переживаний по поводу его расквашенной рожи. Хочется верить, что чувства к этому отморозку её попустили. Как Макс и говорил, Маша похорошела. Стала выглядеть свежее. Занятость ей к лицу. Декрет её, как и многих других, поглотил. Сидя безвылазно дома, она перестала интересоваться миром. Теперь снова очнулась, как после спячки. Рад за неё. Чего не могу сказать о себе. Я сам не понял, как всё так погано могло выйти. Просто пиздец! Время, проведённое с сыном, старался не омрачать неприятными мыслями, но они упорно пробираются в мой мозг. Перебрав в баре, так бы и не вспомнил, чем закончился мой вечер, если бы не голая женская задница в моей постели. Увидев обнажённое тело, я от неожиданности сел и рассматривал её пару минут, пытаясь вспомнить, что произошло в заведении, и как всё могло закончиться так гадко. Как назло, память смело подчистую. Ни-че-го. Хотелось думать, что в таком размотанном состоянии я не смог бы никого трахнуть, но девчонка утверждала обратное. Даже в восемнадцать я никогда не просыпался в одной кровати с голыми незнакомыми тёлками. А тут уж, будучи в отношениях, хоть и на расстоянии, это смотрелось особо мерзко. Сафия такой фигни не заслуживала. В одно мгновение всё рухнуло. Не появись Сафи так неожиданно, я бы что-нибудь придумал, прижал бы, в конце концов, девку, чтобы узнать, как мы оказались в одной кровати и чем занимались. Но когда она появилась на пороге моей квартиры, я всё ещё туго соображал. Мутная прострация и адское давление на черепную коробку. Эти Маши с ума меня сведут. Везёт мне на них, как утопленнику. Девушка тоже представилась Машей. Утверждая, что ей всё очень понравилось, долго отказывалась уходить, на час закрывшись в душе, якобы привести себя в порядок. В этот момент Сафи и пришла. Тормозил так жёстко, что сказал ей правду. Ума не приложу, какого чёрта я рассказал. Пздц, как мерзко на душе. Кому угодно можно рассказывать о случайной неудержимости и соблазне, но только не ей. Вот уж у кого полно вокруг искушения и ничего. Поводов для ревности она мне не давала. Сам подтолкнул нас к точке невозврата. Врать ей – меньшее, чего бы мне хотелось, как и заканчивать всё на такой минорной ноте. Хоть представление о нашем совместном будущем и было размытым, но нас обоих устраивало то, что мы имели. Обещал себе ни за кем не бегать, но каждый день ей звоню. На что надеюсь? Да ни на что. Вдруг возьмет трубку, и я смогу ей всё объяснить. Получив по яйцам, я разозлился. Это было финальным украшением того сраного утра, но остыв и успокоившись, я её понял. Когда у Маши появился Марк, я тоже спокойствием не отличался. А тут – пришла и увидела разбросанные по квартире шмотки другой бабы. Гаденькая картина маслом. Пару раз мы беседовали с мамой Сафи, но всё без толку. Она обещает поговорить с дочерью, но Сафи перестанет быть собой, если послушает кого-то наперекор собственным убеждениям. Сын начинает прыгать у меня на руках, привлекая к себе внимание. – Ты на горку мне обещал, – хватает меня за воротник поло. – Уже идём, – обещаю ему, а сам скольжу взглядом о Маше. – У тебя всё в порядке? Визитка цветочного есть, откуда приносят букеты? Она пару секунд роется в сумочке, после чего протягивает мне небольшой чёрный прямоугольный листок. – Просто цветы. Красивые букеты. В них ничего запрещённого или пугающего. Я думала, они от тебя. Столько времени? В её голосе слышится, как мне кажется, надежда. Вдвойне тошно становится. Мы с Колей уже собираемся уходить, как подкатывает Макс. Не к нам. К Маше. «О нет, чувак. Кто угодно, только не ты». Как друг он неплох. Но Маше меньше всего нужен такой бессердечный ублюдок. – Вы пошли? – спрашивает Макс у меня. – Там Алинка моя где-то катается, присмотри за ней, а? Он пришел на праздник с племянницей. Девочке двенадцать и она его не очень заботит. Другое дело Маша. Она садится за небольшой столик. Он тут же опускается на стул по правую сторону от неё. Закидывает руку ей за спину и, наклонившись, выдаёт один из своих комплиментов, граничащих с пошлостью. Даже если бы он Маше нравился, я был бы против их близкого общения. И похрен, что я сам спал с её близкой подругой. И дальше бы спал. Дело не в ревности, а в том, что Макс – явно не тот человек. Сломать хрупкую Машу ему будет в удовольствие. Телефон у меня в кармане вибрирует. Сын дергаться начинает. Недоволен – внимание от него ускользает. Напоминаю себе позже посмотреть, кто звонил. Если с работы – праздник для меня завершается. – Пошли с нами, – хлопаю Макса по плечу, и, схватив за плечо, помогаю побыстрее подняться. – Надо поговорить. Домой мы начинаем собираться в шестом часу вечера. Коля засыпает у меня на руках, пока мы спускаемся на парковку. Он мужественно боролся со сном, но бой был неравен. Много эмоций. С Жекой мы предварительно снесли в машину подарки. Теперь налегке. Мелкий только слюни пускает во сне мне на плечо. Улыбается и что-то бормочет. Уверен, дань свою пересчитывает снова и снова. Он расстроился, что подружка его не приехала. По телефону Яра его убеждала, что как только Марьяна поправится, они приедут в гости. Сын слушал, насупившись, но спорить не стал. – Мы можем поехать домой на такси, – произносит Маша мне в спину. Бежит за нами на своих каблуках. Не припомню, когда видел в туфлях её последний раз. – Я отвезу вас. – Тебе ведь с работы звонили, – напоминает мне. – Твой дружочек опять за девушек взялся, но на этот раз попалась везучая. Выжила. Едва ли зубами не скриплю. Как меня бесят такие, как этот ушлёпок с позолоченной крышей. Такое отношение сложилось ещё в школьные годы. Я прекрасно помню, как подобные ему пытались с Ярой дружить, а когда она отшивала, начиналась всякая муть. Кто-то перерастает, а кто-то на всю жизнь остаётся тварью, чувствуя безнаказанность. Маша охает, но быстро берёт себя в руки. – Он мне не друг! И тем более не дружочек. Я теперь прохожу обучение в другом месте. Московская фирма открыла у нас филиал. – Сколько продлится курс? – уточняю. – Яра с Русланом и детьми через пару месяцев полетят в Европу. Если хочешь… Я не успеваю договорить, как Маша меня обгоняет, чтобы в глаза заглянуть. – А ты оплатишь и доверенность сделаешь? Бог ты мой, сколько в ней непосредственности. Можно ведром вычерпывать. Усмехаюсь. – Иначе не стал бы и спрашивать. Лопочет она всю дорогу. С горящими глазами перечисляет всё, что ей нужно будет в дорогу купить. – Работе не помешает? – иронизирую, на что она фыркает. – Надоело меня содержать? – произносит, шутя, но всё же с вызовом. Если честно, по большому счёту плевать. Она не транжира. Её особые пристрастия знаю, они меня никогда не напрягали. – Пока что справляюсь, – произношу, поймав её взгляд в зеркале заднего вида. Телефон снова звонит. Разблокировав его, нахожу сразу несколько пропущенных от своей новой подружки Маши. Найдя мой номер, она стала ежедневно звонить. «Очень льстит» внимание девушки, секс с которой ты даже не помнишь. Она даже в чат моего дома добавилась каким-то магическим образом. Как и всегда игнорирую её. В тот день я был не в духе и довольно грубо с ней пообщался, когда она, пытаясь оказать первую помощь, стала забираться ко мне на колени. Был уверен, что она обидится, но эффект вышел обратным. Экран вновь загорается. И я мысленно чертыхаюсь, прикидывая, насколько долго её навязчивость может продлиться. Но ошибаюсь. Приходит короткое сообщение от Сафии, заставляющее мой пульс мгновенно ускориться: «Позвони, как сможешь. Мне надо кое-что тебе рассказать».