Глава 45.

— Я жарюсь в центре двух огней! День ото дня прохожу через все круги ада, не зная, как выпутаться из этого дерьма, чтобы, в первую очередь, сохранить семью.

— Твоя ситуация крайне серьезная, — хмурится Исаев и тушит бычок, вдавив в пепельницу, — ты пытаешься усидеть на двух стульях. Не получится. Увы, это не тот случай.

— Мне нужен совет. Что бы ты сделал, окажись на моём месте?

Задумался, отвёл взгляд в сторону. На лбу появились складки, воздух словно отяжелел от невидимых электрических импульсов, сгустившихся между нами в беседке. И друг ответил:

— Никогда, не при каких обстоятельствах я бы не стал рисковать семьёй. Я тоже дряни в своё время отменно нахлебался, я теперь с Лиды каждую пылинку сдуваю и безумно дорожу нашими чувствами. Если бы такое с нами случилось… Жесть конечно! Но я бы их отпустил. Отстранил от себя как можно дальше, разорвав все связи, хотя бы на время! До тех пор, пока бы всё не наладилось. Поскольку, пройдя через жестокие испытания судьбы, я понял, как сильно она мне дорога. Я стал ценить каждый миг, проведённый с ней.

— Понял…

И я выдохнул. Выдохнул, чиркнул зажигалкой. Скурил ещё одну сигарету, думая о словах Игната. Как же он прав!

— Я бы на твоем месте развёлся. Это конечно не моё дело, да я и не мастер советов, но я бы так поступил, если осознанно пошел на измену. Сейчас. Раньше возможно и нет, но сейчас многое во мне изменилось. Ты, прежде всего, обрекаешь их на опасность.

— Ты знаешь, как я себя дерьмово чувствую? Ты не представляешь… Но у меня нет выхода.

— Выход есть, — хлопает по плечу. — Извинись перед Варей и отпусти их.

— Я не могу… Она. Мои дети… Это всё, что у меня есть. Моя единственная отдушина! Если я их потеряю, я превращусь в тварь. И тогда во мне не останется ничего людского. Я и не мечтал, что смогу хоть немного пожить нормальной жизнью, а не жизнью твари на цепи. Моя жизнь — сплошная боль. Глубокая, открытая рана. Если бы не семья!

— Прежде всего, не подвергай их опасности.

— Я не смогу их отпустить. Я пытался, но так и не решился! Меня всегда будет к ним тянуть.

— Ты можешь наблюдать за ними издали. Поверь, так будет лучше. Для всех.

Не для меня…

Но Игнат прав!

Каким бы я ни был профессионалом, никто не застрахован от промаха. Это нереально. Готов ли я взять на себя вину в случае чего? За жизнь любимых. НЕТ!!!

Я должен всё исправить.

Я должен оборвать все связи с кланом и Юсуповым, начать новую жизнь без лжи и вернуть доверие Вари. Вернуть её любовь, убить в себе монстра и жить как обычный человек.

Это сложно. Безумно сложно, практически невозможно!

Но у меня есть мощный стимул. Я на всё готов! Горы свернуть, океаны переплыть, да хоть в космос!

Лишь бы она меня простила и перестала из-за меня страдать…

Если я буду держать её на цепи, словно свою собственность, властью и силой, с каждым днём она возненавидит меня всё сильней.

— Спасибо! — внезапно я подорвался, встав на ноги. — Ты мне очень помог.

Мне полегчало. Каплю, но я наконец-то навёл в своей башке порядок.

По крайней мере я понял, чего на самом деле хочу и какие ошибки допустил, а какие ещё пока не успел.

— А насчёт любовницы что? Варя тебя в измене обвиняла…

Я уже летел в сторону дома. Быстрым шагом, а адреналине, в поисках её.

Как бы больно ни было, я должен сейчас это сделать. Пусть это не правда, не моё желание, а через силу! Я должен дать ей то, что она просит.

Но не навсегда. Это временная мера.

Нашёл Варю на веранде…

Только увидел её — и всё. Хана. Раздрай в душе. Миллиард бомб взорвались, когда она подняла голову и посмотрела на меня уставшими глазами, в которых ещё не высохли слёзы.

Нервы скрутило в узлы. Как же дико я мечтал наброситься на неё, к себе осатанело прижать и больше никогда из объятий не выпускать. Вообще её от себя ни на шаг!

Девочка моя…

Как же я люблю тебя.

Я дышу тобой. Ты мой воздух. Моя кровь. Чёрт возьми, да ты тело моё и судьба моя. Как я смогу дальше без тебя?

Проще реально взять ствол и пулю в голову свою дурную, злом и грехами омрачённую, пустить.

А потом на кроху взглянул. Сынок мой. Ему даже месяца нет. Я хотел заботиться о нём, как заботился о Соне. Хотел как можно больше Варе помогать. Он чудесный. Он — моя копия. Увидел его — всё внутри перевернулось. Эмоции на разрыв. Сердце на разрыв аорты.

И вот реально, что со мной будет, если их… их не станет.

Если на моих руках будет их кровь! Их жизнь.

Я сглотнул насквозь разъедающую горечь во рту. Шагнул к Варе. По прежнему неимоверным усилием воли сдерживая себя, чтобы не упасть перед ней на колени, не сжать до хруста косточек.

Я уже два раза пробовал. Это закончилось истерикой.

Она теперь смотрит на меня как монстра из фильмов ужасов.

— Я уже связался со своим адвокатом, он всё подготовит.

— Илья…

— Я оставлю тебе всё, что только ты захочешь: дом, машину, деньги. Дети тоже останутся с тобой. Соню уже везут к тебе!

Говорю как робот. Заставляю себя. Сухой, подготовленный заранее текст.

— Разведёмся как можно скорей. Подпишем документы на развод и я исчезну из твоей жизни.

Разворачиваюсь и ухожу.

Потому что надо… Должен.

Ещё секунда и я бы передумал.

Сорвался, в поцелуях утопил…

Я должен был чертовым ублюдком. Вести себя именно так. Чтобы не сорваться.

Больше я её не тревожил. Не травмировал своим присутствием. Провёл ночь в гостевой комнате, которую выделил мне Игнат, с рассветом пришёл к ней. Чтобы проститься.

Очень тихо вошёл, подошёл к кровати, замер.

Она спала, свернувшись калачиком, и нежно обнимала сына.

Боже, маленькая, какая же ты…прекрасная.

Я стоял рядом. Тихо. Просто смотрел. Глаза начали наполняться обжигающей влагой. Провёл рукой по ресницам — мокрые. Усмехнулся с горечью.

Блять, я, кажется, плачу.

Это первый раз? Мои первые в жизни слёзы. Даже, когда на глазах всю мою семью резали и крошечную сестру, я ни единой капли не проронил.

А тут…

Выдохнул. Тяжело. Жутко.

Как будто на части разрывает, раздирает. Больше всего в груди.

Наклонился, прижавшись лбом к её мягким, словно шёлк, волосам. Они пахли земляникой. Жадно вдохнул. И тихо, почти одними губами зашептал, прощаясь:

— Я ухожу Варя, но… обещаю, что не навсегда. Придет время, я вернусь за тобой и ты снова станешь моей женой.

Рывком себя от нее оттащил. Бегом к машинам. Сел, газ в пол, разгон за пять секунд на максимум. А затылок жжёт. Жжёт от чужого взгляда.

Оглянувшись, я увидел, её хрупкий силуэт, мелькнувший в окне…

Она смотрела на меня и плакала.

Пока моя машина не исчезла за поворотом.