Глава 6

— Что? — его слова кажутся мне почти пощечиной. — Что ты сказал? А ты не думаешь, что моя личная жизнь — это не твое дело? Что право говорить об этом ты потерял еще десять лет назад. И то, что у меня сейчас происходит, тебя не касается ни в малейшей степени. Меня уже трясет от его наглой физиономии, на которой сейчас не появилось ни тени сожаления. — Рита, вообще-то я пытаюсь проявить о тебе заботу, — как ни в чем не бывало говорит он. — Спасибо, — шиплю я, — только я в этом не нуждаюсь. А что касается переезда Даши к тебе, то ты хоть понимаешь, сколько разных вопросов тебе каждый день придется решать, если рядом с тобой будет дочь-подросток? Ты вообще представляешь, что это такое — заботиться о ребенке? Ты десять лет не сильно ею интересовался! А вот теперь он мрачнеет. Признаться, тут уже я немного перегнула палку. Дашей все эти годы он интересовался. Но на расстоянии. — Маргарита, ты не хуже меня знаешь, почему я вынужден был мотаться все эти годы по стране, — басит он. — Я строил собственный бизнес с нуля, мне никто ничего не преподнес на блюдечке с голубой каемочкой. Я всё выгрызал своими собственными зубами. И если я сейчас могу позволить себе оплатить учебу дочери в хорошем вузе, то это именно потом, что пахал эти десять лет как раб на галерах. Зато теперь, когда я передал часть функций по управлению своим замам, я могу сосредоточиться на своей семье. Да, то, что он пахал, я знаю. Это видно по тем алиментам, что он платил. Их сумма росла год от года. — И, между прочим, это именно ты была причиной того, что я когда-то сменил место в офисе на собственное дело. Он напоминает о том, что я все эти годы пытаюсь забыть — его измену. Потому что случилась она с его коллегой по торговой фирме, в которой он тогда работал. Он был начальником отдела продаж, а та девица — его подчиненной. — В твоей измене была виновата не я, Артём. И в том, что случилось потом, тоже. — Да какая теперь разница, Рита? — раздраженно возражает он. — Что случилось, то случилось. И сейчас я даже благодарен тебе за то, что ты тогда настояла на разводе. Потому что если бы я остался с тобой, то ничего бы этого не было — ни собственного бизнеса, ни квартиры в Москве, ни дорогой машины. Я бы так и руководил, наверно, тем отделом продаж. Это тоже звучит обидно. Как будто бы, только расставшись со мной, он обрел крылья. — Мы сильно отклонились от темы, — напоминаю я. — Давай вернемся к Даше. Я буду искренне тебе благодарна, если ты сам скажешь ей, что погорячился, и что будет лучше, если она окончит именно ту школу, в которой она училась все эти годы. Здесь, в Питере, тоже есть отличные репетиторы, которые смогут подготовить ее к поступлению в вуз. И если она выберет МГИМО, я не буду возражать. Вот тогда, получив аттестат, она и приедет к тебе в Москву. А пока она может приехать к тебе на каникулы. Мне кажется это разумным. Я уверена, он и сам прекрасно это понимает, но возражает мне лишь из упрямства и желания мне досадить. — А давай ты не будешь решать за Дашу? Ей уже шестнадцать. Она сама может выбрать, с кем из нас она хочет жить. И неужели ты думаешь, я стану удерживать ее насильно, если ей у нас не понравится? — Ну, это же не дело — в десятом классе менять школу по несколько раз! — возмущаюсь я. — Даша — не игрушка. А если она станет обузой для твоей будущей жены? Вдруг они не сойдутся характерами. Как ты будешь выбирать между ними? Вообще-то Дашка может не сойтись характером и с ним самим, но это я сказать не решаюсь, чтобы еще больше его не разозлить. Мне еще хочется договориться с ним по-хорошему. Ответить он не успевает. Музыка стихает, и я отступаю от Стрельникова на шаг. Он провожает меня к столу, а сам возвращается в середину зала уже с Ланой. И они, надо признать, довольно неплохо зажигают под рок-н-ролл. И вдруг оказывается, что этот танец умеют танцевать и нынешние школьники. — А вы неплохо смотрелись вместе, — говорит Зоя. Но когда я бросаю на нее осуждающий взгляд, она оправдывается: — Ну, извини. Я просто ужасно расстроена. Я так хотела, чтобы вы опять были вместе, а тут вдруг откуда ни возьмись появилась эта лахудра. — Зоя, мы со Стрельниковым не можем быть вместе! После того, что случилось, не можем. Но, я надеюсь, что мы с ним можем общаться как нормальные взрослые люди — хотя бы потому, что у нас есть общая дочь. Мне не нравится этот разговор, и я отправляюсь в дамскую комнату припудрить носик. Смотрю там на себя в зеркало и замечаю какой-то лихорадочный румянец на щеках. Неужели я так разнервничалась из-за разговора с Артемом? Дверь открывается, и Лана подходит к соседнему умывальнику. — Ужасно тут жарко, правда? — она улыбается. — Вы извини, мы, наверно, как снег на голову вам свалились? Я говорила Тёме, что этот разговор нужно было начать заранее, а не в ресторане. Тогда, может быть, вы отнеслись бы к этому по-другому. — Я в любом случае отнеслась бы к этому именно так, — холодно отвечаю я. — Конечно, Даша будет решать сама, но я надеюсь, что она останется со мной в Петербурге. А вот после окончания школы она уже выберет, в каком городе она захочет жить. — Вот как? — правая бровь ее изумленно выгибается. — А вам не кажется, что вы сейчас думаете не о дочери, а исключительно о себе? В вас говорит уязвленное самолюбие. А может быть, вы расстраиваетесь из-за того, что в случае, если Даша переедет в Москву, вы лишитесь довольно значительной суммы алиментов, которую Тема каждый месяц вам перечисляет? И кстати, в этой ситуации алименты должны будете платить уже вы, а не он.