Глава 32

Влад Она замирает посреди комнаты… Смотрит куда-то себе под ноги невидящим взглядом. Губки поджаты, крылья носа раздуваются от глубокого вздоха… Моя Марьяшка пытается на что-то решиться. – Марьян, – зову я ее несмело. – Мы с мальчиками уедем в деревню, – начинает она. – В наш дом. Меня все равно уволили. – Марьян, – вскидываю сжатые кулаки, стискиваю зубы. Ну как ее переубедить? Как? – Давай хотя бы в отель? Там ЧОП… – Обойдемся! В деревне муха не проскочит. Чужих сразу видно! К тому же… – замирает, испытующе на меня смотрит. – Ты сказал, что хочешь посадить Фоменкова? – Хочу! – киваю. – Очень… Он… – слова комом становятся в горле. – Они с Хмельницкой чуть ли не со школы вместе, – провожу пятерней по волосам. – Естественно, что она прошла все проверки… Ее уже есть за что сажать. А у него пока в лучшем случае халатность… – Не халатность, – тихо отзывается моя девочка. – Помоги мне. Она указывает на какую-то коробку, стоящую на антресолях. Становлюсь на табурет, снимаю ее… – Там на дне… Но я уже раскрыл… Раскрыл и забыл как дышать… Сверху лежит фотоальбом. И заглавная фотография на обложке – УЗИ двух комочков. По очертаниям смутно напоминающих человечков… Замираю… Тянусь рукой и не смею тронуть… Сердце колотится так, что чуть не выпрыгивает. – Я с этим к тебе пришла, – будто из-под воды слышу голос Марьяны. – Я тебе хотела это показать, но ты меня опередил… Показал свое кино… Жмурюсь… Как больно… Как же больно!!! Один шаг! Всего один шаг, один жест, одна фраза отделяли меня от того, чтобы стать их счастливым отцом… – Ты когда-нибудь сможешь меня простить? – спрашиваю хриплым шепотом, не оборачиваясь. Молчит. Не отвечает. – Там на дне оранжевая папка! – ее голос дрожит. Плевать я сейчас хотел на оранжевую папку… Медленно переворачиваю страницы… Боже… Какие они крошечные… – Это Сашка, – шепчет Марьяна. – Лешка меньше был, мне его позже принесли… На следующей странице они широко улыбаются беззубыми ртами. Удивительно, но мне они кажутся совсем не похожими… У Леши носик остренький, как у Марьяшки, и разрез глаз немного другой… А Саша… Саша – вылитый я… Только светлый. Вот тебе и доминантные гены… Ловлю себя на том, что улыбаюсь… И в груди растекается тепло, а горло перехватывает комок… На следующем развороте они уже сидят в стульчиках. А вот в качелях… А это какой-то детский аттракцион… А вот чумазые на земле в одних майках… И уже рядом гусь… – Гоша? – спрашиваю, смеясь. – Гоша, – тоже улыбаясь, кивает Марьяна. – Где Гоша? – вылетает из детской Лешка. – Где? – Да успокойся, поедем мы к твоему Гоше, – покровительственно отвечает сыну моя девочка, а тот аж подпрыгивает на месте. – УРА!!! – Поедем? Правда, поедем? Когда? Сегодня? Мам? А дядя… Мам? А папа? Мам… Их вдруг стало очень много! Четверо! Не меньше! Судя по рукам, глазам и голосам! Они мечутся между нами, радостно вопя и подпрыгивая. – Я уже вещи собрал! – Мам, давай сегодня! – Мы же в сад не пойдем! – Мам, а Алису возьмем? – А папу Влада? У меня по спине идут мурашки… Смотрю на них растерянно… Папа Влад… Это я что ли? Черт! Уничтожу тех двоих, из-за которых я жил без своих детей! – Марьян, какая оранжевая папка? Оборачиваюсь, а она плачет… Еле заметно, в уголках блестят слезы. Вижу сжатые губки, чувствую, что она задержала дыхание… Мальчишки не замечают. Скачут и кричат. А она плачет… – Марьян, – тянусь к ней, беру ее за руку. – Влад! – отдергивает ладонь. – Забирай эту папку и исчезни наконец! . Марьяна – Какого черта ты это не сдала мне? Он наконец-то посмотрел документы. Побледнел, потом покраснел… Глаза бешеные… Ну да. Я что-то такое и предполагала, когда это собирала. Только это было ДО того, как он обвинил меня во всех хищениях. – Угадай с трех раз! – рычу на него в ответ. Ругаться сложно! Вокруг нас скачут мальчишки и радостно вопят, предвкушая возвращение домой. – Марьян, – он стискивает зубы, жмурится. Вижу, как по горлу ходит кадык, вижу играющие желваки на его скулах… Сильный, яростный, красивый… Какой же он… Притягательный. Черт! Марьяна, отвернись! – Влад, забирай документы и уходи, мне еще вещи паковать. – Марьян, давай уедем сейчас отсюда? Пожалуйста… Я боюсь за вас… – Влад, ты же их посадишь? – указываю рукой на папку. – Посадишь! Значит, нам ничего не будет угрожать! – Малышка… – начинает он с тяжелым вздохом. – Не смей меня так называть! – ору в ответ. – Да как тебя еще называть, если ты ведешь себя, как ребенок? – он также орет на меня. – Иди к черту, Свиридов! – Только вместе с тобой! – Мам? Мальчишки стоят растерянные и наблюдают за нашей перепалкой… – Ребят, – Влад поворачивается к ним, присаживается на корточки, – вы же настоящие бойцы у мамы? А эти двое довольно кивают. – Ребят, тут такое дело! Будем играть в секретный штаб! – заговорщически произносит Свиридов. – Влад! – пытаюсь вмешаться я, но он не обращает на меня никакого внимания. Как, впрочем, и мальчишки… – Итак! Слушай мое задание! – Лешка щурится, а у Сашки глаза блестят от восторга. – В квартиру никого не впускать, – оборачивается на меня. – И никого не выпускать! Самим пост без особого распоряжения не покидать! Отчитываться только мне! Отвечаете головой! Заканчивает он строго, а мальчишки звонко салютуют: “Есть!” Влад оборачивается ко мне, и уже безо всяких игр: – В течение часа я организую около квартиры охрану. Будь добра, не выгоняй мужиков, – вздыхает. – А пока с вами побуду я…