Глава 10

Вечер выдался теплым и тихим. Рина уже спала, обнимая своего динозавра, а Алиса сидела на крылечке с чашкой чая и смотрела на небо и звезды. Где-то ниже по улице пару раз гавкнула собака, где-то тихо звякнул колокольчик на шее коровы или козы, видно, животное укладывалось спать. Одуряюще вкусно пахло ночной фиалкой и ещё какими-то цветами, цветущими по ночам. Алиса с наслаждением дышала и ей хотелось улыбаться. В их с Риной доме пахло травами и пирогом. Пирог пекла опять баб Шура с Риной. Женщина, когда Алиса пришла за Риной, всучила ей в руки огромный кусок со словами: — На, ешь, а то глазам больно не тебя смотреть! Совсем худая стала. Ветер дунет, улетишь. Алиса конечно же взяла, поблагодарив. Телефон, лежащий рядом на ступеньке, вдруг завибрировал входящим вызовом. Алиса вздрогнула, и быстро посмотрела на экран. Там высветилось имя “Игорь”. Выдохнула, ругнувшись на себя. Несколько дней тому назад она купила новую симку и на этот номер могли позвонить только те, кому она сама его дала. И всем этим людям она доверяла. Сердце дернулось, радостно застучав, но она несколько секунд просто смотрела на высвечивающееся имя, не решаясь ответить. Потом выдохнула и всё-таки приняла вызов. — Алло? — спросила негромко. Окно в дом было открыто, Рина вряд ли бы проснулась, здесь девочка стала гораздо спокойнее спать, но это уже была многолетняя привычка, говорить тихо, если спит дочь. — Привет, Лиса-Алиса, — голос Игоря звучал бодро, ей даже показалось, что мужчина улыбается. — Ты долго не отвечала. Я тебя не разбудил? — Нет, что ты. Рано же ещё. Рина спит, а я чай пью, — она смущенно улыбнулась — глупо прозвучало, но уж как есть. — Алис, у меня к тебе предложение, — Игорь помолчал. — Завтра у нас выходной. Я хотел предложить съездить в парк, там аттракционы, сахарная вата, мороженое. Думаю, Рине понравится. Поедешь с нами? — С нами? — переспросила Алиса, не понимая, кого Морозов имеет ввиду. — Ну да. Со мной и с Риной, — он усмехнулся. — Или ты думала, я один на карусели буду кататься? Алиса тихо рассмеялась, он всегда умел её рассмешить. Но… Парк. Люди. Много людей. Игорь — он всё-таки губернатор, его все знают, а тут они с Риной. Потом разговоров же не оберешься. — Я не знаю, Игорь, — проговорила, со вздохом. — Рине, конечно, понравится, но… — Но? — переспросил. — Не хочу, чтобы ты тратил на нас время и деньги. Ты и так уже столько сделал. И потом, не боишься лишних сплетен? — Алиса, — голос его стал серьёзнее. — Пойдем с последнего пункта твоих возражений: нет, сплетен я не боюсь. Теперь дальше: я не трачу — я провожу время с теми, с кем мне хочется его провести. Это разные вещи, как ты понимаешь. И потом, — его голос смягчился, — Рине нужны положительные эмоции. Ей нужно быть ребёнком. Ты же сама говорила, что хочешь, чтобы она больше радовалась. Она любит сахарную вату? — Кажется, все дети её любят, — Алиса грустно улыбнулась. Она ответила и замолчала. Игорь был прав. Рине нужны обычные детские радости, карусель, вата и мороженое. Её дочь точно заслужила обычное беззаботное детство и ей точно надо заменить отрицательные эмоции на новые, радостные. — Хорошо, — выдохнула она. — Мы поедем. Во сколько? — Ну, я думаю, в десять? Удобно вам будет? Проснетесь? — Игорь, в отличии от Родиона, не ставил её перед фактом, он спрашивал. — Да, удобно. — Отлично! Одевайтесь комфортно. Будем много ходить и много кататься на каруселях, — он тихо рассмеялся. — Хорошо. Спасибо, Игорь, — проговорила она с благодарностью. — Не за что пока. Выходной день на то он и выходной, чтобы отдыхать, и желательно, в приятной компании. Спокойной ночи, Лиса-Алиса. До завтра. — Спокойной ночи. До завтра. Она нажала на “отбой” и прижала телефон к груди. Сердце учащенно билось, в груди было тепло, а где-то в животе порхали пресловутые бабочки. Алиса сидела, вспоминала их с Игорем разговор, разбирая его на предложения и интонации, как делала это когда-то давно, в прошлой жизни, и улыбалась. Они завтра все вместе пойдут в парк, на аттракционы. Будут есть мороженое и сахарную вату. О том, что Рина ещё ни разу в жизни не ела вату, Алиса постеснялась сказать Игорю. Ей было банально стыдно, что её дочь не знает, что это такое. — Ладно, утро вечера мудренее, — вспомнила она слова бабули, поднялась со ступеньки и вошла в дом. Завтра их всех ждал радостный день. Во всяком случае, Алиса искренне на это надеялась. Она вымыла чашку, закрыла окно, проверила дверь и легла в кровать. И уже лежа под одеялом, опять вспоминала голос Игоря и его улыбку. Думала, что не сможет уснуть, но в сон провалилась неожиданно быстро. Точно так же, быстро и неожиданно, наступило утро — её разбудила Рина, забравшись к ней под одеяло. Дочка обняла её своими тонкими ручонками, устроившись у матери под боком. Девочка явно собиралась ещё поспать, но тут кукушка прокуковала девять раз, и Алиса резко проснулась. — Ринка, мы чуть не проспали! — Алиса не веря своим ушам, нашарила под подушкой телефон и проверила время там. — Куда не проспали? — Рина распахнула глазенки и с удивлением смотрела на мать. — Нас сегодня дядя Игорь пригласил в парк. На карусели! Давай бегом вставать и умываться, — скомандовала Алиса дочери. — Ну как так-то, а? Ну как мы с тобой проспали-то, а? — ворчала она, заправляя кровати. Рина, узнав про парк, начала носиться по дому, как ураган. — Мама! Мама! А там будет карусель с лошадками? — Наверное, солнышко. — А большое колесо? — Колесо точно будет, я видела, — вспомнила Алиса. — А я могу взять с собой Эльвиру? — дочка затормозила посреди комнаты и прижала к себе любимую куклу. — Можешь, солнышко. Только давай, одевайся скорее и кушай хлопья с молоком, а я пока тебя заплету, дядя Игорь уже совсем скоро приедет. Дочь, услышав это, рванула в спальню, быстро оделась и уселась за стол. Алиса улыбалась, глядя на то, как быстро дочь уплетает завтрак. Рина ела, а Алиса расчесала её густые волосы и быстро заплела две косички. Надо было ещё и самой как-то успеть, привести себя в порядок до приезда Морозова. Не хотелось предстать перед мужчиной нечесанной лахудрой. Нет, ну вот как они проспали? И в голове, сами собой, всплыли слова бабули: “Ох, внуча. В городе-то оно понятно, лучше, чем в деревне. Но у нас тут воздух не простой. Целебный! Все беды душевные лечит и дает силы жить дальше!”. Тогда она бабулечке не поверила, а теперь вот сама, лично, убедилась — определенно и лечит, и дает силы жить.