Глава 6 · «Наш паровоз вперед летит…»

«Memento mori» (лат.)

«Помни о смерти»

Что можно сказать? Следующий год пролетел для меня почти незаметно.

Мы с мужем оба принялись с огромным энтузиазмом наверстывать упущенное, работая практически круглосуточно и отказавшись от отпусков.

У нас в «Диалоге» дым стоял коромыслом, и работы было столько, что порой мы с ребятами даже дремали вполглаза ночью в офисе между раундами очередных переговоров и мозговых штурмов.

Муж мой, естественно, не был особенно в восторге, но сложный период наступил и у него в транспортной компании, так что приходилось выкладываться от души и Зубовым тоже.

Мои родители в последнее время больше занимались своими делами, чем продвижением родственников вперед и вверх, так что Сергей Борисович и Борис Сергеевич, не говоря уже про Эльвиру Эдуардовну, вынуждены были справляться своими силами.

— Год этот выдался — натуральная жесть, — заметил Борюсик, когда вместе со всеми родителями мы выбрались на новогодние праздники в дом отдыха на Финском заливе.

Сил организовывать что-то у себя не нашлось, а тут матушка моя оказалась знакома с владельцами, и мы по спецпредложению получили большой коттедж на четыре дня.

Первые сутки мы с мужем отсыпались, матери наши бродили по окрестностям и определялись с планами на торжество, а отцы — отмечали.

Ну, каждому свое, как говорится.

И вот сейчас, сидя в гостиной у камина и слушая мужа, я только покивала, хотя результатами как финансовыми, так и карьерными была довольна.

Мой скромный отдел в «Диалоге» расширился до Управления, а уже почти перед самыми новогодними каникулами, отмечая с руководством в узком кругу завершение года, я услышала и вовсе удивительное:

— Ален, все тьфу-тьфу, так складывается, что если проект фестивалей зайдет и принесет хотя бы половину от планируемой прибыли, то мы, скорее всего, по твоему направлению сделаем Департамент. Добавим туда, пожалуй, китайцев и корейцев, и, может быть, Кавказ. Ты как, справишься?

Для начала я впала в ступор, но потом собралась и хмыкнула:

— «Партия сказала: надо. Комсомол ответил: есть!» Ты же знаешь, товарищ директор, будет задача — будем решать.

— Ну и отлично, Алёна Андреевна, с наступающим тебя. Держи честно заработанные бонусы. Хороших выходных!

Перспективы впечатляли, и теперь, валяясь в коттедже на диване и грызя какие-то праздничные вкусности, я прикидывала: как мы будем договариваться с коллегами, какие пути развития нам наиболее выгодны, а где надо хотя бы обозначить присутствие. Мечтала о грандиозных свершениях, короче.

Боря наслаждался отдыхом, беседами со старшим поколением и вкусной едой, то есть тоже был счастлив, а от этого заботлив и внимателен.

Надо сказать, что Новый год мы встретили отлично.

А бонусы от начальства действительно оказались хорошими, поэтому на оставшуюся часть зимних праздничных каникул мы с Борей полетели в Сочи.

— Надеюсь, в этот раз мы просто погуляем по берегу моря, полюбуемся обновлённым городом и олимпийскими объектами, да, милый? — уточнила на всякий случай, когда собирала чемоданы.

И поняла, что очень часто взрослые мужчины — это упрямые и азартные мальчишки, потому как именно в этот момент Борюсик вытащил из гардеробной наши горнолыжные костюмы.

Оставалось только мысленно выругаться.

— Охота хуже неволи, — хмыкнул Сергей Борисович, подвозя нас со всем лыжным снаряжением в аэропорт.

Как бы мне ни хотелось вопить и топать ногами, взывать к разуму и напоминать о неприятном недавнем прошлом, я держалась. Потому что в последнее время при любом нашем несовпадении взглядов или споре с мужем, исход конфликта всегда был один.

— А вообще, правда, чего это мы все глупостями занимаемся? — вдруг вспоминал свою давнюю идею-фикс супруг. — Ты из-за вечной работы и жизни-то не видишь! Давай, Ален, сворачивай настолько мощную трудовую деятельность. Карьера построена, куда там еще расти-то? Пора, пора нам, милая, уже порадовать наших родителей внуками!

Несмотря на то что в последние годы вокруг нас у друзей, знакомых, соседей и приятелей детишки появлялись один за другим, мнение моё по этому вопросу осталось неизменным:

— Зачем? Ради чего обрекать маленького, ни в чем неповинного человека, на трудное детство вместе с холодной матерью и вечно занятым отцом?

Ведь я же выяснила: в Бориной картине мира, ребёнок являлся в основном моей задачей.

— Алёнка, конечно, дети — это исключительно женская забота, да. А я? Ну, отец — образец для подражания, глава семьи, человек, который добывает мамонта.

И как-то перспектива сидеть дома меня не просто печалила, она пугала.

Поэтому я молчала и с мужем не спорила.

Но это были не все ужасы в моей жизни.

Да, пока Боря маялся с гипсом, мои родители довольно часто навещали нас и поддерживали: папа беседовал с мужем и помогал мне по дому — прибить, закрутить, сменить фильтры и прочее, а мама священнодействовала на кухне и возилась с цветами.

И как-то неожиданно, рассматривая родителей за одним из совместных ужинов, мне пришло в голову:

— Как же они постарели! Кошмар. И папа совсем седой, осунулся, глаза запали. А мамочка бледная, полупрозрачная какая-то.

Стало страшно.

Родители — это опора, дом, тепло, радость и память. Пока они были рядом, я чувствовала себя в безопасности.

— Папа сегодня плохо спал, мы не приедем, — иногда говорила мама, а я вздыхала: серьезно обследоваться и лечиться отец категорически отказывался.

Глотал таблетки и вновь спешил на работу. Тревожно было оттого, что сердце его начало шалить еще лет пятнадцать назад, но тем не менее заниматься своим здоровьем он отказывался наотрез:

— Все под богом ходим. Сколько отмерено — то мое. Кому быть повешенному, тот не утонет, — вот и вся история.

А теперь, встретив с весьма бодрыми родителями Новый год, мы отбыли на юг, и я малодушно понадеялась:

— Вроде папе стало лучше. Может, и правда, он еще молодцом?

Когда же мы возвратились в Петербург с «Красной Поляны» целыми и условно невредимыми, потому как некоторые все же упали на склоне не раз и не два, папа даже приехал нас встретить:

— О, молодежь, как вы? Бодрячком? Живы-здоровы? Отлично! Давайте сейчас надо всем ударно потрудиться, а к весне будем с твоими, Борис, решать про дачу. А то матери ваши как-то загорелись домиком на берегу залива.

Вообще-то, эта идея нравилась всем, так что мы с родственниками остаток зимы и начало весны бурно ее обсуждали, выбирали направление, смотрели участки, спорили, что лучше: проект или готовый дом?

А двадцатого марта у папы на работе случился инфаркт.