Седьмая глава

Резко хлопает дверь, и всего в несколько широких шагов Никита останавливается возле меня. Словно специально он обнимает меня за талию, чуть привлекая к себе, а потом поворачивается к Диме с Денисом.

— Привет! Как дела у самого лучшего сына на свете?

Убираю его руку с талии, немного отстраняясь, на что он недовольно морщится, но продолжает смотреть на Дениса.

— Папа Никита, смотри, это мой новый друг — дядя Дима, мы вчера с ним так здорово провели время, — радостно докладывает ему мой сын, слезая с Диминых рук. — А ещё он сейчас отвезёт меня в школу.

— А я думал, что ты поедешь со мной, я как раз ехал за вами, — кто-то явно ведёт нечестную игру.

— Не, я уже дядя Диме пообещал. Мы с тобой на следующей неделе поедем, хорошо?

Я вижу, как Никиту цепляет отказ Дениса, но он всё равно улыбается и кивает ему.

— Ладно, нам уже пора, — говорю я, а Дима открывает дверь своего внедорожника и помогает сыну сесть в машину.

Я иду к ним, но Никита останавливает меня, хватая за руку и, слегка наклоняясь к моему уху, недовольно произносит:

— Что всё это означает?

— Ничего. Дмитрий предложил нас подвезти, Денис согласился.

— Я не про это. С каких пор Любимцев стал его другом?

— Ксения, ты идёшь? — кричит Дима, прерывая наше общение, и пристально смотрит на нас.

— Да, иду. Спасибо, Никит, за заботу.

— Я жду тебя у себя после планёрки, — сухо произносит мой бывший муж и ведёт меня к внедорожнику Дмитрия.

После того как я сажусь рядом с Денисом, он что-то резко говорит Любимцеву, а затем садится в свою машину и уезжает.

— Чьё-то утро началось не с той ноги? — Дима ловит мой взгляд в зеркале заднего вида, и я вижу искры довольства в его глазах.

Я не собираюсь ему отвечать, лишь поворачиваюсь к сыну и проверяю, пристёгнут ли у него ремень безопасности. Через десять минут мы останавливаемся возле школы, и довольный Дениска убегает, едва завидев своих друзей.

— Поехали завтра ко мне за город? — спрашивает он, после того как машина вновь набирает ход.

— Мы, кажется, это уже обсуждали. Я вообще никак не могу понять, с чего ты вдруг решил стать таким заботливым? Что сподвигло тебя приехать к нам в несусветную рань?

— Ты и сама прекрасно знаешь, что мной двигало.

— Нет, не знаю, — взрываюсь я. — Тебя не было столько лет, а теперь ты вдруг возник словно из-под земли и пытаешься подмять всю нашу жизнь под себя.

— Если бы я знал, что у меня есть сын…

— Да, конечно, это же я виновата, что ничего тебе не рассказала.

— Не нужно впадать в крайности, Ксения.

— Я умоляю тебя, не нужно вот так лезть в нашу жизнь. Мы прекрасно жили без тебя.

Он стискивает зубы, и я вижу, как дёргается его кадык, однако он находит в себе силы ответить мне.

— Ты можешь считать так, как тебе угодно, но ты не имеешь права лишать меня возможности видится с ним.

— У тебя ведь нет к нему никаких чувств, — в груди всё горит от мешанины того, что я сейчас ощущаю. — Уверена, ты даже до конца ещё не осознал, что являешься его отцом. Но Денис не лекарство для нашего с тобой прошлого. Я не изменю своего мнения о нас вне зависимости от того, станешь ты для него хорошим отцом или нет.

Я вижу, как он с силой сжимает руль и придаёт газу, проскакивая на мигающий жёлтый.

— Ты права, не так просто прийти в себя после известия, что у тебя есть уже довольно взрослый ребёнок. Но я ничего не знаю о нём лишь потому, что у меня не было такой возможности. И сейчас, если понадобиться, я буду землю носом рыть, но сделаю всё, чтобы быть рядом с ним.

— Вот только это всё равно никак не изменит того, что произошло между нами.

— Я понимаю, что ты обижена на меня, но не нужно делать из меня вселенское зло. Я не собираюсь причинять ему боль. Буду другом, дядей, кем скажешь. Но я хочу узнать его и иметь возможность поддержать, если ему понадобится моя помощь. Что бы ты сейчас ни думала, я принял решение, и мне бы не хотелось ссориться с тобой при каждой нашей встрече.

Я отворачиваюсь к окну, чтобы не продолжать этот разговор. Последние несколько дней окончательно измотали меня. Возможно, он прав, наши с ним ссоры и правда ни к чему хорошему не приведут. Да и я уже не смогу убрать его из жизни Дениса. А то, что произошло между нами, никак не касается нашего сына.

Может и правда стоит дать ему шанс построить отношения с Денисом? В конце концов, никто же не заставляет нас с ним возобновлять отношения. А я буду счастлива, если будет счастлив мой сын.

— Хорошо, — в итоге произношу я. — Я поговорю с Дениской и если он захочет, то завтра я позвоню тебе.

Машина останавливается прямо напротив главных ворот, и Дима мгновенно поворачивается ко мне.

— Спасибо, — сдавленно произносит он, и я вижу, что в его глазах сейчас столько эмоций, что я не выдерживаю его взгляд и выхожу из машины.

Работа всегда помогала мне отвлечься от насущных проблем, поэтому я с удовольствием погружаюсь в изучение отчётов за те дни, что меня не было. Я даже забываю про обед, вернувшись в реальность лишь от звонка секретаря Никиты с просьбой прийти к нему.

Морщусь, понимая, что меня ждёт ещё один тяжёлый разговор, но решаю не откладывать его в долгий ящик и иду к нему. Заметив меня, секретарь лишь кивает и тут же продолжает что-то печать. Делаю глубокий вдох и захожу в его кабинет.

— Я пришла, — говорю я и прохожу к его рабочему столу.

Вот только я никак не ожидаю того, что он мгновенно окажется возле меня, а затем, крепко прижав к себе, впивается в мои губы жадным, собственническим поцелуем.