69

— Красивое место, — сказала я, разглядывая интерьер ресторана, украшенного к новому году.

Невольно и я заразилась этим новогодним настроением, хотя встречать новый год в который раз я планировала с Лизой, мамой и братом Димкой. Это уже скорее привычные семейные посиделки, нежели прямо праздник для меня. Хотя детям сказку мы, конечно, с мамой делаем: покупаем подарки, ставим ёлку, украшаем мамину квартиру.

— Никогда тут не были, Марьяна? — спросил он.

Мы уже сделали заказ и нам принесли кофе, чтобы не скучали в ожидании блюд. Оба голодны и набрали приличное количество еды… Как бы не лопнуть теперь!

— Была, — ответила я. — Давно, с поставщиками. Но тогда не было украшений новогодних… Это даёт совершенно особенную атмосферу.

— Мне кажется, новогодняя атрибутика всегда делает всё вокруг себя особенным.

— Наверное… Сказочным.

— Именно. Волшебным как будто. И невольно начинаешь ждать новогоднего чуда.

— Да… Как ребёнок. Как моя Лиза.

Наша Лиза. Наша. Но Максим этого не знает. И пока, наверное, я не готова сказать…

А когда буду готова — не знаю.

Не сейчас.

— Я думаю знаете как, Марьяна? — улыбнулся мне Максим. — Мы никогда до конца и не вырастаем. Внутри нас продолжает жить ребёнок, который хочет праздника, подарков и чудес.

— Наверное, — улыбнулась я в ответ. — Но когда в нашу жизнь приходят дети, нам приходится взрослеть и заботится о них. И теперь уже они ждут праздника, чудес и подарков, а мы, мамы, этот праздник создаём уже, совсем как в нашем детстве родители. Теперь наша очередь.

— Ну, у меня пока детей нет… Сложно это как-то прокомментировать. Но да, пожалуй, соглашусь: когда родится мой ребёнок, я стану ещё серьёзнее, буду ещё больше работать, чтобы обеспечить жену и ребёнка. Детей. Я хочу несколько детишек… А вы? У вас только дочь. Вы хотите ещё детей, Марьяна?

Такой неожиданный вопрос застал меня врасплох.

Вообще-то, у Максима дети тоже есть — наша Лиза, просто он об этом не знает.

Наверное, стоит ему всё же рассказать, что он — уже отец. Он имеет право знать.

Нечестно с моей стороны молчать об этом, если уж мы с Малининым встретились вновь и он сам изъявляет желание воспитывать детей.

— Вы знаете, Максим… — заговорила я, раздумывая о том, как и когда мне всё же сообщить ему о том, что дочь у него уже имеется… И какова будет реакция мужчины. — Я растила Лизочку одна. Ну, с мамой и братом. Без отца малышки… И я хочу сказать, что это очень непросто: как морально, так и физически. И не знаю, решусь ли ещё рожать малышей… Возможно. Если рядом будет мужчина, которого я буду любить и который будет любить меня, в котором я была бы уверена, что он не сбежит и не оставит меня одну, носящую под сердцем его малыша.

Малинин как-то очень серьёзно смотрел на меня, сдвинув брови.

Мне показалось, что он понял или почувствовал этот намёк на него: ведь это он сбежал от меня после свадьбы. От себя, по большей части, но и от меня, и от ребёнка, который в ту ночь у нас получился.

Максим задумался об этом. Он ничего не говорил, но я словно видела его мысли… Чувствовала.

Может быть, вот он, тот самый момент?

Пора сказать?

— Я понимаю, о чём вы говорите, Марьяна, — кивнул он. — Вполне логичные и простые желания для любого человека, так сказать, базовые потребности. Каждая женщина хочет чувствовать себя в безопасности рядом с мужчиной, особенно, когда готовится стать мамой или уже ею стала.

— Да… Да. Именно об этом я и веду речь.

Мы снова на какое-то время замолчали. Я ёрзала на мягком диване, словно мне попадались на нём какие-то иголки…

— Максим я… Должна кое-что вам сказать, — собравшись с духом произнесла я.

— Что? — снова всмотрелся он в меня.

— Лиза, она…

— Что?

Я замялась. Сложно так вот взять и сказать в лоб: Лиза — твоя дочь, Максим.