Глава 43

Глава 43

Сразу после регистрации брака мы с Плеховым собираемся на реализацию. Группа уже выехала. И нам пора.

Целую в коридоре расстроенную Нелечку.

– Не грусти, жена, – прижимаю к себе. – Бармалеям по шапкам надаем и вернемся. Только вы пока никуда не выходите. Да и нет смысла…

– Мы пока чаю попьем, поболтаем, – улыбается Лена. – Езжайте, мальчики! – осеняет крестом сначала Олега, потом меня.

Нелька тоже крестит.

– Береги себя.

– Естественно, – снова целую. Теперь уже в висок. И никуда не хочу уходить. Вот прям ноги приросли к полу. Топчусь в коридоре. Говорю какие-то глупости.

– Андрюх, – кладет мне на плечо руку Плехов. – Пора.

Отлипаю от любимой. Понуро спускаюсь вместо с Олегом на лифте. Садимся в минивэн, а там уже вся группа в сборе.

Едем молча. В окно смотрю. О Нельке думаю. О нашей совместной жизни.

Дом, наверное, нужен другой. В этом мы на виду. Вон, часть забора сняли, собаку заманили… Совсем страх потеряли…

А мне для семьи стопроцентная безопасность нужна.

У Плехова в телефоне играет «От героев былых времен» из фильма «Офицеры». Отвлекаюсь от мечтаний. Кошусь на друга.

– Да, товарищ генерал-лейтенант, – слушает внимательно. Мне одними губами выводит беззвучно. Асисяй. – Так точно. Работаем.

И я напрягаюсь. Лунин – наш непосредственный шеф. У него два зама в генеральских погонах. Собственно, Олег Иванович Плехов и Севастьян Михайлович Ханин. Хан тоже наш сокурсник. Вместе в училище тарабанили.

«Все генералы кругом, один я полковник!» – снова отворачиваюсь к окну. Говорят, и я бы дослужился, если б не пер напролом и исполнял приказы в точности».

А так… Манал я, когда речь о жизни моих людей заходит. Когда вывозили Лань, тоже какие-то умники орали, требовали вернуться. Ага, сейчас.

И за Гусем я в самое пекло сунулся, на себя вызвал огонь, тоже приказы интересные отдавали. Вот бы я их слушал. Людей бы потерял, и Олега не вернули бы…

– Да, понял. Подключаемся. Группа Азота. Да, – рапортует Гусь.

Твою ж мать, а там что стряслось?

Поворачиваюсь к другу. Смотрю выжидательно.

– Покушение на Хана, – цедит, ощерившись, Плехов.

– Ранен? Сильно? – сыплю вопросами.

– Нет, Хан – здоровый кабан. Что ему сделается, – усмехается Олег. – Прикинь, отравить решили. Асисяй нас подключает. С завтрашнего дня.

– Выходит, времени у нас немного, – перевожу взгляд на часы. – Давай сейчас к шестикрылому завалимся. Потрусим хорошенько. Может, что и скажет болезный. А потом на адрес съездим, где эти черти ошиваются. Думаю, застанем еще?

– Или наоборот? – скептически смотрит на меня Иваныч. – Сначала в адрес, а потом за дедом. А то предупредит их…

– Нет, – мотаю головой. – Первым нужно брать Серафима. От него все ниточки тянутся. И адресов может быть несколько. Да и сболтнуть может что-то ценное…

– Уговорил, – усмехается Гусь. – Откуда заходим?

– Да с моего двора. Калитку, конечно, блокируем.

– Годится. А ты с домом что решил, Андрюх? – интересуется осторожно Плехов.

– Этот продам и новый куплю где-нибудь в коттеджном поселке, – отвечаю как на духу.

– Хана нужно спросить. Он там участок подшустрил рядом с Луниным и Кирсановым.

– Узнаю потом. Прикинь, мужик чуть на тот свет не отправился, а тут я со шкурными вопросами, – роняю понуро.

И до самого дома думаю. Размышляю. У меня ж собака, бл… и баба Зоя. Куда ее деть? Вот только захочет Сальма моя жить рядом с матерью Лани?

Вопрос.

Как раньше, уже точно не получится. Но и Зою Михайловну я бросить не могу. Разлучить с единственным внуком тем более.

Нужно с Леонеллой говорить. Ну не зверь же она! Должна понять.

А если нет? Сердце екает, в висках стучит… Вот она, семейная жизнь. Добро пожаловать!

Но я не жалею. Разрулю. Найду какой-нибудь выход. И снова прислушиваюсь к разговору. Плехов опять с кем-то треплется.

– Ну, давай вечером соберемся. Твой второй день рождения отметим, за семейное счастье Азота выпьем, – болтает весело.

«Хан?» – спрашиваю одними губами.

Олег кивает.

– Для тебя стараюсь, – отбивает звонок. Выглядывает в окно. – Приехали, кажись.

– Во двор заезжай, Петрович, – щелкнув брелоком, открываю автоматические ворота. – Выходим, пацаны, – командую притихшей группе. Вместе со всеми надеваю броник.

Просто п**дец какой-то! Сюр, бл…

В собственном дворе провожу реализацию. Это ж надо в такое влипнуть.

– Мурза, Клин, калитку под контроль. Остальные за мной, – выскакиваю первым. Олег, тоже в бронике и черной униформе, идет сзади. Еще не было такого, чтобы он в кустах отсиживался. Тем более сейчас дело личное. Ромка – его крестник.

Перемахиваем через забор. Осторожно обходим дом. Гляжу на яркий свет на кухне. Обычно Серафим энергию экономит. Баба Зоя над ним глумится постоянно.

А тут…

Значит, гости.

Вламываемся в дом.

– Ни с места! Работает спецназ.

А там картина маслом. Серафим в углу связанный, а у него в доме черти хозяйничают.

Кладем всех на пол. Надеваем наручники. Дурного шестикрылого деда отправляем в больничку при СИЗО. Слишком важный свидетель, чтобы на свободе оставлять.

– Надо бы еще по адресу смотаться, – вздыхает Олег.

– Да нет там никого, – усмехаюсь криво. Прячу пистолет в кобуру, иду к Рексу. Захожу в вольер. Пес кидается мне навстречу. Хвостом крутит. Подпрыгивает.

Как я могу его хоть на время оставить? Да и здесь мне нравится. Я этот дом для Нельки строил. Все размышлял, обрадуется она или нет. А теперь взять и продать?

– Ну, ну, – обнимаю собаку. – Рекс, ты бы так службу нес, – не успеваю увернуться, как большой язык облизывает меня от подбородка до лба. – Прекрати! – пытаюсь отмахаться. А сзади раздаются знакомые шаги.

– Ну и чуйка у тебя, Азот, – входит в вольер Гусь. – Вот как ты это делаешь? Будто заранее знаешь.

– Ничего я не знаю. Просто логика, – вздыхаю я. Поворачиваюсь к другу. – Не хочу я отсюда съезжать, Гусь. Все эти новомодные поселки не для меня. Забор поставлю кирпичный. Ворота покрепче. И достаточно.

– Да нормально все. Не кипишуй, Андрюх, – кладет мне руку на плечо Гусь. – Я тоже против этих дворцов и закрытых пространств. Ленку мою, если помнишь, с тихой улицы выкрали. Да и мы на что, братан?

– Согласен, – киваю задумчиво. – Ехать надо, – обнимаю Рекса. – Завтра увидимся. Привезу к тебе всю семью. – Все зашли в тачку? – ору группе захвата. – Тогда я выпускаю собаку!

Мужики ржут, как дети малые. Выходят спецом Рекса погладить.

– Хороший дом, Андрей Константинович, – кивает наш водитель Петрович. – Сразу видно, с любовью построено.

– Я старался, – улыбаюсь довольно. А сам привычно представляю тут хозяйкой Сальмонеллу. Выходит, не зря я фантазировал. Вот и намечтал себе счастье.