Глава 47. Прощение?

Ева

В этот раз у меня пышное платье, которое я тщательно выбирала с самым главным критиком. Есения придирчиво рассматривала все наряды, пока я примеряла на себя всё подряд. Остановились на том свадебном платье, про которое дочь сказала «будто из сказки».

Пока мы ходили по свадебным салонам, внутри меня всё время что-то сверлило, заставляло меня содрогаться, у меня томительно сжималось сердце. Наверное, я никак не могла выкинуть из головы своё первое неудачное бракосочетание. Незакрытый гештальт, как сказал бы мне любой психолог.

И я хотела уже сказать Егору, что мне всё равно. Давай просто поставим росписи и поменяем паспорта, где будет красоваться моя новая фамилия, но… Я поняла, что должна это преодолеть в себе.

Оставить прошлое там, где ему и место. Поблагодарить за то, что несмотря на все трудности, мы всё равно доказали всему миру, что достойны быть вместе, что наша любовь может преодолеть всё. А, значит, мне больше нечего бояться.

Что бы ни случилось, мы будем встречать все новые проблемы вместе. Рука в руке. С гордо поднятой головой.

Накануне свадьбы ко мне прилетели родители.

Маму я была рада видеть. Правда мне показалось, что она чем-то обеспокоена. Будто что-то снова случилось между ней и папой, но выспрашивать я не стала. А вот отец… Я заставила себя выдавить из себя улыбку, чувствуя, как внутри закипает огонь ненависти.

– Поговорим? – спросил он.

Только кивнула. Егор тактично забрал мою маму в другую комнату вместе с Есенией.

С тех пор, как произошло похищение дочери, мы сменили квартиру на дом. Теперь тут всё под сигнализацией, а ещё Егор нанял охрану, которая круглосуточно следит за нашими владениями. На время, когда я уезжаю на репетиции, а Егор – на работу, с дочерью сидит надёжная нянечка.

Но чаще всего мы предпочитаем возить дочь с собой, чтобы она была на глазах.

От паранойи не так просто избавиться.

Мы с отцом устроились в гостиной. Я села на диване подальше от него. Дистанция. Вот что мне нужно было. Да я бы на свадьбе его видеть не хотела, но решилась. Если этот разговор закончился бы плохо, то я бы послала его ко всем чертям.

Но я дала ему шанс. Просто рассказать, почему всё сложилось именно так.

За что он со мной так поступал?

– И что ты можешь мне сказать, папа?

– Я не хотел… Чёрт, Ева. Я думал, что сделаю твою жизнь лучше.

– В какой момент? – взорвалась я сразу. Слишком долго это во мне копилось. Столько лет… – Когда пытался заставить меня забыть Егора в первый или во второй раз? Когда сделал меня матерью-одиночкой? Или когда решил, что деньги для тебя важнее, чем семья?

Не сдержалась и подскочила с места. Слёзы потекли по щекам.

– Мы все, бывает, ошибаемся, – вздохнул отец. И его фигура вдруг вся осунулась. Я ожидала чего угодно, но не того, что он так быстро признает свою вину. – Я всё контролировал, как я думал. Но… я ошибался.

Отец провёл рукой по лицу. Вскинул на меня усталые глаза. А я ведь как-то сразу не заметила, что он постарел. Вроде и не виделись всего ничего...

– Я готов на всё, что угодно, ставь любые условия, лишь бы ты не вычёркивала меня из своей жизни.

– Зачем тебе это?

– Потому что я всё равно люблю тебя, моя малышка. Ты – моя дочь. И, даже если тебе кажется, что я действовал только исходя из своих интересов, это не совсем так. В первую очередь, я думал о том, чтобы у тебя всё было.

– У меня всё есть, – я взмахнула рукой и показала на окружающее пространство.

Это ведь для него главное? Деньги? Так Егор смог обеспечить тот уровень жизни, которого, по мнению отца, я достойна. Но для меня это всё не так важно. Когда-то я готова была бежать с любимым куда угодно и без единого рубля в кошельке.

– Я не мог этого предугадать. Но, признаюсь, Егор оказался достойной партией.

– Он не партия! Он мой любимый человек!

– Ева, постой, – перебил мой запал папа. – Я… иногда могу выражаться слишком грубо, сухо, скупо. Ты ведь понимаешь, бизнес делает людей жёстче… Просто скажи, что мне сделать? Как искупить вину перед тобой?

И я тогда загрузилась сильно. Разве он может что-то сделать? Как вернуть все нервные клетки, потраченные из-за его действий? Как восстановить то, что было разрушено? Я закалилась духом, я стала сильней, но я приобрела так много страхов, что могла бы стать для любого психолога ценным экземпляром.

– Закрой свой бизнес. Никаких больше тёмных схем и незаконных операций. Твоя деятельность косвенно касается всех нас. А я не хочу жить в страхе, – сказала я твёрдо. – Что же ты выберешь, папа? Деньги или семью?

Я сузила глаза, пронзая его своим взглядом, и застыла. Уверена была, что он скажет, что я сумасшедшая, раз предлагаю ему всё это.

Рустам… Он ведь полез ко мне и к нашей семье только из-за контрактов с отцом. А сколько ещё таких желающих добраться до богатств Ольшанского? Завтра я стану Строгановой, как и моя дочь. Но разве сложно узнать, кем я прихожусь Савелию Георгиевичу?

К счастью, хотя бы Рустама удалось поймать, когда он вышел на отца. Грозился, что похищение внучки это только начало, что он просто хотел продемонстрировать, насколько у него большие связи и что он ничего не боится, но его выследили по сигналу мобильного телефона. Спасибо генерал-майору Ростовскому, что был всё время в деле.

А та бабуля оказалась тётей Марии Погореловой! Правда, сама бабушка вообще не понимала, что происходит. Только твердила, что жених ей внучки привёл свою троюродную племянницу в гости…

Кто бы знал, что эта Маша тоже окажется как-то замешана в этом деле. Но увы! Ничего ей приплести не удалось. Но, насколько мне известно, театр, куда она собиралась устроиться работать в столице, в итоге ей отказал. Рустам её пытался протолкнуть, но из-за того, что теперь гниёт в тюрьме, никто Погореловой помогать уже не захотел.

– Закрою, – кивнул отец.

– Что? – переспросила я в шоке.

– Ты права. Пора прикрывать эту лавочку. Чтобы мои девочки были в безопасности.

И тогда я вдруг вся обмякла. Разрыдалась и даже позволила папе меня обнять. Если он действительно это сделает, то тогда я может быть смогу попробовать ему доверять. Может быть у моих детей появится дедушка.

– Готова к очередным конкурсам, любимая? – подходит ко мне Егор и выводит меня из невесёлых размышлений.

– Нет, – честно признаюсь. – Я уже так устала, что едва на ногах держусь.

Наша свадьба оказалась слишком грандиозной, чтобы я отсиживалась в сторонке. Гости требуют зрелищ, конкурсов, веселья. Тут вся моя театральная труппа, друзья Егора и его деловые партнёры, родственники и ещё много-много людей.

– До нашей спальни я донесу тебя на руках, успеешь отдохнуть? – усмехается любимый.

Я тут же загораюсь. Эту часть вечера я жду с нетерпением. Изменится ли что-то, раз я теперь в статусе замужней женщины? Вряд ли, но как же странно мысленно про себя говорить «муж».

– Думаю, что после джакузи я сразу приду в себя, – отвечаю с улыбкой и тянусь к его губам.

Обвиваю его шею, касаюсь пальцами линии его волос. Люблю его. Мой. Наконец-то он мой. В его руках я чувствую себя самой желанной, самой красивой, самой лучшей на всей планете.

– Ева, – хрипло говорит Егор, когда отпускает мои губы. – Мой жена. Кто бы мог подумать, что я всё-таки добьюсь своей цели.

– Кто бы мог подумать, что твоя вторая цель исполнится так быстро.

– Вторая цель? – вскидывает брови Егор.

Я смеюсь и тянусь к нему. Касаюсь губами мочки его уха.

– Ты ведь хотел, чтобы у нас родился сын, а может быть ещё одна дочь…

Руки Егора на моей талии становятся твёрже.

– Любимая, – выдыхает он.

И ему не надо ничего больше говорить, потому что я знаю, что сейчас он счастлив. Егор подхватывает меня на руки и кружит по залу, а я смеюсь, вцепившись в его пиджак.