Глава 30.

У меня три часа. Всего три часа! Хватаю сумку, выхожу из отеля и иду в центр — там знаю несколько приличных бутиков.

Мне нужно элегантное вечернее платье. Не коктейльное — это деловой ужин, а не богемная тусовка. Но и не строгий офисный костюм. Что-то красивое, дорогое, статусное.

В первом бутике мне предложили три варианта — все чёрные, все скучные. Я меряю для приличия, качаю головой и ухожу. Не то.

Во втором — платье с пайетками, слишком блестящее, и ещё одно с вырезом до пупа. Серьёзно? На деловой ужин? Ухожу, даже не примеряя.

Третий бутик выглядит дороже — витрины со вкусом, приглушённый свет, приглушённая музыка. Консультантка встречает с улыбкой, оценивает меня профессиональным взглядом:

— Добрый день. Что ищете?

— Вечернее платье. Деловой ужин, но не строгий костюм.

Она кивает и уходит в зал. Возвращается с пятью вариантами на плечиках.

Первое — тёмно-синее, длинное, с высоким воротом. Меряю — слишком закрыто, похоже на монашеское облачение. Нет.

Изумрудное с открытыми плечами — слишком вечернее, не для бизнеса.

Серебристое — миди, элегантное. Он мне и нравится, и не нравится, верчусь перед зеркалом. Хорошо сидит, но... скучное, что ли. Нет.

Хочется плакать. У меня нет времени на хождение по бутикам! Мне надо быстро что-то найти, но и что попало, ведь не хочется!

Я уже готова уйти, но консультантка выносит последнее, и я понимаю — это моё! Глубокий винный оттенок, цвета дорогого бургундского. Ткань благородная, матовая, с лёгким мерцающим переливом — не блестит, а словно светится изнутри. Миди, закрытое, рукав три четверти, силуэт приталенный.

Надеваю. Ткань приятно скользит по коже, будто обнимает. Консультантка помогает застегнуть молнию на спине, я разворачиваюсь к зеркалу — и выдыхаю. Идеально. Платье струится по фигуре, подчёркивает талию, но не облепляет. Цвет делает кожу светлее, глаза ярче. Элегантно, чарующе, манит, но не кричит. Да-а-а!

— Беру.

Консультантка улыбается, довольная:

— Отличный выбор. Туфли подберём?

Расплатившись корпоративной картой, я вышла из магазина с полным комплектом — платье, туфли и небольшой клатч. В отеле я записываюсь в СПА. Хочу, чтобы мне профессионально сделали макияж и причёску.

Без пяти семь спускаюсь в фойе во всеоружии. Родион уже ждёт. Выглядит он на миллион. Собранный, в дорогом костюме. Он выхватывает меня взглядом, как только открываются двери лифта, улыбается одобрительно:

— Прекрасно, Алина! Договор уже наш.

Ресторан на крыше — панорамные окна, вечерний город внизу мерцает огнями, приглушённый свет, тихая музыка создаёт атмосферу дорогой интимности. За столом у окна уже сидят двое — мужчины за пятьдесят.

Родион представляет нас друг другу. Игорь Петрович пожимает мою руку и задерживает ладонь чуть дольше необходимого, смотрит с явным интересом:

— Мы слушали вашу презентацию. Очень впечатляет.

— Спасибо.

За ужином разговор течёт ровно — обсуждаем рынок, стратегию, цифры. Игорь Петрович и Виктор Семёнович задают вопросы про бюджеты, сроки, подходы, и я отвечаю спокойно, профессионально, чувствуя, как вхожу в раж. Это моя стихия.

Но при этом в их взглядах ловлю не только профессиональный интерес. Они смотрят на меня как мужчины на женщину — оценивающе, внимательно, с лёгким прищуром.

Родион это замечает и улыбается, наклоняется ко мне, почти касаясь плечом:

— Алина — один из лучших специалистов на рынке. Если хотите работать с нами, работать будете с ней.

Игорь Петрович кивает, не отводя взгляда от моего лица:

— Для нас это обязательное условие. Мы хотим, чтобы именно Алина Юрьевна вела наш кейс.

— Разумеется, — соглашается Родион, и его рука на секунду ложится мне на спинку стула.

К концу ужина мы уже обсуждаем детали договора. Словесно, пока без бумаг — официальный договор подпишем позже, но все понимают: сделка состоялась.

Уже наши клиенты прощаются, пожимают руки:

— Спасибо за вечер. Алина Юрьевна, было очень приятно. Уверен, мы отлично поработаем вместе.

— Надеюсь на это, — улыбаюсь в ответ.

Они уходят, и я тоже порываюсь встать — поздно уже, завтра рано вставать, хочется в номер, снять туфли и выдохнуть. Но Родион останавливает меня жестом:

— Посиди. Попьём кофе.

— Родион Владимирович, уже поздно...

— Алина, — голос становится жёстче, не терпит возражений. — Посиди.

Сажусь обратно, и внутри что-то сжимается тревогой.

Он заказывает кофе и десерт, официант приносит быстро — два эспрессо, тирамису. Я делаю маленький глоток горького крепкого кофе и пытаюсь понять, чего от меня сейчас хотят.

Родион молчит, смотрит в окно на ночной город. Потом тянется через стол и накрывает мою руку своей — тёплой, тяжёлой ладонью.

Я замираю, поднимаю глаза.

Он смотрит жёстко, без улыбки:

— Алина, я хочу серьёзно с тобой поговорить…