Глава 36

Егор

– Сань, может, поешь? – пробую снова пойти на контакт с сыном.

СЫНОМ! У меня сын есть! Только вот он знать меня не желает.

– Нет, спасибо, – сухо отрезает, – я подожду маму.

Сидит на моем кожаном диванчике, такой деловой. Захар оказался прав. А я ничего не замечал. Слепо поверил Мильке. Но имею ли я право злиться на нее?

Сложно представить, что она чувствовала. Милена была молоденькой девушкой. Влюбленной.

Прокручиваю в голове наши с ней диалоги. И понимаю, как грубо вел себя, заявляя, что она родила от другого. От меня она родила! А к другому ей пришлось обратиться, потому что меня не было рядом.

Но с другой стороны, она могла ко мне прийти. Проглотить гордость не ради себя, а ради Саши. Ребенку нужен отец.

А я столько пропустил…

– Саша! – в мой кабинет влетает Милена и сгребает сына в охапку.

А меня тянет к ним. Настолько сильно, что в груди печет. Но я лишний. И не потому, что отказался, а потому, что не знал. Хмуро смотрю на мать с сыном. Миля разворачивается ко мне.

В карих глазах плещется вина.

– Спасибо, что написал… – тихо произносит.

– Нам нужно поговорить, – отрезаю, – отвези Сашу в школу, потом поедем в ресторан на обед и поговорим.

– Не разговаривайте так с моей мамой! – вступается Сашка.

А мне становится хуже. Боль и обида рвутся наружу. Я же не железный, в конце концов. Милька предала меня. Скрыла сына.

– Я все сказал, – отрезаю, утыкаясь в бумаги.

– Хорошо, Егор Романович, заказывайте столик. Поговорим, – ее жесткий голос бьет по нервам.

Хлопает дверь. Я отбрасываю бумажки. Они теперь кажутся бесполезными. Весь мир перевернулся после слов мальчика.

– Сын, – пробую слово на вкус, – мой…

Заказываю столик в любимом ресторане. Совершенно не знаю, с чего начать разговор. С одной стороны, я очень зол! Скрывать от меня ребенка! Это уму непостижимо!

А с другой, как представлю свою Мильку. Одну, перепуганную, с животом… сразу хочется обнять ее, укрыть заботой, дать им с Сашкой все, чего они были лишены.

– Я готова, – Милена собрана, натянута, как струна.

Стоит в дверном проеме, держит сумочку в руках. Оглядываю ее. Мать моего сына. И смотрит с таким презрением, что взвыть хочется.

Встаю.

– Поехали, – беру ключи от машины, направляюсь к двери.

Миля разворачивается, кладу ладонь ей на поясницу. Девушка вздрагивает. От кончиков пальцев по телу проносится мощный разряд. Я никогда не ощущал такого рядом с Ириной.

Ни с одной из любовниц.

Только Милена. Именно сейчас я понимаю, что она моя. Моя женщина.

Независимо от обстоятельств, моя душа принадлежит лишь ей одной. Но оттого больнее. Что не призналась. Скрыла самое важное – моего ребенка. И пока я не знаю, что делать и говорить.

Мы заходим в лифт. Я захлебываюсь в эмоциях, не знаю, как с ними справляться. Хочется, как раньше, запихнуть в самую глубину, закрыть на замок и не чувствовать.

На нас косятся сотрудники. Но мне плевать. Сейчас все мысли занимает то, что моя жизнь оказалась фальшивой. Все то, что я строил долгие годы, разбивается вдребезги…

Ведь все это время у меня рос сын.

Везу Мильку в ресторан.

– Садись, – отодвигаю ей стул, девушка присаживается.

Мы в зоне для ВИП персон. Вокруг никого нет, так что сможем поговорить нормально. Хотя, впервые в жизни я не знаю, что говорить.

– Начинай, – Милена нервно расправляет салфетку, потом складывает, – я слушаю.

– И что ты хочешь услышать? – почти шепчу.

– Что ты оскорблен и унижен, конечно же, – начинает кусать словами, – и что я твоего сына скрывала столько лет. Давай, Ежов, не тяни. У нас обоих работа.

– То есть для тебя все так?! – вспыхиваю. – Решила сразу с нападения начать?!

– А что еще ты можешь сказать, Егор?! – повышает голос в ответ. – Да, Саша твой сын. Но это не меняет того, что восемь лет назад ты поступил, как свинья!

– Я да, а ты? – выгибаю бровь. – Сама обрекла себя на такую жизнь, Милена! Могла просто прийти ко мне. Нет, ты должна была прийти!

– И что? Униженно ждать, пока ты женишься, а потом поймать тебя на свадебном фуршете, объявив, что беременна? – ее слова сочатся ядом. – У меня тоже есть гордость, Ежов! Мы были не нужны тебе!

– Да не так все было, боже! – закрываю лицо руками. – Не так! Ты напридумывала ерунды!

– Ах ерунды?! – рычит. – Не говори мне, что тебя заперли дома и заставили жениться! Я не поверю ни за что! Невеста твоя беременна была! Не от святого же духа, Ежов?

Хмуро смотрю на нее. Горечь изливается едкими словами, что мы выплевываем друг другу. Слишком много боли. Этот нарыв пора вскрыть.

– Я женился не по своей воле! – гаркаю. – Меня в буквальном смысле заперли дома, отняли деньги и телефон. Да, я не хотел!

– Свежо предание, – Милена складывает руки на груди.

С трудом сдерживаюсь, чтобы не зарычать. Мы, вроде, взрослые люди. А Миля ринулась в атаку, даже не дождавшись моих объяснений. Это меня безумно злит.

– Мы это еще обсудим, – ледяным тоном заявляю, – но сейчас, Милена Андреевна, нам нужно решить, что делать дальше. Я накосячил, ты свою вину отрицаешь. Хорошо…

– Я была напугана, совсем одна! С ребенком под сердцем, который отцу не нужен!

– Отец о нем даже не знал! Конечно он был мне нужен! И ты нужна!

– Ага, ты об этом думал, когда ваш брак консумировал? – сверкает глазами.

Боже мой…

Скриплю зубами, сражаясь с желанием слегка придушить эту заразу. А потом жарко поцеловать и утащить в свою квартиру. Любить так, чтобы забыла все свои претензии.

– Чувствую я, диалога не получается, – складываю руки на груди, – ладно. Тогда предлагаю вот что…