11

11

Аверин отступает к дивану и тянет меня за собой. И когда он садится, я уворачиваюсь, чтобы избежать падения прямо к нему на колени. С колотящимся сердцем двигаюсь подальше к краю, наивно полагая, что так будет легче мыслить. Но так и не решаюсь начать разговор.

Проблема в том, что еще несколько дней назад я вообще не собиралась говорить ему о дочери, а сейчас… Сейчас что-то изменилось. Я не имею права это скрывать. И мне страшно предположить, какой будет его реакция…

Волнение нарастает всё больше, а подходящих слов, которые смогут выразить мои чувства и объяснить причины, почему я столько лет молчала, становится всё меньше.

Это единственное, о чем нам нужно поговорить. Обсуждать прошлое я не хочу. От Саши я не жду каких-либо слов, но именно он первым разрывает затянувшееся между нами молчание.

— Ты вышла за него замуж?

Короткой фразой он выбивает почву из-под ног. Вынуждает замереть в оцепенении и убивает всю надежду на то, чтобы ко мне вернулась способность мыслить.

— Ты сказала, что мужа нет, — продолжает он, замечая мою растерянность. — Развелась с ним, или до свадьбы не дошло? Дочь от него?

— Да о ком ты говоришь? — всё, что мне удается прохрипеть в момент севшим голосом.

Он усмехается и отводит взгляд в сторону панорамного окна. Я же пристально слежу за каждой его эмоцией, не понимая, о ком он спрашивает.

Всё, что Саша говорит дальше, слушаю с таким же недоумением, как и вопросы о каком-то муже.

— Я приезжал в твой город, нашел тебя в институте, — снова усмехается, словно считает свой поступок глупым и наивным, — как только разобрался во всём, убедился в беременности Иры и в том, что Матвей действительно мой сын. Я хотел объяснить всё тебе.

Ноющую, тупую боль в груди, которая каждый раз вспыхивает от воспоминаний о прошлом, замещает возмущение и злость.

Объяснить мне? Видимо, он считает меня настолько жалкой, что думает, если я узнаю подробности его предательства и услышу пламенную речь о том, как он жалеет, сразу же брошусь к нему объятия. Забуду обо всём.

Даже учитывая то, что меня долго мучили сомнения, его ли это сын, то убедившись в этом всего несколько дней назад, когда увидела Матвея своими глазами, я думала, что быстро свыклась с этой мыслью.

Но когда об этом говорит он, старые раны снова болят. Не так, как прежде. Сейчас это скорее отголоски прошлых страданий, некое осознание и смирение с тем, что в нашей истории не могло быть счастливого конца.

— Тебе не нужно было даже время свое тратить и приезжать, — бросаю грубо, не скрывая своих чувств. — Ничего бы не изменилось.

— Тогда бы я не увидел тебя с ним, — отзывается глухо.

— Да с кем?! О ком ты вообще говоришь?

На мое возмущение Аверин реагирует резко. Впивается острым взглядом, словно ищет на моем лице следы притворства. С сомнением окидывает меня с ног до головы, останавливаясь на руках, которые мелко подрагивают и сжимаются в кулаки, чтобы скрыть волнение. А затем медленно поднимается к глазам.

— Не знаю имени, — смотрит безотрывно, — не пробивал. — Матери я не поверил после того представления, что они с Ирой для тебя устроили. Поехал к тебе. Но ты на самом деле была не одна. С напыщенным блондином, в руках которого сияла как новогодняя елка.

Последнее Аверин бросает с каким-то пренебрежением и злостью, пока я вспоминаю нашего с подругой безбашенного одногруппника и момент, когда вообще могла рядом с ним стоять.

— В руках?! Сияла? — подрываюсь с дивана, не в силах сидеть на месте, когда внутри всё горит. — Да я общалась с одной лишь Олей! Увидел меня с каким-то студентом, лица которого даже не вспомню, и сделал свои выводы. Да я к нему даже не прикасалась! — замолкаю, глядя, как Саша хмурится в растерянности, а затем поднимается с дивана. — Господи… Да почему я вообще оправдываюсь перед тобой…

Хочу уйти в свою спальню, понимая, что нормально поговорить с ним сегодня уже не получится. Мне нужно успокоиться, и тогда мы обсудим лишь то, что действительно сейчас важно. Нашу дочь.

Но вместо того, чтобы отправиться на второй этаж, я отхожу к окну, бездумно вглядываясь в темноту и обнимая себя руками.

Меня не отпускает обида, которая душит и заполняет меня изнутри. И она ощущается только острее, когда я, даже не оборачиваясь, чувствую, что Саша приближается.

— Не поверил он матери… — бросаю еле слышно. — Я ей не нравилась, и ты это прекрасно знаешь. Для нее я была девчонкой, которая запудрила голову ее сыну. Мешала, разрушила отношения с такой идеальной дочерью ее подруги.

Мне уже сложно остановиться. Слова рвутся сами собой. Я столько раз обсуждала всё это с Олей, но никогда не имела возможности сказать их ему.

— Но судя по всему, ничего я не разрушала. Лишь твое внимание воровала, — нервно усмехаюсь.

Вздрагиваю, когда ощущаю на плечах тепло его рук. Жмурясь, сдерживаю слезы, понимая, что он лишь пытается меня утешить. Мне это не нужно… Не хочу его поддержки.

— Аня, — выдыхает хрипло, упираясь лбом мне в затылок, — я тебе не изменял.

____________________

Дорогие, на роман открывается подписка

Буду рада видеть вас в следующих главах🫶