8

8

— Самоуверенный засранец, — комментирует предложение Аверина моя подруга. — С чего он вообще решил, что ты с ним куда-то поедешь? Тоже мне…

Оля ловко орудует ножом, нарезая овощи и отправляя их в большой салатник.

Расплываюсь в улыбке, глядя на нее. Переживает за меня, как за себя.

— Ну, он просто предложил поговорить… — зачем-то защищаю его, задумчиво перебирая столовые приборы. — Я ведь и сама хотела всё прояснить. Сказать, чтобы прекратил попытки наладить наше общение.

Характерный стук ударов ножа затихает, и я вскидываю взгляд на подругу.

— Ты согласилась?! — в шоке смотрит она на меня.

— Конечно же нет! — оправдываюсь тут же. — Для этого мне не обязательно с ним встречаться наедине. Сказала всё сразу в кафе, но… — вспоминаю выражение его лица в этот момент и продолжаю: — что-то мне подсказывает, что так просто он не отстанет.

— Я поговорю с Игорем, — предупреждает Оля. — Не переживай, подробностей выдавать не буду. Может, это мой муж постарался и рассказал Саше, что мы в кино. Он мог.

Думать об этом не хочется. Встречу с Авериным я уже пережила и справилась, вроде как, неплохо. Так, по крайней мере, мне хочется верить. А если Игорь, и правда, оказался причастен к приезду Саши в кинотеатр, то лучше он узнает о нашем с ним нерадужном прошлом, чем будет и дальше помогать моему бывшему.

Ужинаем мы на уютной закрытой террасе. За панорамными окнами падает снег и оседает хлопьями на ветках деревьев, обвитых яркими огнями гирлянды. Несмотря на легкий мороз, погода эти дни отличная, и сидеть дома совсем не хочется.

— Как вы смотрите на то, чтобы поехать на горный склон завтра, раз уж не вышло сегодня? — интересуется Игорь.

Мы с подругой переглядываемся, после чего она соглашается с мужем. А я понимаю, что на этот раз могу быть спокойна. Аверина там не будет.

— А для детей там есть развлечения? — интересуюсь я.

— Конечно, — успокаивает Оля. — Мишка с года вместе с нами на каждом склоне, на ватрушках катаемся с ним. А в этом году даже хотели взять ему инструктора по лыжам.

— Не рано? — настораживаюсь я.

Игорь усмехается, чем привлекает наше внимание. Лишь дети всё так же увлеченно о чем-то болтают между собой и уплетают яблочный пирог.

— Оля даже у ортопеда получила разрешение. Спорила со мной до последнего, — смеется он.

Подруга не удерживается от ответной реплики, и я становлюсь свидетелем их словесной перепалки. К слову, со стороны это выглядит так, словно они флиртуют. А я невольно задумываюсь о том, что и сама бы хотела так с кем-то «ругаться».

Вспоминаю наш разговор с Сашей и понимаю, что была не так уж и честна, сказав ему при первой встрече, что я счастлива…

Я счастлива быть мамой, безумно люблю свою дочь, но странное чувство, тянущее иногда в груди, говорит о том, что я обманываю саму себя.

Уверена лишь в одном. Аверин — последний человек, с которым я бы хотела заполнить пустоту в сердце. Слишком много ран, затянувшихся со временем, он в нем оставил.

Настроение угасает, и мне хочется покинуть столовую. Да и Соня быстро справляется со своей порцией пирога, и поэтому мы с ней уходим в игровую. Возвращаюсь лишь помочь Оле с посудой, после чего, уже по обыкновению, мы размещаемся с детьми в гостиной перед плазмой.

На следующий день собираемся в горы, и Оля предлагает мне один из своих теплых комбинезонов.

Не думаю, что замерзла бы в джинсах, но всё-таки соглашаюсь и натягиваю его на себя.

Доезжаем мы довольно быстро, и когда я выхожу из машины, кажется, будто перемещаюсь на другой конец земли.

Солнце слепит глаза, отражаясь от белоснежных вершин на слонах. Жмурюсь и расплываюсь в улыбке, втягивая морозный свежий воздух.

Улавливаю еще и запах кофе, корицы и свежеиспеченных булочек, доносящийся из маленького ларька неподалеку.

В предвкушении перевожу взгляд на людей, которые забираются наверх по подъемнику, и задумываюсь над тем, что тоже с радостью бы встала на лыжи или сноуборд. Но оставлять Соню на подругу не стану. Всё ее внимание направлено сейчас на сына.

Игорь приносит нам ватрушки, и мы направляемся к подъемнику.

Забравшись на небольшую заснеженную горку, усаживаю дочь между ног и от волнения не сразу решаюсь скатиться вниз. Уверенности придает подруга, которая уже несется с Мишкой с горы.

Несколько секунд спуска пролетают словно за секунду. Радостный смех Сони заряжает радостью и меня, но потом все эти эмоции сносит одной громадной лавиной…

— Мам, ты ударилась? — беспокоится дочь, дергая меня за руку.

Если только головой… И теперь мне мерещится Аверин, который надвигается прямо на нас.

Неужели Оля не успела предупредить мужа?!

— Всё в порядке, — шепчу растерянно, переводя внимание на Соню. — Хочешь еще разок прокатиться?

— Конечно! — смеется она.

— Давай, помогу подняться.

Несколько секунд не решаюсь обернуться, прекрасно зная, кого сейчас увижу. И всё же…

Саша смотрит на нас сверху вниз и протягивает мне руку.

Не горю желанием прикасаться к нему, но подняться самой не так уж и легко. Удобный комбинезон будто становится тяжелым, и ощущаю я себя в нем какой-то неповоротливой и бессильной.

Видимо, устав ждать, Саша подхватывает меня за локоть, а я вцепляюсь свободной рукой в его предплечье, и, наконец, оказываюсь на ногах.

— Что ты здесь делаешь? — спрашиваю прямо, не скрывая недовольства.

— Игорь пригласил. Рада меня видеть? — усмехается он.

— Тебе ответить честно?

— Можешь вообще не говорить, — как-то странно улыбается он, а затем наклоняется к моей шее и шепчет на ухо: — Ты до сих пор держишься за меня.