Глава 2

Ярослава

Мажористый придурок протягивает руку и кладет ее на мою ягодицу:

— А ты ничего такая, — шепчет мерзко мне на ухо.

Ставлю поднос с пустыми стаканами на кухонный остров и бью урода по руке.

— Борзая? — выплевывает он и снова хватает меня за руку, заламывает ее.

— Отвали, — шиплю ему в лицо. — Только тронь меня!

— У-у, как страшно, — улюлюкает придурок.

Ненавижу таких. Сынки богатых папочек и мамочек, которые считают, что им все можно. Что в мире не существует запретов.

Я с самого начала не хотела ехать в этот особняк на вечеринку со спецобслуживанием, как чувствовала. Если бы знала, что тут будет молодежь, отказалась бы. Даже несмотря на то, что мне нужны деньги. Лучше обойдусь лишний раз без завтрака, чем буду терпеть унижения, обслуживая таких.

Я уже собираюсь заорать во всю мочь, чтобы этот придурок отпустил меня, но неожиданно он начинает хрипеть и оседает у меня в ногах, а передо мной появляется другой парень.

Красивый, высокий, широкоплечий. Немного старше сосунков-мажоров, но один хрен — из их компании.

Он окидывает меня взглядом и присаживается на корточки перед парнем, который стонет на полу и держится за бок.

— Тебе ж сказала девушка: отвали, — произносит ледяным тоном.

— Арт, да я просто развлечься хотел, — хрипит парень.

— Вот и развлекись, Макс. Со своей рукой. А девушек, которые говорят тебе «нет», не трогай.

Мой спаситель поднимается на ноги и смотрит на меня. Прожигает взглядом, пока я вжимаюсь в столешницу. Сердце выскакивает из груди.

— Какого черта ты тут делаешь, Яра?! — рычит на меня.

В нашей стране больше ста миллионов жителей. Сто миллионов! Артем последний человек, кого я ожидала увидеть тут, на другом конце страны, вдали от столицы, где когда-то, в прошлой жизни, случилась наша история.

Он не отпускает меня. Его руки по-прежнему на моих предплечьях, и мне малодушно хочется прижаться к нему, как тогда.

Испытать давно забытое чувство безопасности и покоя.

Будто опомнившись, Артем отшатывается от меня, и только в этот момент я понимаю, что не дышала все это время.

— Яра. Что. Ты. Тут делаешь? — спрашивает по слогам.

Я ощущаю, как Артем закипает. Да-да, милый, я тоже удивлена не меньше твоего. Но так как это я зашла на твою территорию, очевидно, и объясняться мне.

Делаю шаг в сторону, чтобы отойти от мужчины, он стоит на месте.

— Пропусти, — дергаю плечом и выхожу из его тени.

Отхожу на несколько шагов и сажусь на шезлонг у бассейна, нервно провожу рукой по волосам, чтобы пригладить их. Наверное, я не очень опрятно выгляжу после долгого перелета и разбора вещей…

Яра. Стоп. Тормози. Он в прошлом.

Совершенно неважно, как ты выглядишь. Ты с другой целью. Ты тут не ради него.

Поднимаю голову и смотрю в глаза Артема. Он стоит на том же месте, на нем шорты и футболка. Тело поджарое, загорелое. Он изменился: черты лица стали острее, взгляд злее.

Прости, милый, надеюсь не я виной тому…

— Я приехала сегодня, — говорю после тяжелого вздоха. — Очевидно, с завтрашнего дня буду работать в твоей команде.

— Ты новый разработчик? — он вскидывает брови. — Это тебя собеседовал Богдан?

— Да. Прости, я не знала, что ты тоже будешь… тут, — сглатываю и кошусь на дверь, за которой Еся по-прежнему смотрит мультики.

Артем глядит на меня тяжело, исподлобья. Ему не нравится, что я нахожусь рядом, это и дураку понятно. Но, как бы то ни было, поделать с этим я ничего не могу.

— Ты же понимаешь, что мы не сможем вместе работать? — спрашивает грубо. — Не разбирай вещи, потому что завтра же отправишься домой.

Артем произносит это твердо, даже воинственно.

Но я никогда не была бесхребетной, поэтому молчать не буду. Да и теперь мне есть за кого бороться, и я буду делать все возможное и невозможное, чтобы обеспечить Есе должный уровень жизни.

Ее лекарства и постоянные обследования требуют больших денег, поэтому за эту работу я буду грызться до последнего. Моя боль по сравнению с этой потребностью — ничто.

Решительно поднимаюсь на ноги и подхожу совсем близко к Артему.

Хватаю ртом воздух, собираясь вывалить на него все, что думаю, но воздух обрывается и слова застревают, когда я смотрю в его глубокие зеленые глаза.

Флешбэками в голове проносятся его руки, губы, нежные слова и счастье, которое они обещали.

На лице мужчины маска тоже трещит по швам, его трясет от меня не меньше, чем меня от него. Сердце в груди болезненно ноет, и я еле сдерживаюсь, чтобы не начать тереть кожу в том месте.

Вся моя спесь растворяется, и я ненавижу свой раненый голос, который звучит жалко в темноте этой ночи.

— Артем, я боюсь, что тебе придется со мной работать. Контракт уже подписан сроком на год. Мы же взрослые люди, да? — а сама тут же усмехаюсь своим словам. — Уверена, мы найдем способ, как сосуществовать мирно.

Оболевский только открывает рот, наверняка собираясь мне противостоять, но в дверях появляется Еся и, сонно потирая глазки, говорит:

— Мамочка, я хочу спать.

Артем дергается и резко оборачивается. Замирает. Мне кажется, он даже не дышит, разглядывая Есю.

— Иду, дочка, — улыбаюсь ей, но Еся остается стоять, рассматривая Артема с неменьшим интересом, чем он ее.

Обхожу его и забираю чемодан, за которым вышла.

— Поговорим завтра, хорошо? — спрашиваю его.

Артем переводит взгляд на меня и смотрит прожигающе.

— Это твоя дочь? — его голос звучит хрипло.

— Да, — уверенно отвечаю, забираю свои вещи и ухожу с колотящимся сердцем.