Глава 3

Артем

— Садись, подвезу!

Брюнетка продолжает вышагивать по тротуару. Воинственно чеканит шаг, маршируя с ровной спиной. Мне кажется, даже в салоне машины я слышу, как скрипят ее зубы от злости.

Макс придурок. Перестарался, и девчонка, взбрыкнув, сбежала.

Я едва успел прыгнуть в тачку и нагнать ее.

И вот теперь я, как настоящий пикапер, еду рядом с тротуаром, уговаривая девушку сесть в машину.

Залипаю на девочке. Это просто вау! Черные волосы, такие же черные глаза, глядя в которые я, как пацан, расплавился. Черные джинсы в обтяжку, черная футболка, черные кеды. Несмотря на пацанский внешний вид, вся такая грациозная, статная.

— Давай, Багира, не задерживай движение и прыгай, — намекаю на пробку позади себя.

Тут достаточно узко, меня не обогнать. Но кем я буду, если отступлюсь?

Девушка поворачивает голову вбок и усмехается. Останавливается, делает несколько шагов к моей тачке. Я жду, что она сядет, но вместо этого Багира сексуально нагибается, оттопыривая попку, складывает руки на открытое окно, заглядывает внутрь с соблазнительной улыбкой:

— Девушка говорит «нет», — и играет бровями, — так что играй со своей рукой, красавчик.

Озорно закусывает губу, возвращая мне мою реплику для Максима.

У-у бешеная какая… арр! Завожусь, не в силах убрать с рожи охреневше-глупую улыбку.

Топлю педаль газа в пол, срываясь вперед. Нахожу карман и паркуюсь, вылетаю из тачки, падаю на капот. Мимо меня проносятся водители, сигналя и матеря. Я высовываю средний палец и показываю им, а сам не свожу взгляда с красотки, которая уже приближается ко мне.

Складываю руки на груди, улыбаясь как идиот, — давненько меня так не заводило. Моя Багира подходит и становится напротив, повторяет мое движение, складывает руки на груди, смотрит с вызовом.

Улыбаемся… счастливые, как придурки. Тепло разливается в груди, доходя до кончиков пальцев, которыми я ловлю прядь ее темных локонов и накручиваю на свой палец…

Со злостью хлопаю дверцей холодильника, всовываю наушник в ухо, набираю своего друга.

— Привет, Артемий! — бодро восклицает он. — Ты уже дома?

Вместо приветствий я с ходу наезжаю на друга:

— Богдан, разработчика, которого ты взял на работу, нужно уволить, — как только я произношу эти слова, тут же начинаю жалеть об этом.

Все слишком сложно.

Это мой продукт, мое детище, в которое я вложил бабки, силы, всего себя. Я не могу похерить работу, которая ведется почти год.

А рядом с Ярой я похерю ее — факт. Потому что как работать с ней и оставаться в здравом уме, я понятия не имею.

Друг охреневает, откашливается и отвечает уже серьезнее:

— Могу я узнать о причинах?

Причин слишком… блять, слишком много! Но самое главное:

— Она моя бывшая, — выдаю я.

— И? — Богдан настаивает на продолжении.

— И мы с ней вроде как расстались не очень.

Пф! Если это вообще можно так назвать!

— То есть объективных причин не будет?

— Нет, — со злостью скручиваю крышку с бутылки и жадно пью холодную воду.

— Артем, во-первых, все документы с Малининой подписаны. Во-вторых, она офигенный специалист! И я, и твоя команда общались с ней — все остались в восторге и очень ждут ее.

— Мы найдем нового офигенного специалиста, а контракт подразумевает форс-мажор. Выплатим неустойку и дадим хорошие рекомендации.

В трубке слышу тяжелый вздох:

— Нет, Артем. Боюсь, что этого не будет.

— Богдан, ты не охренел?! Мы с тобой партнеры! Ты не имеешь права игнорировать мое мнение.

— Арт, наши партнерские отношения регламентированы документами, в которых говорится, что за набор персонала отвечаю я. Но даже не это важно, а то, что увольнять Ярославу я не буду.

— Почему, блять?! — не сдерживаясь, ору на друга.

— Понимая ваше прошлое, по этическим и нравственным соображениям я не могу назвать свои мотивы.

— С хера ль?! — запускаю бутылку по столешнице. Она проезжает на донышке до самого конца и падает на пол, разливаясь.

Закатываю глаза. Черт. Все ж нормально было. Размеренно и степенно. Вот нахера…

— Артем, я не буду вдаваться в подробности, — дипломатично говорит Богдан. — Одно скажу: работа нужна Ярославе так же сильно, как Ярослава нужна нам.

Срываю полотенце с ручки духовки и кидаю его на пол, в лужу, а сам сажусь на высокий барный стул. Устало подпираю рукой подбородок:

— Богдан, вот увидишь: это закончится плохо.

— Артем, это закончится плохо, только если ты позволишь этому случиться, — настаивает Богдан.

Качаю головой:

— Нет, друг мой, ты ошибаешься, если думаешь, что проблема только во мне. Ты совсем не знаешь Ярославу…