Глава 10

Ярослава

Артем хороший руководитель. Требовательный, строгий, но при этом справедливый.

Прошел месяц, как я работаю с ним. За это время я сделала для него три не очень большие доработки. Он присматривался ко мне, оценивал мои способности и возможности.

В первый раз он размотал меня как девочку. Все было не так, как нужно. Затем спокойно объяснил мне мои ошибки и показал, что нужно переделать.

Держался бесстрастно, границ не переходил. Поэтому я с трясущимися руками села исправлять собственные косяки.

Во второй раз было лучше, но все равно очень далеко от идеала. И тут то же самое — сдержанное объяснение что не так и сухая похвала там, где все получилось.

В третий раз Артем долго смотрел то, что я сделала. Пока я безжалостно кусала губы, он со сведенными бровями тестировал вдоль и поперек мою доработку, а после заключил:

— Все отлично. Ты молодец.

— Правда? — ахнула я.

Мне кажется, тогда мое сердце грохнулось куда-то вниз и забилось в истерическом припадке.

— Да, — Артем выдал даже некое подобие улыбки.

Завис на мне взглядом буквально на секунду, задерживая внимание на губах, а после просто встал и ушел, будто за ним кто-то гнался.

И если на работе у нас четко получается держать дистанцию и быть не кем иным, как обычными боссом и подчиненной, то дома все оказалось иначе.

Я избегаю Артема, а он избегает меня.

Я возвращаюсь с работы вечером, а Оболевский за полночь.

Мысли о том, где он был и, главное, с кем, я гоню от себя поганой метлой, напоминая себе: ты не имеешь права на ревность. Ты не имеешь права на мысли о нем. Ты вообще ни на что не имеешь права…

Вот и сейчас я стою у окна, которое выходит на бассейн, и смотрю в никуда.

Еся давно видит сны, а мне не спится. Это так глупо, но я жду, что он придет. И только после этого иду спать.

Вот и сейчас — начало первого ночи, Артем идет вдоль бассейна, подходит к своей двери и замирает у нее. А после резко поворачивает голову и будто смотрит на меня.

Я неконтролируемо отшатываюсь от окна, хотя знаю, что меня не должно быть видно с улицы.

Артем стоит еще какое-то время, а после заходит внутрь. Теперь можно и отдыхать. Утром стандартная рутина — подъем, быстрый душ, завтрак.

— Мамочка, я не хочу овсянку, — надувает губки Еся.

— Ну хочешь, творожок тебе открою?

— Бе-е, — кривится.

Вообще Еся золотой ребенок, но иногда даже у идеальных детей случаются мини-бунты.

Сажусь перед ней на корточки:

— Есюш, тебе нужно принять таблеточки, а их нельзя пить на голодный желудок, иначе потом животик разболится. Хочешь, я омлет сделаю?

Как только речь заходит о лекарствах, Есения тут же сникает:

— Ладно.

Обычно, когда это происходит, у меня душа выворачивается наизнанку оттого, что я никак не могу помочь дочери, разве что вложить горсть таблеток ей в ладошку.

Обнимаю ее и целую в макушку:

— Ты большущая умничка! — глажу ее по голове. — Римма Леонидовна хвалила тебя, сказала, что ты нашла в садике новых друзей.

Принимаюсь за готовку, а Еся немного приободряется:

— Да! Сережа и Лиза — мои новые друзья. У Сережи есть еще братик, он очень похож на Сережу, только зовут его Савелий. Он тоже хороший, но Сережа мне нравится больше.

И дальше Еся начинает с упоением рассказывать про свой детский сад.

Так увлекаемся, что теряем счет времени и одеваемся впопыхах.

Когда мы выходим из дома, сталкиваемся с Артемом.

Он в кроссовках и спортивных шортах. В ушах наушники, торс обнаженный. Тяжело дышит, его грудь немного влажная.

Так вот о чем говорила Арина… Да уж, на такой картине не грех зависнуть, потому что Оболевский красив, сволочь…

— Доброе утро! — произношу я слишком резко.

— Привет, — Артем вынимает наушники и пристально окидывает меня взглядом.

— Привет, — Еся машет ручкой нашему соседу. — Как дела у Барона?

Артем присаживается перед Есей и широко улыбается:

— Знаешь, принцесса… дела у Барона отлично. Гораздо лучше, чем у меня.

Оболевский кидает мне многозначительный взгляд.

Упс.

Сам виноват! Я пыталась его спасти, но он отказался.

В это время из дома Артема выходит кот, подстриженный под льва, и я прыскаю в кулак.

— Какой красивенький! — щебечет Еся и садится на корточки перед котом, наглаживая его. — А можно я буду приходить к нему в гости и играть с ним?

— Еся! — ахаю я. — Нельзя так навязываться.

Артем поднимается на ноги и говорит мне:

— Все в порядке, — опускает взгляд на Есю. В его глазах сразу появляется тепло. — Если хочешь — можешь приходить в гости. С мамой.

Последнее он произносит, глядя на меня.

Я не нахожусь с ответом, лишь стою, открыв рот от шока.

Это что сейчас было? И что прикажете мне делать?

— Нам пора, дочка, — беру Есю за руку. — Спасибо за приглашение.

Сбегаю от внимательного взгляда своего соседа-начальника. Потому что как реагировать на его фразу, я не знаю. К чему все это было? И, самое главное, — зачем?