Глава 13. Ещё один неравный бой

Смотрим в глаза. Я – затаив дыхание. Чувствую, как сердце пытается куда-то сбежать, предварительно проломив грудную клетку. Понимаю, что сейчас последует нечто более серьёзное. И то, что я к этому не готова. Для меня всё слишком быстро. Да ещё и эти события в подворотне. Я не смогу сейчас впустить в себя мужчину, даже если в него влюблена. Потому что в голове всё ещё нет-нет, да всплывают мерзкие картинки, которые успел «нарисовать» в моей голове тот отвратительный татуированный тип. А я хочу, чтобы мой первый раз был по-хорошему незабываемым.

Не знаю, как Егор умудрился это понять, но он коротко целует меня в губы и подскакивает. Уходит на балкон курить.

Остаюсь в растрёпанных чувствах. Я ведь понимаю, что он после армии, и ему надо. Но не могу себя заставить. И от этого на душе ещё тяжелее.

Сажусь, обнимаю себя за плечи, раскачиваюсь, думаю. Пытаюсь себя убедить, что с Егором – это совсем другое. Это светлое и чистое. Но всё равно не получается отделаться от ощущения, что я собираюсь совершить что-то постыдное.

- Лер, ты будешь есть? – кричит из кухни Егор.

- Буду. – облегчённо выдыхаю, встаю и иду помогать накрывать на стол.

За ужином говорим обо всяких мелочах, не касаясь произошедшего и предстоящей ночи, но напряжение чувствуется.

Посуду убираем молча. После Егор идёт в комнату, в её самую волнующую часть. А я замираю в дверном проёме.

- Лер, ты пока разложи свои вещи в шкаф, а я в душ схожу. – раздаётся из-за тканевой ширмы.

Шкаф? Там есть шкаф? Заглядываю за шторку. Есть – встроенный в углубление в стене. И Егор из него выхватывает полотенце и боксеры.

Пока я забираю из прихожей сумку, он успевает скрыться за дверью ванной комнаты. Чувствую вину. Раскладываю вещи на свободной полке, и ругаю себя за дурацкие установки. Какая разница, когда это произойдёт: сегодня или завтра? Разве один день сыграет какую-то роль? И секс с мужчиной, который нравится, не то же самое, что с тремя подонками в подворотне. Убеждаю, но что-то внутри упорно сопротивляется.

Закончив складывать, выбираю бельё – самое новое. И красивое. Если его таким вообще можно назвать. Я привыкла к спортивному стилю, даже в плане трусов и бюстгальтеров – они удобные и практичные. Поэтому вся красота моих комплектов только в цвете. Сегодня выбрала нежно-розовый. Но всё же надеюсь, что демонстрировать мне его не придётся.

Беру полотенце и мыльно-рыльные принадлежности. Радуюсь, что и в этот раз не изменила себе, и, собираясь к родне, прихватила с собой всё для личной гигиены.

Присаживаюсь на диван в ожидании своей очереди. Включаю телевизор, листаю каналы. Сквозь фоновый звук слышу, что Егор меня зовёт.

Срываюсь. Но перед дверью замираю. Куда я собралась? Он ведь там голый.

Приоткрываю дверь и не заглядывая спрашиваю:

- Звал?

- Ага. Потрёшь спину?

Зависаю. Как он себе это представляет?

- Лера! – зовёт настойчивей. – Я сам не справлюсь, и так уже почти весь бинт намочил.

Точно! У него же рука забинтована. Робко вхожу в комнату, упорно глядя в противоположную от Егора сторону. Протягиваю руку за шторку, показываю ею требовательный жест. Слышу, как шторка отъезжает. Зажмуриваюсь, и даже чуть-чуть втягиваю голову в плечи, словно ожидая чего-то ужасного.

- И как ты планируешь мне спину тереть? На ощупь? Или ты предлагаешь мне спиной потереться о мочалку в твоей руке? – смеётся. – Лер…

Стою. Краснею и бледнею. Всё ещё не решаясь открыть глаза.

- Обещаю, что не буду поворачиваться. – пытается договориться. – Даже если будешь умолять.

Фыркаю:

- Вот ещё! Не дождёшься. Отворачивайся!

Приоткрываю один глаз, медленно поворачиваю голову.

Стоит. Шикарный. С такого только скульптуры лепить. Пользуюсь тем, что он меня не видит. Но всё же стараюсь сильно не пялиться на упругую попу. Шагаю ближе.

- Может ты сядешь на край ванны? Я не дотянусь до плеч.

Послушно садится. Тру, касаясь спины только мочалкой.

Минуту тру, две, три. Я уже вся вспотела, и руки начали уставать, а он всё молчит. Не выдерживаю:

- Достаточно?

- Нет.

- Ты уже чистый.

- Знаю. Просто мне нравится чувствовать твои прикосновения. По-другому ведь ты этого делать не станешь. - Не спрашивает, утверждает.

Молчу. А что мне ему сказать? Что я уже не уверена в этом? Что мне понравилось его касаться, даже вот так целомудренно – мочалкой? Или может поделиться описанием картинок, упорно всплывающих в голове, и заставляющих потеть сильнее, чем от натуги?

Вешаю мочалку ему на плечо, и порываюсь выскочить из ванной. Но реакция у Егора отличная – успевает схватить за руку. Тянет на себя. Он уже сидит вполоборота. Ещё немного, и мои бесстыжие глаза против моей воли опустятся туда, куда я изначально смотреть вообще не планировала.

Упираюсь, но наши силы неравны. Он выигрывает это сражение, и я оказываюсь слишком близко — уже сижу рядом. Практически прижатая к мокрому горячему телу. Чувствую, как под ладонью бьётся его сердце, как губы накрывают мои.

Поцелуй длится целую вечность, и, в конце концов, заставляет меня расслабиться. Руки сами скользят по груди вверх, и обхватывают крепкую шею. Мне кажется, что моё тело живёт своей собственной жизнью – отдельной от мозга и его заморочек. И оно у меня оказалось не таким пуританским, как моральные установки. Соски уже затвердели и превратились в оголённый провод, а трусики намокли совсем не от пота.

Ловлю себя на мысли, что хочу продолжения.

И Егор словно это чувствует, разрывает поцелуй, и хрипло шепчет:

- Хочу тебя, Лер. Как никого и никогда не хотел.

От его признания в голове словно что-то включается. Широко распахиваю глаза, чуть отстраняюсь и зачем-то смотрю вниз.

Сомнений не остаётся: не врёт. Хочет. Да так, что у меня пропадает дар речи. Его орган слишком большой. Уверена, что он во мне не поместится при каких условиях. Во мне просто нет столько свободного места.

Егор тихо смеётся. И до меня наконец доходит, что я пялюсь, выпучив глаза.

- Лер, ты заставляешь меня переживать совершенно незнакомые чувства. Впервые мне стыдно за то, что должно вызывать чувство гордости.

Прочищаю горло, всё ещё косясь на внушительное мужское достоинство, и выдаю:

- Можно я пойду? Мне нужно переварить увиденное.

- Нет, Лер, нельзя. Если я тебя сейчас отпущу, ты снова залезешь в свою незримую раковину, из которой тебя очень трудно достать. Ты останешься здесь. И мы будем вместе принимать душ. Или ванну. Выбирай.

- А третий вариант есть? – наконец «налюбовалась» его интимным местом и теперь смотрю в глаза щенячьим взглядом.

Качает головой, и делает попытку снять с меня футболку. Скрещиваю руки на груди, создавая непреодолимое препятствие. Ну, как преодолимое? Как оказалось для Егора нет ничего непреодолимого – он стягивает футболку со спину через голову, и я остаюсь с нею на руках. Ищет застёжку бюстгальтера. Сижу частично поверженная, но довольная. С вызовом выдаю:

- Сюрприииз.

Мой спортивный бюстгальтер не имеет застёжек, он — эластичный топ.

- Лер, ну что ты как маленькая? – возмущается Егор, а сам при этом порывается расстегнуть пуговицу на джинсах. Дергаю руками, чтобы ему помешать. Запутываюсь в футболке, и Егор этим бессовестно пользуется: под предлогом помощи стаскивает её и кидает в сторону.

Смотрю на него с укором. Но он сейчас не прошибаем. Пытается заглянуть в вырез топа. Снова прижимаю руки.

- Ну Ле-ер… - тянет как ребёнок. – Тебе нечего стесняться: у тебя шикарная фигура, и красивая грудь…

- И что? Может мне тогда по городу голышом ходить?

- По городу не надо. – хитро улыбается паразит. – А вот по квартире можешь.

Представляю и краснею до кончиков ушей. Потому что воображение дорисовало мне в пару такого же голого Егора.

- Лер, ну так не честно. Ты у меня уже всё видела, а я у тебя ничего.

- Так ты сам всё выставил на обозре…

Договорить не успеваю, потому что этот хитрый лис, снова лезет целоваться. А в следующее мгновение понимаю, что это всего лишь отвлекающий манёвр – на меня льётся ледяная вода.

Дёргаюсь, пищу, и сваливаюсь в ванную, спиной вперёд. Егор успевает придержать, чтобы не ударилась. Выключает воду. И, конечно же пользуется моментом: стаскивает с меня джинсы, и тут же отправляет их к футболке. А поскольку в такой позе я сопротивляться не могу, как и выбраться самостоятельно из ванны, то просто лежу, зло соплю и пытаюсь убить его взглядом.