Глава 32

— Не его. Я вспомнил этот случай. Понял, почему он винит меня. Мы никогда не встречались, это правда. Партия золота должна была идти заграницу, маршрут тщательно скрывали, времена были темные, Вера… За каждой партией шла настоящая охота. Этот человек, Дубнин, был случайной жертвой. Его перепутали с водителем маршрута. Отрезали ему пальцы, пытаясь выяснить, когда повезут золото… Он этого не знал.

Ян рассказывает тихо, не читая с телефона. И с каждым словом я понимаю, откуда он так хорошо знает детали. Ян сдвигает отчет, чтобы видеть фото.

— Это была моя партия, — заканчивает Горский. — Его пытали за мое золото.

— О, боже… — выдыхаю я.

Ян выпивает виски до дна и с триумфом смотрит мне в глаза.

— Я знаю, кто и за что, Олененок. Выпей со мной. Мы его нашли.

Я тоже делаю несколько глотков, давясь виски. Не могу сосредоточиться на собственных мыслях: запутанные три года, море нервов и слез подошли к концу.

Александр Дубнин источник наших бед.

В кабинет вносят распечатанные отчеты. Я и в прошлый раз насмотрелась на них до тошноты.

— Будешь лично проверять?

— Обязательно. Аналитики не знают мою биографию, могут что-то упустить. Не понимаю, если мы связаны через прииски, почему он вышел на меня только три года назад…

— Сколько с тех пор прошло? Почти двадцать?

Это правда странно.

— Девятнадцать. У меня были другие документы и имя. Все эти годы я был непубличным лицом. Но у людей с большими деньгами всегда есть возможность выяснить правду. Хм-м-м, — он усмехается. — Ну, ты еще не поняла?

Ян самодовольно улыбается.

— Извини, нет.

— Он разбогател не на золоте, Вера. Ведь очевидно. Это случилось недавно.

— О, боже, — бормочу я. — Лет пять-шесть назад? И начал тебя искать, когда появились связи и деньги!

— Да. А это значит, у него другой источник происхождения денег. На чем можно разбогатеть за такой короткий срок?

Качаю головой.

— Наследство? Акции?

— Ну же, милая, — Ян уже все понял и ждет, когда дойдет до меня. — Айти.

Он хлопает ладонью по копиям с архивами фирмы Корнилова.

— Мутные схемы в киберотделе Корнилова. Дубнин разбогател нелегальным путем, Вера. Уже потом были рестораны и прочие вложения, — Ян переводит взгляд на отчеты архива. — Мы вернулись к тому, с чего начали. Ответы здесь, просто в первый раз мы не смогли их найти, потому что не знали, что искать.

— Приступим к работе? — пододвигаю ближайший отчет. — Твои аналитики пусть перепроверят еще раз. Но лишней пара рук не будет.

— Ты забавная, — Ян усмехается.

— Хочу скорее закончить.

— Почему? — он наслаждается виски, пока листаю бумаги и думаю о Марке.

Из-за нежелания отвечать сосредотачиваюсь на цифрах. Я все это проверяла! И Ян тоже, уверена, не раз. Надо обдумать, что мы ищем на этот раз.

— А кто был первым клиентом? — заинтересованно спрашиваю я. — Если и начинать, то с него. Северный говорил, часть клиентов и сотрудников — фейк, но были и реальные.

— Верно мыслишь. Мы тоже начали с этого, — Ян перебирает бумаги и несколько листов бросает мне. — Тридцатипятилетний инвестор, вложившийся в недвижимость и акции. Они выводили для него деньги. Но это тупик, он мертв.

— Давно? — хмурюсь я.

— Точно не помню, — Ян пожимает плечами. — Несколько лет.

Хмыкаю, изучая даты.

Отдел открыли три года назад, взгляд цепляется за число. За день до того, когда я упала под колеса Яна… Мы отправились в «Небеса», я еще не знала, что извилистыми путями попаду к Корнилову через год… Стоп.

— Клиент появился через месяц после открытия. Когда мы уже…

— Ну?

— Когда Герман разнес их осиное гнездо и мы наслаждались романом, помнишь? Можешь считать меня параноиком, но… Тебе не кажется странным такое совпадение в датах?

— Кое-что настораживает, — соглашается Ян. — Одно совпадение.

— Какое?

— Киберотдел создан три года назад, тогда же, когда на меня планировали покушение. Напрямую он со мной не связан, но слишком странное совпадение.

— Да, да! — подхватываю, обводя ручкой Яна подозрительные даты. — Как будто этот Дубнин развивал какой-то план параллельно нам! А как умер этот человек?

— Могу узнать, — Ян пишет Туманову.

Минут двадцать мы шелестим страницами. Ян пьет виски, а мне хочется кофе, но лень идти. Прислуги нет, а Горский лучше сдохнет, чем принесет кому-то кофе.

— Асфиксия, — вдруг говорит он. — Убийство. Клиент выехал на охоту в дикую местность и там нарвался на мародера. Убит при задержании.

— Какой кошмар, — бормочу я. — Постой, асфиксия? То есть… его задушили?

Я ничего не говорю, но смотрю Яну в глаза.

— А точная дата смерти?

— Скорее, обнаружения тела, — без задней мысли Ян называет дату, и я считаю по календарю.

— Через восемь дней, Ян…

Задумываюсь, пытаясь сложить все воедино. Мне не нравится результат. У меня нет улик. Но, видимо, на то и был расчет?

— Я сейчас скажу кое-что, — бормочу я. — Только ты меня, пожалуйста, не перебивай. И не смейся. Но я, кажется, поняла, откуда у Дубнина взялись деньги и откуда эти совпадения в датах… Только это безумие.

— Продолжай.

— Отдел открыли одновременно с нашим знакомством, а его спланировал Дубнин. Тебе хотели отрезать палец и задушить, ты помнишь? Скажи, а у этого человека все пальцы были на месте?

Ян бросает еще один взгляд в телефон:

— Твою мать… Пальцы отрезали, чтобы затруднить опознание. Как ты поняла?!

Поворачиваю к нему лист с обведенными датами.

— Отдел открыли под тебя. Они планировали твое убийство, чтобы вывести деньги. Только каким способом, я не поняла. С тобой ничего не получилось и они перекинулись на рыбу поменьше. На его месте должен был быть ты. Уверена, там еще такие есть… У меня разболелась голова, извини, — встаю. — Мне нужен кофе.

В кухне прижимаю пальцы к вискам. От запаха кофе головная боль не утихает. Добавляю побольше молока в чашку. Спазм из-за шока. Я такую ниточку вытянула… Со второго этажа спускается Ян, дает распоряжения и заходит ко мне.

— Я поручил изучить материалы с новой стороны. Дело не только в мести. Он хотел вывести мои деньги.

— Это и есть месть, — делаю живительный глоток кофе. — Если не возражаешь, я посплю. Очень устала.

— Завтра похороны Златы, — вдруг сообщает он. — Я должен быть там.

— Может не стоит? Публичные появления могут быть опасны.

— Поеду с охраной. Будет телевидение. Я хочу, чтобы ты съездила со мной.

Киваю.

Спорить нет сил — голова раскалывается.

— Ты молодец, — говорит он. — Я в тебе не ошибся.

Сплю я долго.

Словно отсыпаюсь за год разом. Я почти сделала свою работу. То, что обещала Яну. Но тревога как будто становится сильнее. Полночи я просыпаюсь от кошмаров и неясных снов, в которых меня преследует человек с протезом. Снится Роман и розы с крыши «Небес». Мой малыш.

Просыпаюсь резко под утро и больше спать не могу.

В дверь стучит охранник:

— Госпожа Горская! Пора на похороны, машина ждет.

Ян уже на заднем сиденье черного «бмв».

— Привет, — чувствую себя неважно, а вот он отлично выглядит. — Что-нибудь узнал?

Это я отсыпалась, а его люди пахали, как кони.

— Более чем, — Ян привстает, поправляя под пиджаком кобуру и бросает водителю. — Поехали!

Замечаю на переднем сиденье роскошный букет. Темно-красные, как кровь, роз. Рядом скромный белый цветок — мой, отдать дань приличиям на похоронах? А ведь Роман был прав… Розы живые, но как будто пластиковые. Ничем не пахнут.

— После инцидента, из-за которого Дубнин потерял пальцы, он ушел из профессии. Переучился на другую специальность. Угадай, на какую.

— Программист?

— Умница! — Ян веселится, хотя ничего смешного не вижу.

Мне не по себе.

— Недолго работал на западные компании, затем на себя. Исчез с поля зрения почти на десять лет и всплыл уже состоятельным человеком. Где-то в этот промежуток он связался с теми, кто надоумил его, как можно зарабатывать. Обналичками, услугами по отмыванию денег. Начинают всегда с малого. В какой-то момент он перешел на вещи посерьезнее. Начал устранять людей, присваивая их деньги. Думаю, это произошло лет пять-шесть назад. Он очень умен и осторожен.

— Были еще жертвы?

— Я нашел трех. Уверен, были еще. За время существования отдела в фирме Корнилова, погибли три клиента. По одному в год…

— Первого я знаю. А остальные?

— Тоже некрупная рыба. Не моего уровня, хотя состоятельные люди. Несчастный случай с ДТП и случайное утопление.

Вспоминаю, как меня выталкивают под машину Яна.

Выходит не только меня. И даже не старую сводницу Альбину Борисовну. Это их отработанный способ!

— Ты была права. Отдел открывали под меня. Думаю, если бы им удалось осуществить задуманное, его бы закрыли быстрее. Я слишком заметная фигура.

— Для чего ему отпечатки?

— Я думаю, они заключали договоры и сами сдавали отпечаток в качестве подписи. Какое-то время Дубнин пользовался ими, чтобы перевести средства себе. Затем от них избавлялись. Я в то время тоже ими пользовался.

— Ты исчезаешь, от твоего лица заключают сделки или получают доступ к счетам. Или берут кредит. Это ведь один из способов подтвердить личность. Отличная месть…

— Мы выяснили не все. Например, неизвестно, как он дошел до этой идеи. Но пока вырисовывается такая картина.

— Что будешь делать? — смотрю на бывшего. — Его нужно сдать полиции, Ян.

Он молчит.

Ему не нравится предложение.

— Понимаешь, я не знаю, где он. Я могу все это рассказать, но гарантий, что ему помешают выехать из страны и задержат, нет. Слишком он скользкий.

— Только не говори, что ты что-то придумал! Ты тоже не сможешь помешать ему уехать.

Ну, конечно, для Яна Горского слишком мелочно просто сдать полиции врага такого масштаба и ждать развязки. Он хочет реванша лично.

— Давай потом. Подъезжаем.

Наш «бмв» въезжает в мрачные кладбищенские ворота. Катафалк уже там.

— Ненавижу похороны…

Процессия медленно движется к козырному месту на главной аллее. Ян был ее мужем, так что потратился на дорогой участок. Но думаю, Злата бы предпочла Бали, сережки и шубу из соболя.

Съемочная группа на месте, как Ян и предполагал, снимают, как мы подъезжаем. За нами еще пять машин, две из которых — наша охрана. Несколько подруг Златы с мужьями и в последнем авто — мать и бабушка. Не знаю, сколько ей было, но она умерла молодой. А это всегда грустно.

— Лучше останусь в машине, — бормочу я, глядя, как охрана под руки ведет рыдающую бабушку к месту у гроба. — Я твоя первая жена, мы не можем появиться вместе на глазах у родных. Это цинично.

— Не глупи, — Ян застегивает пиджак, готовясь выйти.

— Хотя бы выйдем по отдельности.

Мать Златы холодно смотрит на нашу машину. Знает, кто должен из нее появиться.

— Я пошел, — Ян забирает роскошных букет темно-красных роз и выходит из машины.

Остаюсь еще на минутку.

Пусть отвлекутся, незаметно выскользну и сделаю вид, что якобы подруга. Издали девушка в белом гробу выглядит юной и прекрасной, как спящая красавица. Черт.

Сглатываю ком в горле.

На ее месте должна была быть я. Точно также, как Ян должен был быть на месте того бизнесмена. За нас умерли другие люди. Если бы Роман не вмешался, со мной так бы и случилось.

Ян приближается к теще и обнимает ее. Затем поворачивается к гробу и кладет букет жене на живот… Это ведь его семья. Официальная. Он не любил их, отстраненный и холодный, даже во время соболезнований, но… Это они его семья, а не я.

Ян наклоняется, прощаясь с женой.

Следом подходит мать — вся в черном, но лицо застывшее и надменное. Кажется, искренне по ней убивается одна бабушка. У матери расчетливый взгляд. Думаю, Ян хорошо заплатил за эту потерю. Но она явно жалеет, что потеряла богатого зятя.

Выхожу, когда ко мне все поворачиваются спиной. В руках только одна белая роза. К гробу подхожу последней, кладу цветок и на миг смотрю в лицо покойной.

У нее отличный грим.

Волосы уложены идеально — как и при жизни. Мне не по себе, потому что мы похожи. Она как фарфоровая куколка лежит с закрытыми глазами, сложив на животе руки. Вся в цветах и в слезах.

Я не могу отделаться от мысли, что это мой гроб, мои похороны и мои цветы.

Снова сглатываю боль в горле и не получается. Замечаю, что Ян пристально наблюдает за мной.

— Вам плохо? — охранник берет меня под руку. — Помочь отойти?

— Нет, — спотыкаясь, отхожу сама.

Господи, как же это тягостно…

Я ее почти не знала. При каждой встрече она говорила гадости, но так паршиво на душе.

— Говорят, из-за криминальной смерти похороны задержали, — слышу шепот сзади. — Злата в криминальном морге лежала…

Подружка сзади болтает по телефону.

Приходит смска, и я с облегчением переключаюсь.

Сестра?

«Вера, ты снимаешь квартиру дальше? Просрочила оплату, соседи говорят больше не живешь. Если съезжаешь, завези ключи и забери вещи, или я их выставлю. Завтра квартиру смотрят клиенты! Ты приедешь?»

Как вовремя… Квартирная хозяйка.

«Через пару часов устроит?»

«Жду на квартире».

Похороны и переезд в один день. Что может быть хуже.

Замечаю еще одну фигуру и забываю про смс. По дороге к могиле медленно идет Герман, на нем футболка, ветровка с обычными штанами. Часть лица закрыта бинтами, под которым скрыты следы пыток. Ян еще у гроба и не видит его.

Направляюсь к нему:

— Что ты здесь делаешь? — после наших таких личных видео странно обращаться друг к другу на «вы», Герман бледный, весь в поту и видно, что обессилен. — Ты ушел из больницы?

— Мне нужно поговорить с Яном, — он смотрит на гроб, и когда Горский оборачивается, зовет. — Ян!

С недоумением смерив нас взглядом, бывший стремительно приближается.

— Нужно поговорить! — выдыхает Герман, борясь с болью. — О том, что там было.