Глава 39. Олеся

Спускаясь с последних пяти ступеней в холл первого этажа, я понимаю, что Владаном там и не пахнет. Спиной ко мне, через панорамное окно изучая проезжающие мимо машины, стоит кто-то другой, ниже, крепче и без буйной кудрявой шевелюры.

– Кто вы и что вам нужно? – Без лишних экивоков бросаю я в незнакомую спину.

– Добрый день, Олеся Сергеевна! – Хотя она оказывается не такой и незнакомой. – Рад видеть вас снова.

Передо мной, сверкая белозубой улыбкой, стоит недавний знакомый, то ли бухгалтер, то ли капитан, Ринат Юсупов.

– Не могу ответить вам взаимностью.

Бояться? Было бы чего. Ставленник Лагиненко не выглядит бандитом, а с меня им взять нечего. Моей вины нет ни в глупости Шумерского, ни, тем более, в больничном большого босса.

– Расстроен, но не удивлён, – даже непритворно вздыхает он. Во взгляде на мгновение появляется мужской интерес, но так, проформы ради. – Уделите мне немного своего времени, Олеся Сергеевна?

– Зачем? – Мой вздох гораздо тяжелее его. Сумка давит на сгиб локтя, и я беру её в руку. – Мне казалось, в прошлый раз мы уже всё обсудили.

– В прошлый раз вам стало плохо, а ваш защитник… вышел из себя. – Хмыкнув, я улыбаюсь. Да, этот защитник может, особенно зная, что стоит на кону. – Я просто хочу поговорить.

Спокойный взгляд, открытая поза, просьба в голосе – всё это располагает даже несмотря на Юсуповскую мультиличность.

– Ладно, идёмте поговорим.

И снова нормально поесть мне не светит. А всё потому, что в соседнюю кофейню мы приходим не просто так, с набитым ртом, может, и спокойнее, но как-то совсем не комильфо вести гарантированно неприятные беседы.

Поэтому мой обед сегодня капучино.

– Может быть, заказать вам салат? – Юсупув само воплощение галантности.

– Лучше как можно быстрее избавьте меня от своего общества. – Закинув ногу на ногу, я кладу рядом с высокой кружкой телефон.

– Олеся Сергеевна, – улыбается Юсупов, – неужели вам так неприятно моё общество?

– Ринат…

– Альбертович, – продолжает радоваться непонятно чему тот.

–…Альбертович, я терпеть не могу людей, которые врут. – Улыбаться я тоже умею. – А вы врёте, причём, не стесняясь и глядя прямо мне в глаза.

– В чём же я вас обманул? – Без учёта прошлой встречи, как минимум фальшивым негодованием.

– То бухгалтер, то капитан… вы бы определились уже. – К счастью, капучино оказывается не приторным, и я делаю несколько глотков.

– Я помощник и правая рука. – Оно и видно, взгляд-то волчий. – Вы же знаете, для чего я ищу вашего приятеля?

– Знаю. – Легко пожав плечами, я усмехаюсь ему в лицо. – И у меня есть ряд замечаний по поводу всей этой неприятной в целом ситуации.

– Каких же? – В отличие от меня, к своему эспрессо Юсупов даже не притрагивается.

– Для начала, – конечно, приятно чувствовать себя самой умной, но сейчас это явно не оценят, – Марат Ильясович, как человек серьёзный и влиятельный, должен был проверить того, с кем собирается сотрудничать.

– Проверка была, – кивает Юсупов, внимательно глядя на меня.

– То есть вы ограничились фирмой Владана и дальше не полезли, – иронично констатирую в ответ, заставив его нахмуриться. – Тогда, при всём уважении, это ваш просчёт, а Шумерскому просто повезло.

Короткая пауза и борьба взглядов.

– Дальше. – О, вот и командный тон вылез.

– Дальше господин Лагиненко, как заказчик определённого склада характера и запросов… – Про чёрный список сказать или они и так в курсе? —…мог встретиться с Владаном лично, а не поручать это вам, раз уж тот строил дом, в котором жить предстояло непосредственно ему. Уверена, Марат Ильясович моментально раскусил бы Владана по одному только придурковатому выражению лица и выбрал другого специалиста, но…

– Другими словами, мы накосячили, а ваш приятель – агнец божий? – с нехорошим прищуром интересуется Юсупов.

– Владан Шумерсский – скотина, которая ради денег и связей готова на всё, – с той же милой улыбкой отвечаю я ему, глядя, как раздражённое выражение глаз становится удивлённым. – Это гад меня обманул, предал и использовал, и вряд ли один раз, но я знаю ему цену и знаю, чего от него ожидать. Я простой среднестатический дизайнер в какой-то захудалой фирме. В то время как вся ваша наверняка высокооплачиваемая… работа оказалась бесполезной. И стала одной из причин трагедии.

Высказавшись, я совершенно спокойно беру свой капучино, чтобы сделать несколько глотков, пока Юсупов сверлит меня нечитаемым взглядом, задумчиво барабаня пальцами по столу.

– Предлагаете понять и простить? – криво усмехается он.

– Предлагаю найти и разобраться без моего участия. – И новая милая улыбка. – Мне Владан не враг, но и особой любви у меня к нему нет. А, значит, ни прикрывать, ни сдавать его я не стану – мне плевать. На вас, на Лагиненко и на Шумерского. Дел, знаете ли, вагон и без ваших разборок, поэтому всё, что мне надо…

– А как же ваш защитник? – прищуривается Юсупов. – Как раз он проявил при прошлой нашей встрече знатную заинтересованность и инициативность.

– У Кирилла свои причины, о которых вы можете узнать у него. – Ага, так он вам их и сказал. – А своё мнение по указанному вопросу я высказала. На этом всё?

– И даже не скажете, где сейчас прячется ваш приятель?

– Ринат Альбертович, – тяжело вздохнув, я подаюсь вперёд, поставив локти на стол и соединив пальцы в замок, – вы невнимательно меня слушаете…

– Очень даже внимательно, – перебивает тот, – но ваша неприязнь к Владану Карловичу не значит, что вы не в курсе его местонахождения.

Туше. Хотя это с какой стороны посмотреть.

– Волгодонская, 25, квартира 10.

– По месту прописки Владан Карлович не живёт больше пяти лет, – не скрываясь, скалится Юсупов. – Ещё варианты?

– Разливная, 50/2, квартира 134, – с ослепительной улыбкой парирую я.

– Продана больше двух лет назад.

– Сочувствую. – Вообще ни разу. – И ничем не могу больше помочь.

Не знаю, сколько мы обмениваемся дружелюбными усмешками, подозреваю, что немало, учитывая, как это начинает надоедать. И я только открываю рот, чтобы этим поделиться, но меня прерывает телефонный звонок.

– Прошу прощения, – бросаю Юсупову. – Да?

– Поехали обедать? – без лишних слов, устало предлагает Кирилл. – Я задолбался, хочу тебя увидеть.

– Я занята.

Глупая сердечная мышца трепыхается в конвульсиях, в то время как я так ничего и не решила. И да, даже мой возможный будущий отказ не отменяет того, что чувствовать себя нужной чертовски приятно.

– Это ответ на вчерашний разговор? – ровно отзывается он.

– Это ответ на твой вопрос, – покачав головой. – У меня сейчас встреча.

– Важная?

Потрясающий у него самоконтроль. Ни вздоха, ни изменения в интонации, словно его ничего не пробивает, хотя я знаю, что это не так. Теперь точно знаю.

– Очень, – отвечаю с откровенным сарказмом, глядя Юсупову в глаза.

И всё – Кирилл молчит, я молчу, Юсупов молчит. Полное взаимопонимание.

– Олесь, давай я приеду? – Наконец, вздыхает Кирилл.

– Так и знала, что обед – это отговорка, и кормить меня по-настоящему никто не планирует, – весело фыркаю я, чтобы сразу после стать серьёзной. – Приезжай вечером, и мы поговорим.

– Хорошо, я заеду за тобой в пять.

– Пока.

Телефон возвращается на стол, а желание играть в беседу испаряется окончательно.

– То есть вы не знаете, где может скрываться Владан Карлович? – как бы резюмирует, но как бы и спрашивает Юсупов.

– Мы с Владаном не общались больше трёх лет, – устало потерев переносицу, честно сообщаю ему. – Всё, что знала, я вам сказала, в качестве бонуса выдвинув свои версии и озвучив причины. И вы не услышите от меня ничего нового, даже если будете ежедневно приглашать на обед.

– Тогда зачем он приходил к вам на прошлой неделе?

– Надеетесь поймать меня на лжи? – усмехаюсь я под испытующий взгляд Юсупова. – Владан извинялся и просил помочь. О произошедшем с Маратом Ильясовичем он тоже рассказал в тот день, но был послан самым дальним лесом, потому что виноват сам. – Я поднимаюсь с кресла, и Юсупов делает то же самое. – Надеюсь на этом всё и больше мы с вами, Ринат Альбертович, не увидимся.

Юсупов долго сверлит меня взглядом, настолько, что я успеваю одеться и взять сумку.

– Хорошо, возможно, я был не прав.

– Возможно? – подняв бровь, хмыкаю я, держа в руке телефон.

– Возможно, – вполне себе по-человечески улыбается Юсупов и мгновенно надевает короткое чёрное пальто. – Допускаю, что я зря к вам прицепился и в качестве извинений готов проводить вас обратно в офис.

– Как-нибудь обойдусь. – Качаю я головой, и мы вместе идём к выходу.

– Что же, тогда всего хорошего, Олеся Сергеевна, – открыв передо мной дверь, прощается, наконец, Юсупов.

– И вам, Ринат Альбертович. Ищите там, где есть что искать, а меня оставьте в покое.