Глава 50

Эпилог Я иду по ковровой дорожке, усыпанной лепестками роз, и не верю своим глазам. Все вокруг плывет в каком-то теплом, золотистом тумане: гирлянды, цветы, улыбки гостей. Платье струится легким облаком, в руках дрожат пионы: белые и розовые, которые я так люблю. Арсений ждет меня у арки, увитой зеленью, и смотрит так, точно я — единственное чудо в его жизни. У меня перехватывает дыхание. Родители сидят в первом ряду. Мама улыбается, вытирая слезы кружевным платочком. Папа напряжен, но когда наши взгляды встречаются, он чуть кивает — и я вижу в его глазах что-то новое, чего не было раньше. Принятие? Стыд? Не знаю. Главное, в этот день он здесь. Это уже много. Олег Дмитриевич и Соня расположились напротив. Соня плачет с самого начала церемонии, а Олег Дмитриевич изо всех сил делает вид, что у него «опять аллергия», хотя всем очевидно, что он просто смахивает слезу. Регистрация проходит под живую музыку — струнный квартет. Когда мы с Арсом говорим «да», небо над поляной взрывается салютом из воздушных шаров. Я смотрю на мужа, и чувствую как счастье распирает меня изнутри, как будто я вот-вот лопну. Это официально самый счастливый день моей жизни.*** Гулянье в разгаре. Столы ломятся от угощений, гости смеются, кто-то уже танцует. Я стою рядом с Арсением, держу его за руку и не могу надышаться этим вечером. С нами компания аниматоров: Катя, Вадим и Инга. Я была в шоке от этого сюрприза — Морозов обратился в “Палитру радости”, нанял их, чтобы развлекали гостей на мероприятии. Классная кстати идея — потому что гостей очень много. Даже самых дальних родственников позвали, и с нашей стороны, и со стороны Морозовых. А еще все руководство с фирмы Арсения. Короче — свадьба у нас вышла пышной и многолюдной, деток целый табор. Так что аниматоры пришлись к месту, но когда я их увидела — шок был конечно. Но я уже привыкла что мой избранник обожает яркие сюрпризы. Вспомнить хотя бы вертолет в Сочи. Я — так точно его никогда не забуду! Катя поправляет венок, Вадим крутит в руках платок, Инга стряхивает с платья лепестки. — Вот уж, никогда бы не подумала, что буду работать на вашей свадьбе, — качает головой Катя. — Это самое романтичное из всех моих мероприятий, честно. — Это точно, никогда не думал, что буду работать на свадьбе у бывшей коллеги-Снегурочки, — усмехается Вадим. — И что она выйдет замуж за Деда Мороза. Но тут классно. Правда. Все по высшему разряду. — А помнишь, Мари в Сочи ведьмой была? — вдруг спрашивает Катя. — Еще бы, — хмыкает Вадим. — Морозов тогда так язвил, что я боялся, она его метлой огреет. А теперь вон как смотрит на нее — как на икону. Я опускаю глаза, чувствуя, как щеки заливает румянец. — Да ладно вам, — бормочу. — Это правда настоящее волшебство, — добавляет Инга, и у нее такой мечтательный голос, что я улыбаюсь, сама того не замечая. — Любовь, — вздыхает Катя. — Знаете, я ведь не верила в чудеса. Но теперь кажется начинаю верить — Спасибо вам, — говорю бывшим коллегам. — Правда. Вы даже не представляете, как я рада, что вы здесь. — Да ладно тебе, Мариш, — отмахивается Катя. — Ты теперь почти наша родственница. Все, перерыв окончен, идем работать! Мы с Арсом смотрим как дети резвятся. Кто-то уже весь в шоколадной пасте, кто-то потерял туфельку. Катя терпеливо завязывает шнурки, Вадим показывает фокусы, Инга водит хоровод под скрипки. Я смотрю на них и вспоминаю Сочи. Снег, турбазу, наш танец на льду с Арсением, дурацкий костюм ведьмы, в который меня нарядили. Как же давно это было. И в то же время — как будто вчера. — Идем, потанцуем? — Арсений протягивает мне ладонь. Я киваю, и он ведет меня на танцпол. Обнимает за плечи. — Ты как? — Счастлива, — отвечаю, прижимаясь к нему. — Я тоже, — говорит он. — Ты — мое чудо. Неожиданно, когда мы заканчиваем наш танец, к нам подходит мой отец. Мнется, я начинаю переживать, что будет скандал. Задерживаю дыхание. — Арсений, — говорит папа, и голос у него чуть охрипший. — Мне нелегко это говорить. Но я должен. Я узнал, что именно ты закрыл долги нашей семьи. Ты помог в самый сложный момент. Когда все было плохо, ты не отвернулся, — отец сглатывает. — Спасибо. Ты достойный человек. И я рад, что моя дочь выбрала тебя. — Александр Петрович, — голос Арсения звучит ровно и уважительно. — Я тоже хочу сказать вам спасибо. За вашу прекрасную дочь. И за то что вы здесь. Что позволили мне стать частью вашей семьи. Смотрю на отца и вижу, как дрожат его руки. Арсений пожимает его ладонь. У меня комок в горле — потому что я в шоке от новости. Понимаю, чего стоило отцу это признание. И очень благодарна Арсению за то, что он не держит зла. Последние скелеты вытряхнуты из шкафа и окончательно похоронены. Это огромное облегчение. Еще надо отметить — на нашей свадьбе появился и Леонид. Куда без него. Я пригласительный не отправляла — думаю, это моя сердобольная маман его притащила. Но я не стала портить себе и другим настроение и выяснять это. Сегодня — только радость и веселье. Соколов нарядный, в голубом костюме, при галстуке, и очень старается держаться подальше от стола с десертами. Я не удерживаюсь от улыбки. Похоже, торт на юбилее отца стал для него травмой на всю жизнь. Стоит у стойки с лимонадом, осторожно оглядываясь, и флиртует с Катей, которой очень идет костюм весенней феи: нежно-зеленое платье и венок из искусственных цветов. Поправляет галстук и делает шаг к ней. — Простите, — слышу его голос издалека. — Вы такая воздушная. Как настоящая фея. Катя поднимает бровь, улыбается вежливо, профессионально. — Спасибо. Я тут вообще-то работаю. — Аниматор? — Леонид оживляется. — Как замечательно! Я очень люблю анимацию. Можно пригласить вас на танец? Я не выдерживаю и хихикаю. Арсений поворачивается, прослеживает за моим взглядом и тоже усмехается. — Твой бывший поклонник переключился на другую цель, — шепчет он. — Она справится, — говорю я. — Катя — девушка боевая. А Леонид — безобидный. Хотя очень настойчивый. — Как комар, — добавляет Арсений. — В точку. Мы смотрим, как Леонид продолжает осаду, а Катя ловко уворачивается от приглашений, ссылаясь на то, что «надо работать». Вадим, заметив это, подходит и встает рядом с ней, демонстративно кладя руку на плечо. Леонид сникает, но не сдается — отходит на шаг, но продолжает кружить поблизости. — Главное, чтобы он не полез в торт, — вздыхаю я. — На этот раз все торты под охраной, — серьезно отвечает Арсений. — Я нанял специального человека. — Ты шутишь? — Ни капли. Его зовут дядя Миша, он бывший десантник. Леонид даже близко не подойдет к сладкому. Я смеюсь, запрокинув голову, и чувствую, как Арсений целует меня в висок. Позже, когда уже стемнело и зажглись гирлянды, я сижу на качелях под старой яблоней. Ко мне подходит Катя, поправляя растрепанный венок. — Этот Леонид конечно нечто, — говорит она с улыбкой. — Два танца и все ноги мне отдавил. — Это в его стиле, — хмыкаю. — Потом позвал на свидание в консерваторию. — Ты согласилась? — Сказала, что сначала пусть научится танцевать, не наступая на ноги. А потом — поговорим. — Жестокая, — смеюсь я. — Реалистка, — парирует Катя. — Но он забавный. И брошь мне подарил — золотую, с божьей коровкой. Сказал, что я «яркая, как насекомое». — Боже, — я закрываю лицо руками. — Он не меняется. Оптом что ли эти брошки заказал? — О чем ты? — Да так. Не бери в голову. Катя уходит к гостям, а я остаюсь одна на минуту, смотрю на звезды, которые стали какими-то особенно яркими. Или это от слез? Ко мне подходит Арсений, садится рядом, обнимает. — Устала? — Лучшая усталость в моей жизни, — отвечаю я. Он кладет руку на мой еще плоский живот. — Знаешь, — говорю я. — Я бы ни за что не поверила, что так может быть. — А я верил, — перебивает Арсений. — Как только увидел тебя в костюме Снегурочки. Понял — это судьба. Прижимаюсь к нему. В воздухе кружатся лепестки роз. — Люблю тебя, — шепчет Арсений. — А я тебя, — отвечаю глядя на него с нежностью. Внутри трепещут бабочки. Где-то вдалеке играет музыка, Катя водит хоровод с детьми, Леонид осторожно обходит стороной стол с тортами и снова пытается заговорить с ней, а Вадим с Ингой подливают шампанское гостям. Я смотрю на все это и чувствую — все правильно. Каждая слеза, каждая разлука, каждая минута отчаяния — все привело нас сюда.